Не первый год, параллельно со всякими мелкими и не очень IT-халтурками по генподряду для Сбера, Большой тройки и прочих контор ради хлеба насущного, для души работаю в школе. Несу в массы разумное, доброе, вечное, преподавая старшеклассникам информатику, а в младших классах — английский. В конце концов, одно маленькое дело лучше тысячи красивых слов.
Малыши за очередную серию «Маззи» горы свернуть готовы, зубрят стишки, слова и правила, увидев на улице — радостно вопят мне: «Hello! Nice to meet you!», а став постарше, спрашивают: «%name%, а почему вы у нас больше уроки не ведёте?» То есть не самый нужный в ребячьей повседневности предмет в запасники памяти вкладываю — и неплохо вроде бы. Потом, надеюсь, не раз добрым словом вспомнят.
С компьютерами тоже знаком не понаслышке: первой записи в трудовой «техник ЭВМ» — уже почти два десятка лет, еще первый десяток календарных не разменял, а уже с «Правцами» и ЕСками возился. На выпускных в школе предметом по выбору взял, естественно, информатику. Кстати, жутко поразил преподавателя программой на встроенном в Эксель Бейсике, строившей на листе календарь на любой заданный год. Повезло, дорвался школьник до стоявшего ради мебели у директора в приёмной 386SX-20 c Windows 3.11 и Вордом-Экселем на борту, вот и выпендривался.
Совмещал учёбу на дневном очном с работой в семи местах и стоянием на радиорынке по выходным. Одним из мест работы, кстати, был саппорт у провайдера, так что дети до сих пор удивляются: «А почему вы на нас никогда не кричите?» Стал инженером межрайонного узла связи и, соответственно, скорой технической помощью на три района через год после института (ни разу не технического, кстати). Разбирался с чем угодно, включая промышленные холодильники и лесопилки («Ну, оно же с компьютером? Значит, тебе и разбираться»). И плевать, что тот «компьютер» — коробочка с десятком кнопок, семисегментным индикатором и инструкцией на португальском, а мобильного интернета и гуглопереводчика тогда ещё и в проекте не было. Эм, ладно, что-то я отвлёкся. Таких историй у каждого наберётся не один десяток.
Так вот, я стою, можно сказать, у истоков всех этих тётенек и дяденек, ищущих файлы в кабелях и почту в мониторах, — и что же вижу? Доступ к компьютеру за пределами школы есть у всех учеников. Даже у самых неимущих есть друзья или родственники, допускающие «к телу». А действительно интересующихся можно пересчитать по пальцам. По одному на параллель, не больше. Они, кстати, и идут потом по IT-стезе, но речь не о них. Остальные знают про «вконтактик» и Мейл-агент, могут включить и выключить комп, запустить игрушку, набрать текст. Всё! Особо продвинутые знают про Гугл-хром (его ж по зомбоящику рекламируют!) или Оперу, методом перректальной гландэктомии могут составить коллажик в фотошопе. Трое-четверо освоили высший пилотаж: для лечения «локера» могут накатить винду с диска F#ck you Bill! vol. N, причём обязательно с предварительным форматированием и переразбиением диска на два десятка логических спираченным Акронисом, но без сохранения инфы. Зачем? Потому что так надо. Такими они впервые приходят на урок. С чуть большим количеством знаний уходят. Но применить их на практике, за пределами школы? Ага, щас. Это фантастика, сынок.
И вот всем им я рассказываю про алгоритмы и системы счисления, растровую и векторную графику, блок-схемы и архиваторы, вирусы и антивирусы, сети и файрволы, Scratch и Паскаль, королей и капусту… Под запись, с примерами, схемами и дополнительными объяснениями, если кому-то плохо понятно. Кому-то дополнительное задание, чтоб не скучал, а материал закреплял. Кому-то помогаю на ногтях рисовать степени двойки, чтоб легче было решать задачки на перевод чисел. Кому-то про переменные объясняю, записывая и стирая цифры маркером на кусочках плёнки для слайдов. Накопилось таких мелких хитростей много — что-то своё, что-то у коллег подсмотрено. Год за годом, а результат стабилен: один человек в год, который действительно пользуется мозгами, а не заученными магическими формулами. А остальные так и бегают с «заколдованными» флешками, на которых фотоаппарат всё видит, а комп — ничего. Так и приносят их родители ноутбуки со всякой мелкой фигнёй типа выключенного вайфая. Так и говорят друг другу: «Да наш %name% — хакер, точно тебе говорю, просто не признаётся».
Это мелочи, к такому я уже привык, как и к тихой войне с завучем за соблюдение образовательных стандартов. Но временами я чувствую, что всё тщетно. Взять, к примеру, учебник Угриновича, написанный для клинических дебилов, настоятельно рекомендуемый Минобрнауки, который, хочешь не хочешь, надо ученикам дать, чтоб не нервировать проверяющих. Так вот, в этом учебнике есть практическая работа «Кодировки». Через пару минут после того, как десятый класс этого года приступил к работе, я почувствовал себя сервером под DDoS-атакой. Все наперебой: «%name%, а я не понимаю! %name%, программа запустилась, а что теперь делать? %name%, а что значит… %name%, а мне помогите, пожалуйста! А где тут команда „Окно“?» Урок был сорван. Всё бы ничего, но перед этим они же самостоятельно поставили SeaMonkey из специально расшаренной папки по устному указанию и безо всяких разъяснений. Алгоритм составить и выполнить — целую четверть материал жевали и так, и сяк, и эдак. Программку написать, чтоб посчитать чего или нарисовать на экране ёлочку/снеговика/домик, тоже нет проблемы. Пусть даже на уровне дрессированной индусской мартышки, но пишут. А вот пройтись по напечатанной пошаговой инструкции со скриншотами — изба индейская. Классы прошлых годов эту работу выполняли по тому же учебнику.
Теряюсь в мыслях — что ж это было-то? На флешмоб не похоже. Хоть кто-нибудь не выдержал бы и рассмеялся — а тут реально ступор полнейший у всего класса на полчаса с хвостиком. Эпидемия вируса отупения? Дух Фурсенко? Что ж это было-то, Бэрримор?