Решали задачу, суть которой сводилась к тому, чтобы дискретными отрезками достичь поверхности Земли, не выходя за пределы заранее заданного конуса. В качестве подзадач приходилось пересекать окружности, сравнивать углы между векторами и заниматься прочими трехмерно-геометрическими прелестями.

Всё готово, начинаем проверку. На одном тесте работает, на втором работает, на третьем — бац! — ошибка. В результате кропотливого дебаггинга обнаруживается проблемный кусок кода:

long double a1, a2;

a1 = PI / 2 + alp;

a2 = PI / 2 - alp;

После выполнения оказывается, что и a1, и a2 меньше, чем 1,57. Долго думали. Ещё думали. В итоге посмотрели в начало кода:

const int PI = 3.1415926535897932384626433832795;

Вот уж действительно: «Для простоты вычислений примем Пи равным трём»...

Сбился с ног в поисках токопроводящего клея для клавы ноута. Один товарищ, спасибо ему огромное, выручил и не оставил меня в беде — подогнал рецептуру самодельного клея с рекомендациями по изготовлению:

В качестве токопpоводящего матеpиала использовать газовую сажу (чистый углеpод). Если возникли пpоблемы с сажей, её легко получить самому. Пpи неполном сгоpании оpганики (коптящее пламя) можно собpать нужное количество сажи. Чем больше копоти — тем лучше.

Сажу лучше всего собиpать на массивный металлический пpедмет; вполне подойдет обычный утюг. Для пpиобpетения навыков можно потpениpоваться с обычной свечкой. Идеальный случай — это гоpение ацетилена, но только без подачи кислорода! Можно напpявить пламя в обычное металлическое ведpо, а после остывания спокойно собpать сажу.

Живо представил себе картину: огонь, копоть, старое дырявое ведро, из прорех которого выбиваются клубы черного вонючего дыма. Я же сам, вертящийся вокруг ведра и чадящего пламени, в робе, перчатках и смачных чёрных мазках сажи, на вопрос «Что это ты делашь?» бодро, с белоснежной улыбкой отвечаю: «Да клаву на ноуте надо отремонтировать!..»

В рабочий компьютер мне вчера установили новую видюху, и я наконец-то включил в программе аппаратное ускорение графики. Красиво, конечно, стало, но глаз, привыкший к старой картинке и виду чертежей, на легкое размыливание при отдалении однозначно реагирует как на стратежку и инстинктивно ищет мини-карту с радаром и отряды юнитов.

Волею судеб я имела небольшую практику работы в IT-отделе кем-то вроде эникейщика, хотя должность гордо называлась «Администратор 1С». Подходящего под это дело образования я не имею и иметь не планирую — мне и так хорошо. Организация была настоящим, болшим и внушительным болотом, а людей, общающихся с компом хотя бы на «вы», можно было перечесть по пальцам одной руки.

Как обычно, шумно и неожиданно в наш кабинет ворвалась кадровичка, тучная и очень истеричная женщина, которая вряд ли слышала хотя бы краешком уха об элементарных правилах этикета. С ходу, не дав мне опомниться от испуга (в то время как мои коллеги совершенно равнодушно поглощали лапшу, по-видимому, давно привыкнув к её неожиданным появлениям), она сотрясла воздух отдела неожиданным вопросом:

— У вас есть там ещё эта... оборотная сторона мышки, на которой я ещё печати ставлю?

Один из коллег, меланхолично дожёвывая лапшу, кивнул — сейчас, мол, принесём. Дама удалилась, я же принялась фантазировать на тему оборотной стороны: что за часть тела такая, как она выглядит, и, главное, при чём тут печати?! В затянувшейся тишине коллега встал, отряхнул колени, подошёл к шкафчику и извлёк с нижней полки... коврик для мышки, после чего сдул с него пылинки и отправился в отдел кадров.

Этот эпизод показал мне всю бездну моей компьютерной неграмотности. Однако около двух лет я всё-таки там продержалась, пока с кризисом это болото не начало рассасываться, а «верхи» не проявили живого интереса к соответствию образования занимаемой должности.

Секрет же таинственных печатей тоже был разгадан, хоть и не сразу. Мышиный коврик эта дама использовала как удобную подкладку: на нём было очень удобно размещать документы для штампования печатью организации. Мягко, удобно, да и оттиск виден идеально! По прямому же назначению коврик использовался крайне редко.

Ещё один «гордый птыц» — старенький мак у меня на работе под управлением макоси-девятки. Поднимаю новый сервак под дебиан (ну люблю я его, искренне и нежно) — в том числе он должен работать и контроллером домена. Покрутила LDAP, так и не подружила с самбой, и отвлеклась на другие дела. Собственно, виндовые машины плевать хотели на наличие недокрученного КД в поддомене, но мак... Мак учудил. Его используют ежедневно, но при этом не очень активно, потому я как-то и не подумала о его фруктовой гордости. С мест сообщают:

— У нас мак с ума сошёл!

— Что такое? Требует Пангалактического Грызлодёра и шлюх?

— Не, пароль не принимает.

Прихожу. Действительно, не обнаруживает WINS-сервер, не видит сетку и бурчит что-то про неверные логин и пароль. Чешу репу. В общем-то, подозрение появилось сразу, но я решила убедиться. Возвращаюсь к себе, торможу сервисы LDAP и Samba — мак спокойно заходит в сетку. Судя по всему, всё происходило примерно так:

Мак просыпается, окидывает взором сетку, грустно таращится на виндовый КД, доставшийся мне от предыдущего админа, вздыхает, и тут... «Ёкарный бабай! — радуется мак, хлопая себя ладонями по коленям. — Линух, @#$%&, отца Торвальдса твоего Линуса! Какими судьбами, товарищ ты мой ненаглядный!» И всё. КД под виндой грустно таращится на мак.

Это я к чему? А к тому, что если встретятся в сетке два «гордых птыца», то единственный способ отвлечь их от воркования друг с другом — хладнокровно пристрелить одного из них.

Собирался послать нашему Configuration Manager письмо о том, что ClearCase жалуется на невидимые файлы, которые не участвуют в слиянии. Ввёл заголовок и... случайно отослал письмо, ничего не написав.

Получаю ответ:

Бл$, это концептуальный мейл.

Я минут 5 втыкал в пустой лист с названием «Невидимые файлы».

В одной софтине, которую делал мой коллега, при разработке понадобился «чёрный ход». Оформил товарищ его соответственно — в диалоге «О программе» под строкой копирайта был тайный пиксел. Shift-Ctrl-Alt-правым щелчком по нему можно было вызвать некую тестировочную функцию, которая, проверив что-то, выдавала окошко с результатом, изложенным на великоанглийскои нецензурном.

Потестили и забыли. А на третий день после релиза пришел вопрос из забугорья, почему это программа говорит про «мазафаку», со всеми вытекающими оргвыводами в адрес несчастного программера.

Нажать 73 раза за три дня на кнопку без картинки просто. А вам слабо, зажав хитрый аккорд на клавиатуре, прокликать каждый пиксел в about-боксе?

Как-то раз умер файл-сервер. Совсем умер — работа конторы встала намертво. Наспех поднимаю новый под единственным имеющимся дистрибутивом линукса — Ubuntu Server 8.0. Встал идеально, но через час выяснилось, что в запарке я забыла отрубить ему сон в биосе. Файл-сервер, используемый ежесекундно, регулярно крепко засыпал с остановкой винтов и закрытием сетевых подключений. На мои просьбы подождать немного — перегружусь, мол, и отключу эту функцию, — мне пригрозили жутчайшими карами. Дергать постоянно мышью сервера было напряжно — то забуду, то по делам уйду.

Решение было найдено чисто женское и впоследствии получило наименование «пощекотать мышке письку» (пардон за мой французский). Я вспомнила про способ, когда-то описанный на боре — подвесить мышь напротив работающего вентилятора. Вентилятора достаточной мощности рядом не наблюдалось, в наличии были только кулеры обычных писюков. Как же проблема была решена? Очень просто. Мышку я перевернута вверх пузиком, в «причинную дындочку» засунула нитку и разместила конструкцию в воздушном потоке от системника со снятой боковиной. Файл-сервер благополучно не спал до конца рабочего дня — видимо, хохотал от щекотки. Друг мой, оценив инженерную смекалку, выдал прекрасное двустишие:

Мышка вверх пузом лежит и хохочет —

Мышке нитка письку щекочет.

Попросили меня как-то раз комп посмотреть — гудит, мол, как самолёт на взлёте. Прихожу, смотрю — действительно, как резаный орёт. Выключаю, заглядываю внутрь, выдираю что-то из системника с бумажно-пластмассовым хрустом, включаю — тишина! У клиентов глаза по пятаку.

Объяснять, что у кулера на процессоре наполовину оторвалась наклейка, а потому изменилось положение центра тяжести и появилась вибрация, я не стал. Стольник на пиво раз в неделю мне совершенно не мешает!

Я обожаю свой дебиан. Буквально только что он уличил меня в связях с виндой и чудовищно на меня обиделся. «Прошину хрюшку», стоящую второй осью, он принципиально не замечает, ибо линукс, как я поняла, птица гордая, и до общения с недоосями, даже живущими с ним на одном винте, не опускается.

Ситуация проста. Сегодня на работе я торопилась и, как обычно, выдрала флешку с виндовой машины без безопасного извлечения. Пришла домой и решила перелить кое-какое файло на домашнюю машину. Втыкаю её в USB-хвостик и жду, когда дебиан её примонтирует. И тут, впервые за долгое время нашего романа, молчит, зараза. Вежливо интересуюсь, в чём, собственно, дело?

— Слышь, — получаю ответ, — ты во всякую гадость девайсиной тыкала, без предохранения, а теперь мне это суешь? Ты не обалдела ли, блондинка? Я за твои противоестественные связи отвечать не намерен!

— Не, чувак, это ты обалдел, чесслово! Жри давай, что дают!

— Справку от венеролога принеси, да?!

В общем, перегрузилась в винду, корректно извлекла флеху, возвращаюсь в дебиан. «Ну?» — интересуюсь уже не так вежливо. «Вроде не поддельная», — соглашается дебиан… Обожаю ревнивца!