Недавно заказчики, лица кавказской национальности, попросили усовершенствовать систему видеонаблюдения в игровом клубе. Требовали «видяху», как в кино — камеры, снимающие в ультрафиолете, в мечтах хозяев клуба демонстрировали бы на мониторе пятна от различных жидкостей. Стёкла же на камерах должны были быть разноцветными, чтобы картинка была красной, зелёной или синей.

В наличии имелся видеорегистратор лохматого года выпуска со скоростью записи 1 кадр/с и 12 корпусных камер. Собственно, нужно было эти объективы подобрать. Предложил заказчикам использовать светофильтры, но они отказались: не надо, мол, фильтры, хотим сами стёклышки разноцветные, раз деньги есть — делайте как в кино!

Я так и не узнал, что за кино они смотрели — наверное, про супершпионов. Ультрафиолет в камерах наблюдения стараются фильтровать, чтобы не засвечивать видеоматрицу, да и объективов цветных не выпускают — зачем ухудшать картинку почём зря?

Придумал самое «киношное» решение — предложил поставить купольные поворотные камеры с зумом и инфракрасной подсветкой, собрав это на интегрированной видеосистеме, а картинку отправлять на мобильники с возможностью управления камерой. Гордые кавказцы отказались, мотивируя тем же: «Бэз стёклищек!»

В уже далеком девяносто восьмом я занимался продажей комплектующих и сборкой компов. От клиентов отбоя не было — народ прочухал, что компьютер дома так же необходим, как холодильник или газовая плита. Конкуренция практически отсутствовала — со своим бы потоком клиентов справиться!

Приходит как-то семья очень южной национальности: папа, мама и сынок лет десяти. Просят собрать им «самый лучший компьютер». Я привык к тому, что народ не всегда понимает, во сколько может обойтись хороший системник, и поинтересовался, на какую сумму они расчитывают, — оказалось, 1500 долларов. Развернулся я по полной, вписав в список топовую комплектуху — Athlon на 700 МГц, видеокарточку на 16 МБ с двумя выходами, вместительный винт и т. п. Набралось на 800 баксов.

Посмотрев на конфигурацию и подбитый внизу итог, глава семейства скривился: «Я думал, вы можете что-то хорошее нам предложить. Нам не нужно средненького, наверно, мы пойдем в другое место». Все мои попытки объяснить, что во всём городе крутым процессором считается Pentium II 333 МГц, ни к чему не привели.

Ну, думаю, была не была: «Ах, вы хотели самую крутую машину! Простите, секундочку, сейчас-сейчас!» Открываю таблицу с конфигурацией и добавляю к названиям комплектующих солидные слова и символы, вроде «AMD Athlon++ 700MMX Super». Цену увеличиваю вдвое: «Извините, самый крутой компьютер стоит подороже полутора тысяч, но я могу слегка изменить конфигурацию». Папа без колебаний отсчитал нужную сумму, и мы, договорившись о дате доставки, распрощались.

Я нервно курил в коридоре, периодически прерываясь на смех, и прикидывал, что же куплю на заработанные восемьсот «зелёных». Когда вернулся в офис, на столе заметил бумаги, забытые южными клиентами. Оказалось, это были распечатки счетов из других фирм, и я тихо сполз со стула, проглядев предложения — конфигурации один в один с ценами в 1200 и 1400 долларов. А я-то всегда думал зарабатывать на объёмах продаж, а не на большой наценке...

Клиенты же стали постоянными; при каждой покупке для них действовала специальная «скидка» в +50%.

Недавно устроился на подработку в местный аэроклуб ДОСААФ, где до этого два года занимался спортивным авиамоделизмом.

Должность у меня была далёкая от IT — вернее, должности как таковой не было. Траву на поле выкосить, помочь пиркаль на крыле натянуть, заклёпки поставить, просверлить и заколотить — вот и всё, что от меня требовалось. Всё окружение — мужики за пятьдесят (молодёжи в малой авиации всё меньше и меньше), все с компами на «вы». На весь аэроклуб было две машины: одна у начаэродрома, вторая у бухгалтера.

Сверху пришло предупреждение: всем срочно поставить лицензионные операционки, чтобы избежать проблем с ОБЭПом. А у аэроклуба денег еле-еле на техобеспечение двух стареньких «Ан-2» и одного «яка» хватает. Прихожу с челобитной к начаэродрома: «Предлагаю поставить линукс!» После часа объяснений, что это такое и с чем его едят, шеф дал добро. Назавтра на обеих машинках крутил кубик десктопа свеженастроенный Убунту.

И началось! Раньше, ежели чего не работало, вызвали «кампутерщика» из ДОСААФ, теперь же дёргать стали меня. В основном проблемы были, конечно, из репертуара блондинистых секретарш.

В один прекрасный день мы с техниками собирали «Ан-2», который до этого год разобранным пылился в ангаре. Устал я, как собака, и хотел побыстрее вернуться домой. Уже начал собираться, как зашёл шеф и тихо так, с отстранённым видом произнёс: «Лина полетел».

Чувствую, что настал день «Д», пришло время «Ч» и полная «Ж», и оставаться на работе придётся допоздна. Смотрю на небо, молясь, чтобы проблема решилась легко, и замечаю пару минут назад взлетевший «Ан». На борту красовалась надпись «LINA», оставшаяся от прежних владельцев. А шеф, оказывается, мне премию принёс!

Работаю в организации с огромным количеством филиалов по всей стране. С IT лично не связана, но филиалы часто пытаются решать свои проблемы через наш отдел вместо того, чтобы обратиться в техподдержку.

Сегодня звонит девушка из одного из филиалов и жалуется, что у неё форма для ввода на сайте не работает. Искренне сочувствую — я не саппорт, идите, девушка, к айтишникам вашим. Та грустно соглашается, но через пять минут перезванивает: айтишники не знают, что делать, сайт-то из Москвы управляется.

Тыкаю её носом в телефон разработчика на сайте. Опять перезванивает. Саппорт разработчика шлёт обратно — мол, отменили уже эти формы, потому-то они и не работают. Приглаживая вставшие дыбом волосы, звоню в саппорт сама. До этого проверяла же форму — под IE она работает, а под Оперой действительно расползается и не функционирует. Через минуту разговора с техподдержкой выясняется, что айтишники с девушкой просто не нашли общего языка — формы никто не отменял, а под Оперой действительно раобтоспособность не гарантируется.

Всё, думаю, проблема решена. «Каким браузером пользуетесь?» Как вы думаете, что я получила в ответ? Правильно:

— А что такое браузер?

— Эээ... Ну, в интернет через что выходите?

— Сайтом.

— А запускаете Эксплорер или Оперу?

— Сначала ярлычком.

— Во! Ярлычок в виде синей буковки Е или красной буковки О?

— Синяя Е.

— Это Эксплорер. Версия какая?

— Что-что?..

Хорошо то, что хорошо кончается. Теперь девушка точно знает, что такое браузер, какой из них установлен у неё и даже то, что это последняя доступная версия. И форму она тоже заполнила, правда, браузер тут был ни при чём: девушка просто не заметила нужную кнопку...

Сижу на работе. Звонят бухгалтеры из другого здания и кричат в трубку, что у них не работает принтер, но это полбеды — процессор горит! Накидываю куртку, хватаю отвертку и бегу к ним, судорожно прикидывая, где ближайший огнетушитель..

Врываюсь в кабинет: «Где горит?» Дамы показывают на заднюю панель системника, где мерно моргает оранжевым светодиодом индикатор активности LAN-сетевухи.

Когда перестал работать принтер, бухгалтеры решили перед вызовом специалиста сами проверить, всё ли в норме, и заметили «пламя» в «процессоре».

Конец девяностых. Начало развития локальных сетей. В соседнем доме двое ребят скинулись и купили себе тарелку. Через месяц поняли — дороговато удовольствие! Подключили всех соседей — всё равно нерентабельно. Оформили все документы, зарегистрировали локальную сеть и начали подключать дома.

В то время желающих воспользоваться такой неизвестной услугой, как локальная сеть, было маловато — компьютеры-то были далеко не у всех. Наша многоэтажка, стоявшая через дорогу от дома с той самой тарелкой, была единственным возможным пристанищем для хаба, через который можно было подключить уже целый микрорайон. Идеальным местом была моя квартира на последнем этаже, и вот в один вечер ко мне заявилась делегация в лице директора локальной сети, монтажника и соседа с первого этажа. Разговор предстоял долгий: надо было уговорить меня разместить в квартире хаб, так необходимый для развития сети.

На чердаке хаб поставить ребята не могли — подводка электричества и сооружение защитного короба были им не по карману. Я делал вид, что локальная сеть — это лишь пустая трата времени, и мне она нафиг не нужна. Через полчаса я согласился на установку оборудования в своём сортире с условием бесплатного подключения и льготной оплаты услуг.

На следующий же день в моем туалете появился мигающий хаб, из которого выползали кабели, питающие сеткой целый район — вот только мне логин с паролем никто так и не выдал. По телефону ребята начали кормить меня завтраками. Прошел месяц, за это время через мою «избу-читальню» было подключено уже около двух десятков абонентов. Весь микрорайон уже радовался сетевым играм и интернету, лишь я сидел в офлайне.

Выход нашёлся. В один прекрасный момент, рассматривая моргающие в туалете лампочки, я волевым движением руки выдернул кабель питания хаба из розетки. Через полчаса сеть настраивать пришёл сам директор.

А у нас волшебной натасканной таксы, укладывающей провода на подвесных потолках, в штате не было. Спасались низко- и высокотехнологичными устройствами:

1. Пистолет с присосками и тонкий капроновый шнур. Применяется для проброса на прямых участках на длину до 15 метров.

2. Лук спортивный — то же, но бьёт вдвое дальше. Штука довольно опасная: пару раз устроили фейрверки-коротухи, перебили несколько плафонов дневного света, а разок уронили весь потолок, попав аккурат в главную растяжку.

3. Арбалет — компактнее, но начальная скорость под потолками явно избыточна. Запутывает и рвёт провод. Пару раз одалживали для проброски между крышами, но едва не подстрелили ловца, и решили отказаться от дальнейшего использования.

4. Теннисный мячик. «Мануальное» метательное приспособление для сложного профиля запотолочного пространства.

5. Килограммовая гиря — то же, но для вертикальных вентиляционно-стояковых маршрутов.

6. Фиберглассовый трос.

7. Швабра.

8. Двухметровые отрезки коробов, по необходимости сращиваемые скотчем прямо в запотолочном пространстве. Одно из самых универсальных решений — почти всегда под рукой.

7. Длинная удочка-телескоп. Крайне популярна у укладчиков.

8. «Всевидящее око» — то же с прикрепленной вебкамерой, воткнутой в ноутбук через USB-удлинитель, со светодиодной подсветкой. Изготавливается так: берём фонарь, группу диодов по периметру оставляем, а на место центральных приклеиваем камеру. Получается бестеневое освещение, как от кольцевой вспышки. В качестве апгрейда можно добавить лазерный дальномер из китайской указки.

Пригласил меня однажды друг настроить свежукупленный комп своему товарищу. Винда в норме — XP SP3; поправил пару настроек и отключил несколько служб. Установил и новинки игропрома — конфигурацию подобрали неплохую, внутри гудел здоровенным кулером новенький GeForce 9600. Нахваливаю выбор:

— Классная видеокарта!

— А то! Всё, что нужно, купили, даже бесперебойник есть, только зачем он, не пойму — для защиты от скачков напряжения?

— Сейчас расскажу, а лучше покажу. У вас рубильник далеко?

— Нет.

— Вырубай нафиг!

Товарищ удаляется, мы с другом ждём начала спектакля. Бах — свет гаснет, компьютер вырубается, UPS пищит. Что за чертовщина?

Смотрю под стол и понимаю, что в знаниях устанавливавшего компьютер «специалиста» был серьёзный пробел. Бесперебойник был включен в электросеть параллельно с питанием системника и монитора.

Зайдя к знакомым админам на работу, увидел интереснейшую картину: ребята пытаются выявить неполадки на машине «методом тыка», перекидывая поочередно запчасти с нерабочей машины на рабочую и обратно. На вежливый вопрос, что же тут происходит, получил короткое объяснение, что «шайтан-машина» отказывается включаться, причём на соседнем компьютере всё это железо работает как часы.

Сходили за пивом. Зашедший случайно начальник увидел трёх человек, в абсолютной тишине уставившихся в открытые недра системного блока. Минут через двадцать подобной медитации я в виде шутки порекомендовал ребятам воткнуть наушники. Каково же было наше удивление, когда машина завелась!

Этот комп я потом получил в подарок от друзей вместе с бубном. На корпусе гордо красовалась гравировка: «Ни дня без музыки».

Шеф у меня в общем-то нормальный человек, но когда дело касается компьютеров, иногда хочется повеситься. Нет, он не подписывает кнопки мыши «левая» и «правая», но обладает глубоким убеждением: если что-то произошло с компьютером, это проблемы айтишников и только их, а его они волновать не должны. Это делает совершенно невозможным исправления любых, даже самых мелких ошибок удаленно по причине полного нежелания начальника не только выполнять инструкции, но и просто сказать, что же конкретно произошло.

В этот раз, дождавшись субботы, я отправился на честно заслуженный отдых с друзьями. Позвонил шеф и в весьма резкой форме потребовал немедленно приехать, чтобы восстановить работоспособность системы: «Через три часа презентация с заказчиками, а у меня ничего не работает!» С равной долей вероятности могло стрястись что угодно: от выдернутой из разъема мыши на одном из компьютеров до падения всей локалки.

Проблема заключалась в том, что отдыхать я уже начал — звонок застал меня лежащим в не самом трезвом виде в не самом чистом окопе в форме унтершарфюрера Ваффен-СС с немецким автоматом времен Второй мировой войны. Проще говоря, я был на реконструкторском фестивале, и, что самое обидное, мы в этот момент весьма уверенно разбивали в пух и прах коллег из РККА.

Видно, я принял на грудь не так мало, как мне казалось — я решил всё же закончить бой, после чего навеселе с искренним чувством удовлетворения победой поехал на работу, накинув поверх летней формы белый, но не менее грязный зимний маскхалат без опознавательных знаков. В транспорте, очевидно, меня приняли за бомжа, что ничуть не испортило мне настроения.

Представьте, что подумал шеф, когда перед дверью нос к носу столкнулся с помятым, грязным и небритым эсэсовцем, в котором с некоторым трудом распознал собственного админа?!

Проблему я решил за пару секунд — не было света, а сервера работали от бесперебойниколв, один из которых я и выделил шефу для презентации. Уходя, не нашел ничего лучше, чем вскинуть руку и крикнуть: «Meine Ehre heißt Treue!»

Стыдно, конечно. Теперь шеф смотрит на меня с ужасом, а зависший компьютер научился перезагружать сам.