Работаю админом в одном небольшом дилерском центре, иногда выполняю мелкие поручения вроде замены картриджей. На этот раз я получил задание рангом повыше: скомпилировать DVD-диски с фильмами и набором фирменных программ от поставщика. Диски предполагалось раздавать бесплатно потенциальным клиентам в комплекте с фирменными брошюрками, красивыми этикетками и пакетиками. Работа закипела — началось производство своими силами.

Один из «смотрящих» поставщика неизвестно какими путями прознал об этой акции. Так как по условиям договора всю рекламную продукцию нужно согласовывать с ними, он изъявил желание узнать, откуда же всё берётся. Его завели в мою каморку, где вовсю шёл процесс тиражирования: цветной струйный принтер печатал без остановки наклейки на диски, чёрно-белый лазерник шлёпал выкройки конвертов, на двух компьютерах с четырьмя DVD-RW в каждом без остановки шёл процесс размножения дисков, а я сидел, резаком отрезал края наклеек и вручную лепил их на болванки.

К концу недели я мог без всяких подручных средств одним лишь резаком вырезать идеально ровную окружность.

В старших классах школы преподавала нам информатику женщина лет 45, жутко увлечённая религией. Учеников она в церковь почти не зазывала, но о Нём говорила постоянно. Когда мы начали проходить двоичную систему, она произнесла фразу, запомнившуюся мне навсегда:

— Есть ноль и единица, остальное — от лукавого.

Школа у меня была непростая — мы были экспериментальным классом информатики. В 11 классе мы с парой одноклассников временами вместо того, чтобы сидеть на уроках, вели курсы повышения квалификации у учителей информатики школ нашего района.

А как-то поставили меня неделю вести уроки у 8 класса — собственного брата и его одноклассничков, которые постоянно зависали у нас в гостях. Вхожу в кабинет. Меня полностью игнорируют, азартно гоняя в кваку: я же своя! А мне им надо по программе о «кореле» рассказывать... Я села на край стола, болтая ногой, и предложила пари:

— Значит, так. Все сейчас открываем «Арену». Я буду Дедом Морозом. Играем 15 минут. Если по итогам у вас всех в совокупности будет больше фрагов, чем у меня — вы играете всю неделю, и я ни слова вам не говорю. Если же у меня будет хотя бы на один больше — никаких развлечений.

Мальчишки, азартно вопя, рассаживаются по местам. Я стучусь одному из местных админов и прошу немедленно перехватить управление машинкой. Восьмиклашкам не повезло: админ в отрочестве занимал призовые места на городских турнирах.

Неделя выдалась удивительно спокойной и плодотворной — основы «корела» освоили все.

Скрепки — это ещё что... Дело было в конце девяностых. Работал я в сети магазинов по продаже бытовой техники. Стоял у нас дорогущий цветной струйник формата А2; на нём иногда печатались объявления и рекламные макеты.

После, наверное, месячного простоя агрегата приспичило нам что-то на нём напечатать. Коллега посылает файл на печать, девайс начинает жужжать... Вдруг раздаётся страшный треск, и принтер останавливается с ошибкой. Коллега подбегает и жмёт на кнопку, подающую бумагу назад. Из-под крышки выходит мятая бумага, а на ней сначала крепёж, а потом 486-й процессор! У нас шок. Как мы умудрились ухайдокать принтер так, что аж процессор вывалился?!

В этом состоянии нас застает другой коллега. Когда мы поделились с ним горем, тот начал биться в истерике. Оказывается, он перебирал комп и не нашел более подходящего места для запчастей, чем широкий и ровный лоток принтера.

У нас небольшая веб-студия, выпускаем несколько сайтов в месяц. Клиенты бывают очень разные. Звонок, менеджер берёт трубку, здоровается.

— Оксана! Я потеряла сайт!

Менеджер тут же даёт сигнал программисту; в голову лезут мысли о вирусах и о бэкапе на хостинге трёхдневной давности. Пока программист быстро проверяет доступность сайта, Оксана продолжает разговор:

— Что именно случилось с вашим сайтом?

— Я забыла его имя!

Уффф. Клиенту по буквам («s» как доллар) диктуется домен, сайт открывается, счастливый клиент прощается с нами. Имя этой барышни стало у нас нарицательным.

Сколько себя помню, на вопрос знакомых/друзей/родственников «Почему решил связать свою жизнь с IT?» я всегда отвечал: «Да как-то с детства нравилось, определился с вузом окончательно классе в девятом, ну и вот». Правильно говорят, что понимание многих вещей приходит со временем.

В далеком девяносто пятом, когда мне было десять лет, мы купили первый настоящий компьютер на Pentium 100. После БК, кассетным магнитофоном которого можно было с легкостью обороняться от двух-трех человек, новый компьютер казался хрупким, дорогим, и мы его чересчур оберегали. Коврик для мышки, с одной стороны жёсткий, а с другой мягкий и резиново-бархатный, конечно же, должен был лежать бархатной стороной наверх, чтобы шарик грызуна не царапался. Коврик приходилось придерживать, да и курсор плохо ездил, но мы усиленно терпели.

Так бы и мучились, если бы ребята из фирмы, приехавшие, чтобы сделать нам звук. Паренек помоложе, увидев наш шедевральный коврик, начал улыбаться. Его старший напарник молча сел за компьютер, бросил суровое «я видел» и, перевернув коврик, начал ставить драйвера. Улыбка младшего исчезла. Ребята молча всё установили, вежливо попрощались и ушли.

В тот момент — не из-за смеха, не из-за не прозвучавшей шутки, а именно из-за сурового «я видел» — мне стало до такой степени стыдно, что для себя я твёрдо решил: разберусь и буду «шарить» в компах не хуже этого дядьки. Видимо, тогда я и определился окончательно.

Уважаемые коллеги, не всегда стоит смеяться над юзерами. Может, от вашего невозмутимого поведения в нашем полку прибудет.

Снова беру денежки у начальства, снова неспешно прогуливаюсь до магазина компьютерных комплектующих. Остановился у крыльца, раздумывая, покурить или ну его нафиг? Хоть на улице и –34, решаю попортить здоровье. Выходят два консультанта:

— Ну тупые покупатели пошли, блин... Я ему русским языком: не бывает таких процессоров — трехъядерных. Они же не двоичные!

Второй только кивает сочувственно. Выбрасываю сигарету и быстро захожу в магазин. Решил найти всё в прайс-листе сам, благо там ID товара указан — можно просто отдать консультанту бумажку, не рискуя нарваться на идиота.

Нашёл, переписал, отнес. Консультант отправился к терминалу, я следом — мало ли что ему в голову взбредет. Не ошибся. Через полминуты безуспешных попыток вбить ID в форму поиска:

— Извините, у нас технические неполадки с терминалом.

Мне потребовалось исполинское усилие воли, чтобы включить этому шалопаю NumLock и не дать при этом в морду.

Работаю в сфере обслуживания компов в организациях и на дому. Довелось мне устанавливать видюху пользователям. Всё сделал, пока дрова ставятся, даю прочесть и заполнить форму приёмки-сдачи. Принимала работу немолодая женщина. Поставив подпись, она задала мне вопрос:

— А ведь его сейчас включать нельзя будет?

— Почему бы?

— Ну, пока детальки притрутся, видеокарта пообвыкнется в новой обстановке, ей же часа три нужно?

— Эм-м-м-м...

— (шёпотом, в сторону) Девочке уроки надо сделать...

— (громогласно) Конечно, нужно минимум три часа!

Вот так и растим ответственных блондинок.

Я далеко не сисадмин, но с компами знакома давно и хорошо. Поэтому уж никак не предполагала, что проблемы будут ожидать меня во время обучения в универе на предмете «Информатика».

Начну с того, что методические планы по этому предмету у экономистов, да ещё на очно-заочном отделении, весьма своеобразны. Так, в начале курса на лекциях нам объясняли, из чего состоит компьютер (как оказалось, из экрана, системного блока, клавиатуры и CD-ROM) и как работать в офисных приложениях. При этом кнопочки и менюшки ворда и экселя мы старательно зарисовывали в тетрадки.

Настоящие трудности поджидали меня на практических занятиях. Расстояние между корпусами у нас большое, и не всегда получается вовремя успеть дойти из аудитории в аудиторию (особенно, если не очень-то и спешить). На первое практическое занятие по изучению Norton Commander я опоздала. Не беда — взяла методичку, начала выполнять задание. Создать файл, вбить туда текст с картинки — что может быть проще? Печатаю я быстро, а тут ещё надо успеть выполнить определённый объём работ за занятие. Стучу по клавишам. Тут же ко мне подбегает препод с глазами по пятаку: «Ты чего клавиатуру ломаешь? Долбишь, как дятел!» Надо отдать должное, клавиши и впрямь щёлкали громко. Объясняю, что я просто печатаю быстро, а клаву могли бы и бесшумную поставить, если так напрягает. Но наши преподы не сдаются: «Печатай медленно!»

Зачёт по Нортону я тоже сдала не с первого раза, потому что все действия для упрощения и ускорения процесса выполняла мышью, следовательно, «неправильно». На резонный вопрос, какая разница, как я выполняла задание, если результат один и тот же, мне ответили: «Не умничай! В Нортоне нельзя мышью пользоваться, потому что я вас этому не учил!»

А вы потом жалуетесь, что ваши девушки в компах не разбираются... Их просто так учат!

DOS-исторические времена, 286-я машинка с двумя пятидюймовыми дисководами. Вставляю дискету, закрываю ручку, пытаюсь читать с диска А. Компьютер отвечает, что диск не подарок — «not present» то бишь. Ладно, думаю, значит, верхний у них B. Пытаюсь читать с него — диска там тоже нет. Открываю ручки, смотрю на дисководы — внутри пусто.

Что стряслось — неясно. В перечне наиболее приемлемых гипотез фигурировали «белочка», дыра в пространстве-времени и божественное вмешательство. Закон сохранения материи нервно курил в кустах. Десять минут ступора.

Объяснилось всё легко — между дисководами был зазор, в который легко пролазила пятидюймовка. Смотреть надо, а не полагаться на тактильные ощущения!