Любим мы на работе в обед поиграть по сети в командные игры. В последнее время пристрастились к Urban Terror — это такой гибрид Quake и Counter-Strike. После большого ремонта глобальной сети на нашем предприятии долгое время не было. Небольшую сетку мы наладили себе сами — и к принтеру у всех есть доступ, и файлами (как рабочими, так и не очень) меняться удобно.

Играли обычно три на три, но однажды хозяин одного из компов остался в обед на рабочем месте, а нарушать командное равновесие нам не хотелось.

Решение пришло сразу. Имелся в этой комнате логический анализатор Agilent 16802A, управляемый Форточками XP. Экранчик у него был вполне приличных размеров. Правда, мышку с клавой цеплять все равно пришлось — использовать кнопки на корпусе анализатора было крайне неудобно. Игру быстро установили, а связь с анализатором наладили, отобрав сетевой кабель у заработавшегося коллеги. Обеденный матч прошёл по графику.

До чего же бывают старательными люди! История эта произошла в одной из мастерских по ремонту сотовых телефонов в Тюмени, где я работаю «мастером на все руки».

Вызывает меня начальство и велит решить проблему с бухгалтерской программой. Беглый осмотр места происшествия выявил папку с программой весом в 14 ГБ и полностью забитый диск С. Увеличение раздела не помогло — через пятнадцать минут диск снова оказался заполнен, а папка растолстела до 20 ГБ. К тому времени я уже выяснил, что её нормальный размер не превышает 200 метров, да и то с полной базой, а около двухсот файлов с расширением .tar не имеют к ней никакого отношения. Попытки удаления непонятных файлов оборачивались восстановлением статуса-кво в ближайшие десять минут. Последовавший за этим гуглинг на тему «страшного вируса, создающего неизвестные файлы» принёс нулевой результат и волну отчаяния.

Чтобы успокоить расшатанные нервы, я направился в каморку техников попить чайку и поразмыслить над проблемой. Уже на подходе я почуял неладное — стояла странная тишина, не было слышно гогота и затейливого мата, характерного для разгара рабочего дня. Причина была проста: техники сидели за двумя компьютерами и... с довольными лицами перебрасывали в ту самую расшаренную папку файлы с прошивками для телефонов!

На вопрос «Нафига?!» ребята ответили, что место на их жёстких кончилось, а хард сервера толстый и всё вытерпит. Увеличение раздела очень обрадовало работников напильника и паяльника, а мои потуги по удалению мусора были восприняты ими как глюк сети.

Дело было на первом курсе. Наш поток защищал курсовую по географии. Одним из обязательных требований было наличие нарисованной от руки карты по теме работы.

Если я скажу, что рисую как курица лапой — я не скажу ничего... Через десять минут размышлений решение проблемы было найдено. Я выцыганил у старшей сестры изрисованную от корки до корки контурную карту за 8–10. Сестра училась в художественной школе и от природы была очень аккуратна, что отразилось на картах.

Быстро найдя необходимый материал, я засунул карту в любимый МФУ HP, при помощи Paint закрасил шероховатости и стёр ненужные отметки с карт, а на диске «800 дизайнерских шрифтов» нашёл гарнитуру, наиболее похожую на мой почерк. Вуаля — карта готова!

Курсовая защищена на отлично, дело сделано. Да только до сих пор стыдно — моя карта висит на стенде кафедры как пример для подрастающего поколения...

Наш системный архитектор, человек брутальной внешности и соответствующего характера, был привлечен к совещанию с представителями заказчика. Во время перерыва в кулуарах был подслушан следующий диалог:

— Слушай, а кто это такой?

— Этот мужик? Это архитектор, с их стороны.

— М-м-м. Кликуха, что ли?

У нас в семье в воспитании детей была извечная проблема — школьный дневник. Родители не рвались его проверять, а просто время от времени расписывались на каждой прошедшей неделе в графе «підпис батьків» — дескать, все замечания классрука прочитали, оценки видели, о прогулах знаем. Были, конечно, и случаи, когда на страницах дневника велся весьма оживленный чат с классруком, но наш рассказ не о том.

Когда родители приходили подписывать дневник, с вероятностью 90% он был не заполнен. Нам было очень стыдно, да и люлей порой отхватывали — приходилось сидеть и заполнять расписание за три-четыре недели, прошедшие с момента прошлой проверки (бог с ними, с заданиями, хоть бы расписание было). Программистские гены передались нам от родителей по наследству, и оптимизаторский подход рано или поздно проявился у всех.

Я класса с восьмого, не мудрствуя лукаво, заполнял дневник под копирку. Брат раздобыл у отца наборный штамп и проштамповал дневник до конца года всеми предметами по очереди.

Но сестра все равно отличилась. Она пошла на переговоры с мамой-бухгалтером и дорвалась до принтера наклеек с ценниками/штрих-кодами. Программа была за шоколадку (или за красивые глаза, уж не знаю) изменена мамой и... дневник сестры был расклеен до конца года.

О дети цифрового века! Если им лень писать ручкой — они напечатают.

Середина недели. Полутёмная комнатушка, заваленная железом. На улице — серость и дождь, но даже это можно увидеть, только поднявшись с ногами на стол и выглянув в узенькое зарешёченное окно под самым потолком. Нервно мигают десятки светодиодов. Настроение на нуле: никаких светлых перспектив, никаких тёмных переживаний. В интернете не пишут ничего интересного. Никто не звонит и не заходит с самого утра. Нет ни прошлого, не будущего, а настоящее проходит сквозь пальцы и уходит прочь с дымом сигареты.

С антресолей, из-под столов, из-за шкафов, из-под слоя пыли, из-за паутины, из глубин забытья извлекаются полузабытые системники. Сломанные, устаревшие, ставшие ненужными или собранные про запас, современные и антикварные, светлые и тёмные, целые и разобранные — все они, встав в один ряд, ждут своего часа. Ещё несколько раз подмигивает свитч... Ещё несколько раз взвизгивает флопик... Вот оно! Сейчас всем им будет предложено отведать свежей дискеты. Они забудут своё прошлое, они станут не тем, чем были, они будут служить мне...

Шёл второй час перепрошивки биосов на старых матерях. Чем ещё можно занять себя в дождливый день?

Работаю на нескольких работах, в том числе и сисадмином. Смешных ситуаций бывает много.

Skype, надеюсь, все знают? Так вот, в одной конторе для уменьшения растрат на межгород (надо сказать, весьма немалых) я внедрил Skype-звонки и переписку. Вечером возвращаюсь домой и вижу непрочитанное сообщение:

— Коля, привет, у нас проблемы с интернетом — не можем подключить.

Не нашел ничего лучше, чем написать правду:

— ВОТ! Вот это сообщение достойно цитирования! Вы пишите о проблемах неработающего интернета в программе, общение через которую без интернета невозможно! Это гениально!

Небольшой провайдер, операторский отдел. Внезапно пропадает интернет; начальница отдела вздыхает и удаляется в серверную. Операторы сидят, страдают фигнёй. У одного звонит телефон:

— Да?

— Возьми ноут и приходи сюда.

Парень вздыхает, бросает на плечи рюкзак с ноутом и чапает к выходу. По пути его окликает другой оператор и показывает на рюкзак:

— Чувак, ты за интернетом?

По лицам пробегают улыбки. Парень достигает цели, где в паре с начальницей начинает ковырять роутер отдела. Закончив ритуальные пляски, пара возвращается.

— Ну что, принесли?

«Ноутбучный» бросает рюкзак на диван и только набирает воздух для ответа, как из дальнего угла слышится радостный возглас:

— Гугля запинговалась!

Все молча изучают взглядом рюкзак.

Работаю эникейщиком в одной из госструктур. Большая часть сотрудников — женщины; естественно, все хозяйственно-компьютерные вопросы дамы поручают мне. Как-то раз одна молоденькая и очень привлекательная девица слёзно рассказала мне, что её компьютер не работает и всё время показывает синий экран. Ну, думаю, подфартило — кризис ведь... Объяснил, что проблему удастся решить только при условии, что я буду работать на месте.

Взял «Зверя» и прочие мелочи и поехал к ней, предварительно договорившись на 21:00. Проблему решил быстро — всего-то винда активацию просила. А вот вместо денежной компенсации девушка накормила меня вкусным ужином, напоила чаем, и после долгой и душевной беседы я отправился домой.

Айтишник, помни: деньги в жизни — не главное!

Работал как-то инженером-программистом (по сути — эникейщиком) в управлении жилищно-коммунального хозяйства небольшого городка. Персонал в основном женский, разделенный на две неравные категории. Первая — молодые девчонки, отбывающие двухгодичное распределение после университета; вторая — дамы далеко за сорок.

Обновили компьютерный парк, кинули локалку, закупили мощный сервер, который исполнял роль контроллера домена, файл-сервера и терминального сервера для жёлтой бухгалтерской программы от известного российского разработчика.

Чтобы не прерывать четкий и отлаженный процесс раскладывания пасьянсов и поиска выпускников 87-го года в социальных сетях, я решил превратить рабочую группу в домен на выходных. Завёл всем учётные записи, настроил на рабочих станциях регистрацию на сервере и распечатал листочки с именами и паролями (не менее 8 символов, цифры и латиница с чередованием регистра), которые положил всем под клавиатуры.

В понедельник с утра разгорелся грандиозный скандал. От экономиста по труду директору поступила устная жалоба следующего содержания: «Программист %name% установил мне матерный и оскорбительный пароль „четыре-ебу-Пашка“!»

Долго же мне пришлось объяснять что под «4e6ypAshKA» имелся в виду лопоухий друг крокодила Гены, а не таинственный секс-символ!