Канун последнего экзамена. У меня всё в полном порядке, но другие студенты моей группы были не столь успешны в течение семестра и сейчас активно сражаются за зачёты по практическому курсу «Численные методы». Каждое задание — набор несложных шагов математического алгоритма, которые нужно воплотить в рабочую программу. Меня как самого понимающего ловят в светлом углу и суют под нос ноутбук с седьмой «дельфой», в которой открыт какой-то до ужаса неотформатированный код. «Помоги понять, что тут делается».

Беглый осмотр и пара вопросов к хозяину техники показывают, что программу писал не он, как она работает, он не понимает, а сдать надо через пару часов. Кто-то из группы выдал ему это зачтённое уже чудо с отеческим «там всё просто».

for i:=0 to n do

if i<>0 do ...

Да, начать с единицы цикл, видимо, религия не позволила.

function f1(x: real) /* Первая производная функции */

function f2() /* Вторая производная функции */

Гениально! Второй производной аргумент, оказывается, не нужен. Оказалось, он берётся из глобальной производной, объявленной где-то наверху. Хорошо, не из массива с элементами [1, 2, 3, ...] — хотя это я тоже когда-то встречал.

while(iterations < 1000)

Конечно, проще сделать такую проверку, чем понять, почему программа уходит в бесконечный цикл и считает какую-то чушь вместо нормальных приближений итерационного метода.

Ручкой набросав на бумаге основы алгоритма задачи (ей-богу, десять строчек вместо пары экранов) и посоветовав написать всё с нуля, я пошёл отправлять эту историю. Может, тому, кто написал это чудо, хоть стыдно станет.

Весной нас стали пугать нашествием сотрудников отдела «К» прокуратуры: мол, будут ходить очень строгие тётеньки-дяденьки в погонах и проверять компьютеры на предмет легальности установленного софта и контент-фильтрации, чтобы непотребство на глаза ученикам не попалось. Собственно, мы были вполне спокойны: на компах стояли лицензионные продукты, фильтрацией заведовал провайдер, да и сисадмин строго следил, чтобы ничего постороннего не захватывалось. Тем не менее, визита из конторы ждали с опаской: мало ли, что они там найдут. В июне нас ещё раз строго-настрого предупредили, чтобы ничего постороннего не было, и вот день «Ч» настал.

К нам явилось юное создание, попросило зайти в «контакт» с ученического компьютера в кабинете информатики (кто ж открывает доступ в наше-то время?) и дико удивилось, что в интернет с ученического компа вообще зайти невозможно. Гордый админ продемонстрировал программку, при помощи которой учитель информатики открывает доступ в интернет (на весь класс или избирательно), чем заработал себе первый бонус. Ещё два бонуса мы получили за то, что в соцсеть зайти всё же не удалось, и что школьный Яндекс отказался выводить ресурсы по запросу «наркотики».

Мы вообще-то рассчитывали на беседу об установленной софтине, готовы были продемонстрировать лицензионные соглашения, описать концепцию локальной сети, рассказать о разграничении прав доступа и о том, как осуществляется та самая контент-фильтрация. Но девушку это не интересовало. Проверяющая потребовала включить все компьютеры, поинтересовалась, почему один из тридцати не работает, выслушала ответ о том, что сгорел пилот, а компьютеры сейчас не нужны в силу наступивших летних каникул, «Нет, — настаивала девушка, — включите его!» Сисадмин снял пилот с соседнего компьютера, после чего девушка, убедившись, что проблемный комп всё же заработал, поинтересовалась, почему мы отключили предыдущий.

Изучать софт и выходить в интернет со свежеподключенной машины девушка не стала — полюбовалась заставкой Винды издалека. Последнее, что попросила предъявить девушка — сведения об образовании учителей информатики и сисадмина. Из четырёх учителей специальность по диплому «учитель информатики» оказалась только у одного. Последовал вопрос: «А как же у вас учителя ведут информатику, если у них неподходящее образование?» Нет, у нас всё закончилось хорошо: мы объяснили девушке, что в то время, когда наши учителя получали высшее образование, специальности «учитель информатики» либо не было вообще, либо не было в местном вузе, и что специальность «инженер-программист» или «экономист-программист» вполне адекватна нашим задачам.

После ухода девушки у нас остались два вопроса. На кой ляд отделу «К» наше образование и количество обесточенных на момент проверки компьютеров? И как будут отчитываться перед отделом «К» учителя в сельских школах, у которых в дипломах ничего даже близко к программированию и IT-технологиям не значится?

Пишем программу. Естественный отбор. Ползают хищники, травоядные, травка вырастает периодически. Хищники для размножения должны съесть немного травоядных, травоядные — немного травки. Размножиться — отложить яйцо, которое породит трёх существ твоего вида. Травка — от бога. Всё живет, развивается, естественный баланс между количеством травоядных и хищников поддерживается, количество травы влияет на размер популяции, преподаватель доволен, студенты горды.

Сдача проекта. Результаты живут и развиваются на большом экране за спиной докладчика. Размер поля и количество травы выбраны так, чтобы было и интересно, и без тормозов. Писалось на «жабе», так что тормозить начинало быстро, особенно на выданном ноуте с Вистой. Короче, поле получилось небольшое, и естественные флуктуации размера популяции стали сравнимы с самим размером. Хищники побеждают; после лакомства последним представителем травоядных они, конечно же, вскоре благополучно дохнут с голода.

На месте умершей зверюшки появляется живописный скелетик, который должен стираться после пересечения клетки другой живностью, но ведь другой живности больше нет. Получается милое кладбище. Никем не поедаемая трава начинает заполнять всё поле, и вскоре места для появления новых кустиков уже нет. Процедура создания не выполняется, счётчик хода не срабатывает, и поведение каждого экземпляра начинает соответствовать поведению не своего класса, а того, который должен был ходить предыдущим. Потом очередь опять доходит до класса, который должен создать собственный экземпляр, и вновь, если нет места, всё смещается на единичку. В результате травоядное думает, что оно яйцо, скелет считает себя хищником, а кустик — яйцом. Из хода в ход поведение у всех меняется.

Итак, студент в наутюженном костюмчике вещает в аудиторию, наполненную именитой профессурой, которая вдруг начинает сползать со стульев от гомерического хохота. Студент оборачивается, сначала зеленеет, потом, заикаясь, пытается что-то пролепетать, садится на стул и начинает ржать на сплошном выдохе, перемежая этот звук неразборчивыми ругательствами. На огромном экране на поле творится невообразимая катавасия, а поверх красуется одинокое отладочное сообщение: «Полегче с травкой!»

Когда я был студентом, жил в общаге с двумя первокурсниками, тоже будущими компьютерщиками. Предложил, чтобы всё было честно, написать программу с генератором случайных чисел, которая будет выдавать номер моющего сегодня посуду. Показал ребятам код, но начинающие программисты подвоха не углядели. В общем, пока я не признался, посуду мыли они, завистливо поглядывая в мою сторону.

Работаю я в одной большой фирме саппорто-разработчиком 1С. Опыт работы у меня приличный, руки растут как надо. В непосредственной географической близости от нас располагается другая фирма, помельче. Пока они только начинали работать, мы помогали им настраивать 1С, но потребности стали расти, и с чистой совестью мы послали ребят к франчайзи.

В один прекрасный день звонок из мелкой фирмы: «Придите, у нас тут ребята не могут обновить конфигурацию». Прихожу. Оказывается, ребята не могут обновить вовсе не по техническим причинам, а потому, что совершенно не представляют, как это делается. Ладно, молодо-зелено, показал этим «спецам» из франча, как всё делается, попутно прочёл мини-лекцию, а бухам фирмы сказал, чтобы те с франчем ругались на тему уровня сотрудников.

Как вы думаете, что было в следующий раз? Опять звонок: «Ребята тут не могут». Пришёл — картина та же, да ребята другие. Показал, объяснил. Хитрый франч, блин, понял, что тут учебный центр, и новых бойцов прислал!

Наша компания занимается разработкой программ для сотовых телефонов. Подбираем сисадмина рабочей группы, собеседуем кандидатов.

Перед нами — студент, через месяц получающий диплом известного московского вуза. В ходе разговора выясняется, что парень имел опыт разработки на Microsoft IIS при помощи Microsoft Visual Studio, платформы Microsoft .NET и, естественно, Microsoft SQL Server. Специально ради нас студент два месяца изучал разработку мобильных приложений на платформе Windows Mobile. Он знает Windows XP, Vista и 7, знаком с Windows Server, Active Directory и Exchange, помнит все галки в MS Office. Рулить доступом в интернет он предлагает через Microsoft ISA, а сеть из более чем десяти компьютеров без AD, цитирую, «вообще не будет работать».

В общем, о том, что мы разрабатываем программы для платформы Android, как и о существовании такой платформы, студент, кажется, узнал с моих слов. На вопрос, какие ещё системы групповой работы он знает, он смог только пошире открыть глаза. Известие о том, что у нас используется Lotus Notes (наследие головного американского офиса) повергло его в уныние, а упоминание о сервере директорий Tivoli — в шок. Про Eclipse я ему даже рассказывать не стал, просто показал монитор с запущенным эмулятором Андроида.

В общем, дал я парню месяц на ознакомление со всеми этими технологиями — вдруг получится? А всем нынешним студентам скажу: выглядывайте хоть иногда за пределы своего университетского курса! Не поверите, но за пределами Microsoft есть жизнь.

У дочки-студентки не заладились практикумы по Матлабу. Я предложила ребёнку свою посильную помощь. Получаю по электронке файл с заданиями: «Любимейший Матлаб». Выполненные проекты у неё были названы «матлабик1», «матлабик2»... Когда мы созванивались, и я задавала вопрос, как дела, в ответ получала фразы: «Матлаб Матлабыч потихоньку решается» или «Сдала ещё один проект по Матлабику». Столь нежное отношение к суровому творению математиков окупилось сполна: зачёт дочка получила.

* * *

Супруг у меня военный, IT владеет очень слабо, но старательно учится. Когда наваливается куча бумаг, которые нужно сдать позавчера, но при этом никто не отменяет работ с техникой, совещаний и построений, всегда находится пара-тройка солдат-срочников, которые клянутся и божатся, что с компьютером на «ты», согласных править тексты 28 часов в сутки, только бы плац не мести и железо не таскать.

Созданные бравыми молодцами файлы муж притаскивал домой, чтобы совместными усилиями выправить ошибки. Так как комп дома был тогда один, а печатает супруг медленно, я не выдерживала и садилась править эти самые файлы сама. В первый раз увидев, как доблестные воины обозвали файлы (см. словарь табуированной лексики), я исплевалась, но работу сделала, показав мужу, как называют файлы его подчинённые. Супруг сделал первопечатникам внушение. На второй раз я отказалась править тексты, запретила делать это мужу и посоветовала отправить документы прямо с флешкой начальнику, но чтобы эту флешку принесли начальнику те самые бойцы.

На третий раз я закачала на флешку файл ReadMe!!!, в который скопировала все статьи Административного кодекса, закона об информации и всех других законов, где хоть каким-то местом присутствовало упоминание хулиганства и информации. На следующий день неизвестный герой переименовал бывшие файлы б****, ё****, х**, п**** в Положение 1, Приказ 255, Обязанности 1000 и так далее.

Собеседовал сегодня выпускника «Бауманки» на должность сисадмина. Три простых вопроса:

— Сколько прерываний зарезервировано под шину PCI?

— Пять-шесть.

— Почему?

— Ну, на материнках раньше пять-шесть слотов было.

— Разрядность MAC-адреса?

— Ну-у-у... MAC-адрес — это как IP у макинтоша, а мы макинтоши не изучали.

— Сколько уровней протоколов в модели OSI?

— В любой оси два уровня протоколов: физический и виртуальный.

Воскресенье. Вечер. Решил заняться самообразованием: для начала поискать что-то по сертификации «крупно-твёрдой» компании. С учётом опыта (сам поднимал, настраивал, админил) решил начать с MCSE (Microsoft Certified Systems Engineer). Как часто бывает в моменты творческого порыва и неожиданного нашествия вдохновения, аська начала оживать.

— Привет, чем занимаешься?

— Да я тут самообразовываться решил.

— Ай, молодца! Гитара форева?

— Не совсем. MCSE.

— У-у-у.... А в мозгу блондинки это звучит как «Бла-бла-бла-Вискас».

Через пять минут:

— Чего нашла: «Иногда в шутку аббревиатуру „MCSE“ расшифровывают как „Minesweeper Consultant, Solitaire Expert“».

Так быстро мне крылья ещё никто не подрезал.

Прочитал про дедовские заветы и вспомнил знакомство с одним из преподов в техническом вузе. На первом же занятии дал он задачу: «Есть склад, туда-сюда ездит тележка по рельсам. Как сделать так, чтоб при подъезде к концу пути она плавно замедляла ход?» Ну, молодое поколение понеслось: поставьте, мол, фотодатчики, микропроцессор, сделайте ШИМ-регулирование на двигатели...

— Ребята! Ну кто там за вашей электроникой следить будет? Да её же своруют сразу! У нас работает такая тележка вон там, можете посмотреть. Из стены торчит во-от такой кусок арматуры, а на тележке стоит во-от такой реостат. Подъезжает, цепляется, гасит ток и останавливается. Греется, но работает! И обслуживания не надо: раз в неделю дядя Вася тряпочкой протёр от пыли — и нормально!