Позвонили, попросили помочь с закупкой и установкой компов в недавно образованный отдел чего-то-там. По прибытии на место меня ждала делегация мечты: начальник с подробным техзаданием и черновым планом расположения компьютеров, сотрудник бухгалтерии с кучей всяких бумажек для оплаты и специальный мальчик-водитель-носильщик-ой-я-тоже-обжимать-умею. Идиллия: полчаса за чашечкой кофе составляли смету, бухгалтер чутко считал денежки, мальчик искал местных разнорабочих, чтобы объяснить, как и где класть кабель-канал. Съездили, купили, всё резво поставили, настроили, обжали и разве что бантик не привязали. А потом...

Серверной оказалась просторная комнатушка со стойкой, парой удобных широких столов и кучей разномастного полезного барахла. Венчал всю эту красоту плюшевый тигрёнок, держащий в руках конверт. Прочитал и охренел. Местный админ за каким-то чёртом валялся в больнице уже второй месяц, знал, что будут подключать новый кабинет, и просил «чтеца сего манускрипта» выполнить ряд необычных процедур. Ещё на трех страницах мне объяснили: витуху нужно разрезать, обжать получившиеся концы и воткнуть их в «сплиттер» — коробочка с таким назначением валялась рядышком. «Primary»-конец шёл, куда и шёл, «secondary» — в шкафчик со вторым роутером. Сплиттер надлежало подключить к какой-то самопальной фигне, на фигне щёлкнуть тумблером, открыть программу Guard на нетбуке и проверить, что новый сплиттер опознан. Я всё это сделал, а потом взял отвертку и пошёл смотреть, на хрен оно всё надо.

Итак, судя по логам, «основной» роутер (внушительная такая «циска») иногда вис, оказывался без напряжения и такое прочее. Когда программа Guard обнаруживала зависон роутера (как — понятия не имею; видимо, что-то нужное было внутри сплиттера), она давала всем сплиттерам команду переключится на резервный канал и загружала вторую «циску», ребутя первую. После такого хот-свопа программа начинала мониторить напряжение в сети к первой «циске». Если проблема была в зависоне, то прога спокойно давала работать дальше, переключая сеть в полночь, а всем активным станциям в сети кидая предупреждалку: «Ща ребутну, в локалку не лезть, интернет не трогать». Иначе же прога начинала паниковать и рассылать SMS начальству и админу.

После детального исследования были также обнаружены:

— резервный вайфай-канал в интернет и резерв резерва по диалапу;

— автокричалка «здание обесточено»;

— накопитель обновлений для местного антивируса;

— целый RAID-массив для автоматического бэкапа папок «Мои документы» пользователей сети;

— скрипт, выдающий в обед пользователям доступ в соцсети;

— автокричалка «тут воруют!»;

— юэсбишная ракетная установка и исходники программы, которая наводила эти ракеты на входящего и «вела» его, пока тот находился в помещении.

Блин, чтоб я так умел...

Столько последнее время завелось историй про свитера да про грязные портки, что уже начинает казаться, что в понимании подрастающего поколения не умение админить или код писать является отличительной особенностью айтишника, а борода со свитером. Свитер надел — сразу +100 к навыкам!

Не атрибутика делает человека айтишником, а знания. Производить программный продукт или админить сервера можно хоть в плавках, хоть в бальном платье. Не забывайте об этом, господа и дамы: содержание поважнее формы будет. А то прямо как в том анекдоте получается про металл и карася, который икру метал.

Моё первое знакомство с линуксом состоялось, когда я после защиты диплома работала на кафедре родного вуза, подвизаясь в сфере проектирования транзисторов. Кафедра как раз раздобыла новую программу для моделирования полупроводниковых приборов: ISE TCAD. Можно было поставить версию либо для *nix, либо для Windows — выбрали первый вариант. Было закуплено четыре довольно мощных на тот момент компьютера с новыми видеокартами Radeon (при наличии встроенного видео на мамках) и коробочный дистрибутив ASPLinux 9.0 аж на девяти дисках. Это уже было фейлом, но об этом ещё никто не знал.

Меня поставили перед всем этим добром, ещё даже не распакованным, и попросили организовать уютный рабочий уголок, начиная от сети и заканчивая непосредственно «Тикадом». На тот момент *nix-системы были для меня ещё абсолютным «чёрным ящиком», но где наша не пропадала? Бодро собираю для начала один компьютер, гружу предустановленные продавцом «форточки» (а что, деньги-то казённые), вставляю первый диск дистрибутива в привод, запускаю установку... Зависает. И так зависает, и сяк зависает, и всяко зависает. Хорошее начало.

Гружусь с CD. Перезагрузка, чёрный экран, приглашение. Э-э-э... Я, конечно, раньше дел с линуксом не имела, но наблюдала системы с ним неоднократно, и знала, что какая-никакая графическая оболочка там быть должна. Пришлось лезть во всезнающие интернеты и изучать маны. Через полчасика я уже обладала кое-какими начальными знаниями о «баше» и «иксах», которые тут же попыталась применить на практике. Попытки включить графику оказались бесплодны: система ругалась, плевалась, но сделать красиво не давала. Пришлось изучать вопрос более детально, после чего открылась горькая правда о совместимости этих самых «радеонов» с тем самым Red Hat, на котором и была основана отечественная разработка ASPLinux. Однако совместимые дрова для «радеонов» существовали — их я быстренько скачала и принялась ставить.

Ага, щас. Вскрылась моя глобальная ошибка: при установке системы я не стала копировать исходники, решив сэкономить место на винте. В системе не оказалось даже установленного gcc, а при его установке линукс обнаружил кучу RPM-зависимостей. Пришлось, нецензурно выражаясь, искать эти пакеты на всех девяти дисках дистрибутива и скармливать жадному пингвину, но после каждого он просил всё новые и новые RPM. Установка с игнором зависимостей не помогла. Попытка слить все исходники с дисков в нужный раздел оказалась тоже неудачной. Наконец я плюнула, отформатировала диск и поставила всё заново со всеми причиндалами по максимуму.

Но это был не конец, а только второе начало. В общем, в дальнейшем мне пришлось пересобирать и компилировать ядро под свою систему, вырубив на фиг все видеодрова и поддержку DRI, устанавливать новые дрова, бороться с ошибкой отсутствия ncurses, шаманить с XF86Config и пережить ещё множество занимательных приключений юного линуксоида. За это время я обрела глубочайшие познания в части архитектуры ядра Red Hat. Но в конце концов установленная система гордо сверкала окном ISE TCAD с 3D-моделью транзистора. Это было оно, счастье.

Я весьма рада, что моё знакомство с линуксом началось именно так: если бы всё установилось без проблем и сразу заработало, я никогда бы, наверное, не углубилась в *nix-недра и не познала того момента наивысшего блаженства, знакомого всем, у кого что-то вышло после долгого-долгого секса с железом или ПО.

А на следующий день начальство сказало переставить всё под Windows, потому что «в этом вашем линуксе ничего не понять».

Работаю айтишником на небольшом заводе. В отделе три человека, техподдержкой приходится заниматься по очереди.

Настал мой черёд идти в цех к одному смешному юзеру. Пришёл — юзер, как всегда, начал рассказывать истории. От Рождества Христова — и в путь. Я уже привык: в одно ухо залетело, в другое вылетело. Встаёт пользователь со стула, а там фольга от шоколадки. Я скинул её, чтобы не обляпаться, юзер аккуратно поднял и убрал. Доделал я дела, дал ценные указания, встаю — тот обратно фольгу на стул укладывает. Любопытство взяло верх.

— А зачем это?!

— Мне сказали, что если сидишь попой на фольге, на тебя не действует облучение от монитора.

Как страшно жить.

Сегодня участвовал в олимпиаде по программированию. На входе встретили, проводили.

— Какой язык?

— С++.

— А у нас такого нет.

Предложили Бейсик и Паскаль — но они же инвалиды, в современном-то понимании...

Три часа я писал код в Блокноте. Застрелиться: компиляция в уме, старательно вспоминаем параметры функций, море фигурных скобок... Оп-ля: кусок кода, который должен работать. Подходили поинтересоваться многие:

— Так это ж С! А компилятора нету!

Ой, правда? А я в Блокноте собрался компилировать, ага. С трепетом жду результатов...

В далёком девятом классе нас в школе начинали учить программированию. Дабы не перегружать нежный детский мозг, для этой цели выбрали Бейсик. Так вот, на каникулах по случаю завершения девятого класса сижу я и кодю что-то невнятное и лишённое всякой практической пользы. Заходит мама (кадровик по профессии) и предлагает доказать полезность моих занятий, а именно написать программу, которая бы помогала ей считать стаж. Через пару часов работы чудо появилось на свет. Код был дико кривым — у любого индуса бы глаза на лоб от такого полезли, — но считала программа правильно, и своё мороженое в награду я получил.

Прошло несколько лет. На пятом курсе на выходные я вернулся домой. Разговор с родителями зашёл о программировании, и мама сообщила мне сногсшибательную новость: мою кривую и косую программу, оказывается, используют кадровики почти всех школ города (мама работает в РОО), и её даже показывают на каких-то внутренних курсах для айтишников. Почему её полюбили кадровики? Она не требовала установки, следовательно, легко переносилась с компа на комп даже самыми тугими пользователями; имела простой и понятный интерфейс, разрабатывавшийся непосредственно при участии мамы-кадровика; считала всё быстро и правильно (не знаю, как я умудрился в том возрасте нигде не накосячить).

Вот таков он, путь к сердцам кадровиков. Примерно так же, наверное, и появляются коммерческие бухгалтерские программы с индусским кодом.

Рабочие будни. Пробрасываю звонок с АТС Alcatel на шлюз Cisco. Набираю номер, в котором из цифр — только восьмёрки и пятёрки. На «циску» приходит тройка. Кажется, вместо шлюза я настроил калькулятор...

СМ-ЭВМ, конец восьмидесятых. Подходит к программистам оператор и с ухмылкой заявляет:

— Идите смотрите: опять срач в системе.

Оказалось, system crash. А слово я употребляю до сих пор.

Сижу в кабинете, слушаю музыку. Звонит девочка из другого отдела: так, мол, и так, работала в Экселе, ничего плохого не делала, а компьютер повис. Идти было далековато, потому посоветовал комп перегрузить. Через минуту звонит: всё равно висит. Иду к ней. Reset, перезагрузка — всё ок.

— Ой, как это ты сделел, что Эксель закрылся?

— А как ты перезагружалась?

— Вот так, — и тыкает дважды в кнопку питания монитора.

Стоит у меня в магазине компьютер с 3G-модемом на помегабайтном тарифе. Я, конечно, не только с офисом переписываюсь, но и для себя кое-чего использую: в основном книги ищу, временами Баш почитываю, но без фанатизма.

Однажды коллега из другого магазина посмотрел на работе онлайн-трансляцию любимого Зенита: привык дома к безлимиту. Вечером приезд директора остался незамеченным, так как женская часть коллектива намертво сидела в «контакте». Решено было учинить репрессии. Однажды без предупреждения заявился ко мне директор с незнакомым мрачным бородатым мужчиной и начал менять пароли доступа к служебной части сайта.

— А что это у нас с сайтом? Где всё?

— А я картинки отключил.

— Зачем ты это сделал?

— Трафик экономлю.

Посмотрели они оба на меня внимательно и уехали. В остальных магазинах бородатый дяденька наглухо закрыл доступ ко всему, что не касалось работы, а мне выписали премию.

А вот если бы дядя нашёл свёрнутую Red Alert 2, то конец у этой истории был бы совсем другой.