В начале тысячелетия начинал я свое знакомство с Unix-подобными системами и ставил на домашнюю машинку FreeBSD. Что-то в установке пошло не так, и я отменил её. Машина пошла в перезагрузку; финалом было извлечение установочного CD и пауза в несколько секунд, чтобы забрать установочный «бублик».

В этот момент зашли в гости друзья. Жму им руки, и в этот момент привод выплёвывает диск. Без задней мысли кидаю в конец комнаты, где стоял комп: «Ну что вылез? Залезь обратно!» Reset — послушный драйв обиженно втягивает лоток обратно. Что тогда мне сказали друзья, не помню, но их физиономии навсегда остались в моей памяти.

Недавно вручили мне флешку и попросили проверить на работоспособность. Флешка была на 128 ГБ (что уже вызвало подозрения). Проблема же состояла в том, что записывалось на неё хорошо, а вот с чтением были проблемы. После недолгих поисков в интернете информации об этой флешке и последующей установки нормальной заводской прошивки выяснилось, что настоящий её объём меньше в 1024 раза.

Рассказал всю правду заказчику и предложил вернуть такой «подарок» продавцу. Владелец флешки грустным голосом заявил, что у него таких флешек шестьдесят — купил в Дубае по сто баксов штука. Так и не придумали, куда ему их деть — разве что на первое апреля друзьям подарить.

Работаю системным администратором в небольшой компании. Недавно приняли к нам новую сотрудницу лет сорока. Захожу в офис познакомиться и вижу, что дама чай пьёт за компом. Припугиваю:

— А вы знаете, что если пить горячий чай рядом с монитором, то он может «посыпаться»?

Усмехнулась — не поверила. Через полчаса звонит мне и говорит испуганно:

— Приходите быстрее, у меня монитор на самом деле посыпался!

Оказалось, она в первый раз в жизни выиграла в «косынку».

Живу в провинции. Связь у разных операторов в разных углах очень разная, поэтому приходится таскать охапку симок на все случаи жизни. На всех резко кончается бабло — иду «кормить».

Карточек нет, только автомат. Продавец не хочет менять денежку: «Купи что-нибудь!» Покупаю на тысячу воды. С язвенной улыбкой скрипя зубом, продавец начинает отсчитывать мне сдачу охапкой мятых-перемятых червонцев. Автомат плюётся, жрать кэш в неподобающем состоянии не хочет; продавец сидит на стуле, хлюпает чаем и лыбится.

Поднимаюсь на работу — магазин прямо под нами. Лист А4 пополам, в него два «чирика» и в лазерник — сижу, жарю деньги. Заходит бухгалтерша, смотрит, как из МФУхи вылезает сложенный чистый лист, а из него выпадает наличка, хлопает ртом, потом дверью и исчезает.

Стою, кормлю автомат. Спиной почувствовав взгляд, поворачиваюсь: стоят продавщица и бухгалтерша. Вот теперь думаю, как доказать, что я их не печатал и во сколько завтра за мной на работу приедут?

Хочу поведать об эпической битве за компьютеры, которая развернулась в компьютерном классе моей школы. Стояла в нём техника, которая не просто морально устарела, а устарела до появления морали. Но вот с родительских дотаций наскреблась сумма на два мощных игровых компа. Так как металлолома в классе было десять единиц, стали мы компьютеры делить. Как же получить хороший комп? Правильно, убедить учителя, что твой глючит. И началось...

Приёмы для новичков:

— Сделать в ворде шрифт белым и орать, что не печатает;

— Выставить минимальную скорость мыши и орать, что не едет;

— Включить «залипание клавиш»;

— Выкрутить звук на минимум;

— Выдернуть провода;

— Открыв много-много окошек, взорвать компу мозг.

Приёмы для любителей:

— Убить половину процессов;

— Снести драйвера;

— Поковыряться в недрах C:\Windows.

Приёмы для профессионалов:

— (мой приём) Воткнуть шнур от монитора в другой разъём, после смерти машины шнур быстро вернуть в подобающее место;

— Втихую выключать комп из розетки;

— Написать нехитрую программулину, чтобы окошки с «ошибками» заполоняли компьютер.

Естественно, в жаркой схватке все старательно отыскивали ошибки друг у друга и от чистого сердца их исправляли, оставляя оппонента и его «хитрый план» с носом.

Итак, первое место и новый комп в придачу получила я с товарищем за хитрое убийство компа и невозможность его реанимировать. Второе же место получил пацан, который... выкрутил колёсико яркости монитора на минимум. Зачем я только так изгалялась?

Работал я как-то в «королевстве г@вна и пара» (Горводоканале) родного периферийного городка эникейщиком, наборщиком текстов и многопрофильным мастером по игре на дуде. По штатному расписанию определили «слесарем-ремонтником канализационных систем» — какая техника, такая и должность.

Как-то раз на единственном вменяемом ПК конторы (в бухгалтерии) села батарейка на матери. Так как я работал на нём ежедневно, то настраивать BIOS мне быстро поднадоело. Батарейка — мелочь; трабл был в том, что ПК опечатан, а продавец и сервис находились в областном центре. Никакие уговоры отвезти девайс ближайшей машиной для минутной починки на главбуха не действовали: «Вчера же как-то работал — что сегодня мешает?» В одно прекрасное утро я решил ничего в биосе не ковырять, оставил в покое сообщение о системном диске-инвалиде и отрапортовал главбуху, что «встроенный резервный генератор исчерпал все возможные ресурсы». Договорились ехать на следующий день.

Так как работы особо не было, я побрёл в соседний отдел протирать защитные экраны на древних мониках (давно жаловались, что мониторы потускнели и работать сложно). Экраны вычистил, тётки чаем напоили, а с юристом я выпил пива (рядом находился пивзаводик, на котором я тоже успел поработать со всеми «вытекающими»).

Вернулся в кабинет к потухшему писюку, отсоединил, упаковал, подготовил к отправке. Местные тётки-бухгалтерши стали жаловаться на отсутствие музыки — винамп-то уже в коробке... Я достал маленький FM-тюнер, подключил его к 210-м «свинам» (жалкое подобие акустики, популярное в конце девяностых) и настроил на какую-то станцию. Тётки рады. Для нормального приёма пришлось опустить тюнер на шнуре за стол. Для непосвящённого картина была привычной: монитор, клава, мышь, колонки и музыка. Главбухша тут же выскочила из своих апартаментов: «Раз ты комп починил, почему не работаешь?» Мой бредовый донельзя ответ заставил её ретироваться и выделить мне с писюком место в машине:

— Понимаете ли, уважаемая ***, звуковые платы современных компьютеров, к коим, несомненно, относится новое приобретение нашей замечательной организации, имеют полупиэсную архитектуру. Не стану томить вас заумной терминологией. Скажу просто: полпиэса в системнике, а полпиэса в колонках. То, что в системнике, отвечает за озвучивание различных сообщений системы, а полпиэса в колонках — за мультимедию. Вот и на колонках есть соответствующая надпись «210 Multimedia Speaker System». То бишь музыку можем, а базу нет — батарейка села».

Главбухша аж рот открыла, но по привычке оставлять последнее слово за собой решила сумничать:

— А «210» — это количество песен?

— Совершенно верно! А вы говорите, что ничего в этом не понимаете, — подыграл я и продолжил гнать. — Только я это ограничение благополучно взломал, и теперь можно слушать гораздо больше.

— Вот молодец! Но после ремонта чтоб всю работу доделал!

Дело было в 2001 году. Мне было 14, и я осваивал свой первый комп. Не прошло и трёх месяцев, как вылетел сидюк. Компьютерного магазина у нас в городе в то время не было, и новенький CD-ROM отец привёз из соседнего городка только через месяц. Вставляю в компьютер, подключаю кабели и минуты три изучаю табличку POST-теста. Что-то здесь не то. Выдёргиваю сидюк — грузимся. Ставлю — не грузимся. «Батя, — говорю, — ты, наверное, лопухнулся».

Звоню другу: так, мол, и так, что делать? А у друга этого был знакомый семьи, довольно-таки известный айтишник в городе.

Подгадываем момент, когда вышеупомянутый специалист зайдёт на рюмочку чая к родителям друга, и я притаскиваю к нему сидюк. Вставляем в «пентиум-первый» привод — пашет. Меня начинает волновать ущербность моего Celeron 333. Объясняю спецу, в чём проблема. Он молча послушал, взял привод, и как мне показалось, поводил пальцами по контактам привода.

— На, попробуй ещё раз дома.

— А что вы сделали?

— Заговорил.

Опечаленный, иду домой, без особой надежды вставляю сидюк, запускаю комп... О чудо — оно работает! Перезваниваю другу и требую раскрыть секрет заговора.

Так нынешний IT-специалист, краснодипломник и преподователь админских курсов впервые узнал про такие жуткие штуки, как IDE, «master» и «slave».

Не столь давно я демобилизовался из славных рядов ВС РФ, где, оказывается, тоже слышали о XXI веке — все батальоны и роты обзавелись своими компами. Как водится, никто специально на это денег не выделял, поэтому парк машин отличается разнообразием и древностью.

Итак, привезли в сапёрную роту «новый» компьютер — Рentium 100 и 128 МБ мозгов на не менее дремучей материнке. Проработав недели две, комп благополучно издох, и меня вызвали разобраться. Открываю я этот гроб — в нём разве что новых форм жизни не завелось; столько пыли и прочего г-на мне ещё видеть не доводилось. Вычистив бедную машину, начинаю пристальный осмотр.

Как и ожидалось, из-за пыли и ветхости сгорела оперативка, оплавившись и намертво залепив слот пластиком. Отверткой и ножом (другого инструмента в армии нету) злополучная плата была извлечена из слота; бойцы поскребли по сусекам и родили-таки исправную «диммовскую» память старого образца, но второй слот на матери оказался тоже гнилым. Начальство же требовало в сжатые сроки оживить машину.

Беру иголку и начинаю счищать горелый пластик с контактов первого слота. Трахаюсь с этой фигнёй уже часа два. Заглядывает штатная медичка, видит меня и с круглыми глазами спрашивает:

— Ты чего, боец, с компом делаешь?

— Операцию компу делал, зашиваю!

Медичка исчезла, слот я через какое-то время выправил, и комп ожил. Я не удержался и прикрутил-таки к крышке корпуса нитку, как будто так и надо. Полчасти потом сбежались смотреть на «прооперированный» компьютер, а медичка у меня допытывалась, когда швы снимать.

Было это в девяностых, когда дискета 3,5" стоила столько же, сколько сейчас гиговая флешка. В нашем институте, где я подрабатывал сисадмином (по документам — лаборантом), в компьютерном классе сети не было, но свирепствовавший в то время OneHalf распространялся студентами на дискетах примерно с гигабитной скоростью.

Чтобы пресечь незаконный оборот заразы, был издан приказ о пользовании дискетами только по специальному разрешению. За непослушание полагался штраф. Приказ был распечатан аршинными буквами и повешен на самое видное место. Студентов, впрочем, это не сильно пугало.

На выходных мы аккуратно разобрали компы, вытащили из них дисководы, сняли с каждого переднюю панель, скотчем приклеили по кусочку пластмассы в форме шторки и поставили эту конструкцию на место — уже без дисководов, но с полной имитацией наличия этих девайсов.

Студент, хитро оглянувшись и не увидев лаборанта, вставлял дискету, а вот получить её обратно уже не мог. Тут вставала проблема выбора: или проститься с дискетой, или заплатить кругленькую сумму штрафа. Практически 100% населения выбирало первый вариант.

Первый же понедельник принёс хороший урожай: непослушные студенты оставили в недрах машин около 50 дискет. Через неделю дисководы были возвращены на место, но пользоваться ими студенты уже не торопились.

Почитал я про злейших врагов айтишников, бухгалтеров и телефонистов. А вот моя профессия — электромонтер, и злейший враг ленивого айтишника — именно я. Почему, спросите вы?



Начну с того, что в нашей фирме частенько принимали на работу по знакомству и блату — многие айтишники были как раз из таких. Приезжает как то один такой «специалист» с заданием протянуть сеть от склада до конторы (150–200 метров сквозь здание ремонтных мастерских). Парень пришел к нашему начальству на поклон: «Провода должны тянуть электрики, а я только компьютер настраивать буду». Наше филиальное начальство, любящее поставить засос поглубже на заднице головного офиса, тотчас же соглашается: «Конечно-конечно, вот вам человек!» Жаль, что они не задумываются об отличиях электрика от айтишника. «Тяни кабель, а я пока в серверной буду свободный порт искать», — говорит мне это чудо. «Задание понял!» — чуть ли не кричу я и бодро бегу тянуть сеть.



Итак, от склада до мастерских 10 метров, а потом глухая стена с единственным отверстием под трубы отопления — как раз кабель проходит. Надеваю стальную трубку и протягиваю кабель, а чтобы его не вырвали, делаю узел на арматуре. Так, как теперь проложить по цеху? Конечно, под потолком, рядом с силовым кабелем, и подвязать к нему покрепче. Ой! Бухта упала. Ну ничего... Ё-моё! Кто-то нечаянно успел перерубить витую пару дверью. У электрика изолента всегда с собой, порванный кабель — не проблема. Опять вяжу два узла на арматуру по обе стороны от разрыва. Так, теперь силовой кабель ушёл в сторону, а мне надо прямо. Как заправский ковбой, кидаю лассо... есть! Тянуть получится только снизу. Раз-два... ну вот, изоляция слезла. Жилы вроде не оголились — и так пойдет.



Вот уже и серверная виднеется, и кабель кончился — дальше не мои проблемы. Компьютерщик с важным видом вышел, посмотрел и сделал замечание, что кабель грязный: «Вытри». Бедный, ты ещё не понял, какие проблемы ты себе создал, решив, что твою работу буду делать я?



— Ты зачем витую пару вместе с силовым кабелем кинул?

— Свои кабеля я имено так и кидаю, все рядом, связанные в один жгут.

— А-а-а! Это что?!

— Бухта упала, кто-то дверкой перерубил, пока я спускался.

— Её так нельзя сращивать!

— (c искренним удивлением) А что тут такого? Я там всё тщательно заизолировал.



Притащил паяльник. Паяй-паяй, у меня ещё пару раз пассатижи на кабель падали, и несколько раз попали по одному и тому же месту. Изоляция целая осталась, а где это было — не вспомню, хоть убей.



Неделю айтишник мучал данный провод, пытаясь оживить. Ничего не помогло — он снова притащил целую коробку витухи и торжественно вручил мне, в грубой форме сказав, чтобы таких оплошностей, как в прошлый раз не было. «Это высокотехнологичный провод, и твои доисторические подходы неприемлемы!»



«Такое больше не повторится», — говорю я, полный энтузиазма. Когда ты в школе учился, я уже прокидывал коаксиал, а чуть позже и витую пару, и мне известна сотня способов убить твой провод. Не спорю, может, ты и высококвалифицированный специалист, но пока ты пытаешься переложить свою работу на меня, я — твой злейший враг.