Моим первым домашним компом была незабвенная «Электроника МК-61». Тоже баловался с еггогологией и «Лунолётами». Даже первый мой программистский заказ был именно на МК-61 — сделал для маминого института пару программок с очень длинными расчётами.

Естественно, набрав опыта с МК-61, я начал интересовался и другими калькуляторами. В том числе узнал и о чуде чудном, диве дивном — программируемом калькуляторе с графическим дисплеем, якобы выпускавшемся в мифической заморской фирме Texas Instruments. Сами понимаете, в конце восьмидесятых и начале девяностых завладеть такой волшебной техникой было нереально, и желание поиграть с крутым калькулятором плавно перешло в ту же группу желаний, что и мечты поймать золотую рыбку или говорящую щуку.

Прошло четверть века, мне уже сорок лет, я давно живу в США. Не так давно я почти случайно опять стал студентом — на этот раз в одном из университетов Лиги плюща. Совершенно неожиданно обнаружил, что на экзамене можно пользоваться калькулятором, но нельзя смартфоном-планшетом-ноутбуком. Но калькулятором-то можно! Как вы думаете, какая модель калькуляторов оказалась самой популярной среди студентов? Правильно — TI-84! Производства той самой Texas Instruments, чьё существование я когда-то считал чуть ли не мифом.

И вот держу я в руках программируемый калькулятор, выпущенный в XXI веке, и думаю: а не написать мне для него «Лунолёт»? Надо бы завершить круг.

История эта произошла где-то в 1999 году. В то время на весь двор было только два компьютера: у меня и моего друга Миши. Соответственно, все ходили к нам играть. Точнее, ко мне, потому что у Миши была злобная мама, которая на дух не переносила компьютерные игры, и до её прихода с работы все должны были покинуть квартиру.

В то время особой популярностью пользовались третьи «Герои». Ни о какой лицензии и речи не шло — хотя бы потому, что и на пиратку денег не было, и приходилось копить денежку, чтобы приобрести заветный компакт. И вот каким-то непонятным чудом у Миши появился компакт с лицензионной русской версией «Героев», который кто-то из родственников привёз из Москвы. Дабы можно было поиграть в великий хотсит, было принято решение поставить лицензию и мне.

Миша очень боялся за компакт, хранил его не только в коробочке, но и каждый раз запаковывал его назад в целлофановый пакетик, сдувал пыль и протирал поверхность бархоточкой. Поэтому никто не удивился, когда Миша принёс диск в специальной сумочке и пришёл со своим CD-драйвом, дабы не допустить членовредительства диска. Операция по подключению и установке прошла быстро и безболезненно. И вот, когда нужно было достать диск и передать его в коробочку, я решил пошутить над Мишей. Громко скомандовал: «Ложись!» — пригнулся сам и тискнул кнопочку извлечения диска из привода. По непонятной причине привод раскрутил диск до максимальной скорости, покрутил его там секунд двадцать, а потом выдвинул лоток.

— Фрррррр! — сказал диск и улетел в стенку, потом в шкаф, а потом окончательно упокоился в горшке с цветком.

Все замерли. Миша тихо сполз под стул и, наверно, на несколько секунд потерял сознание. Через минуту он очухался и, по-моему, немного сошёл с ума. Через полчаса Мишу откачали, сильно покоцанный диск оттёрли спиртом и спрятали в коробочку, потом в целлофанчик, а потом в сумочку.

К чести издателей, компакт остался цел и невредим. Миша сильно на меня обиделся, неделю не разговаривал и не заходил в «Героев». Игра не шла без диска, поэтому жизнь встала. Через неделю я купил подоспевшую пиратку, и всё пошло своим чередом. Диск, наверно, до сих пор лежит у Миши на полочке как память о великих «Героях III». Наверное, он до сих пор уверен, что это была не случайность.

Вечереет. Двадцатый час игры в «Сталкера». Мельком бросаю взгляд на окно. Там, наверное, очень красивый закат — всё небо красное. Грозу вроде обещали.

По сталкнету передают сообщение о надвигающемся выбросе. Мозг анализирует информацию мнгновенно. Грохочет гром сначала в колонках, потом на улице. В панике выбегаю из комнаты, бегу в сортир — там стены толстые с плиткой, авось пронесёт. Закрываюсь, сердце бухает у самого горла. Ещё удар грома.

Понимаю, что до первого выброса ещё года два как минимум. Сохраняюсь, иду пить пиво. Рефлексы наработаны, можно и расслабиться.

В очень засекреченной сети стоят компьютеры и обрабатывают информацию в режиме реального времени. Круглосуточно. Сеть не имеет выхода в интернет. Работы в сутки часов на 8–12, но рандомно. Персонал сидит в аппаратной круглые сутки в режиме дежурства, приближённого к боевому. Играют в сетевую «контру» в промежутках между спецработами.

По требованию секретчиков все системные блоки полностью опечатаны, все отверстия (под дискету, под CD-ROM и прочее — USB-флешек тогда не было) заклеены на неизвлекаемость. Все жёсткие диски отформатированы лично начальником секретного отделения, все программы установлены в его присутствии. Откуда же «контра»? Как-то ночью один из системников вытащили при плановом отключении и подключили в другую сеть. А там ничего не опечатано!

Когда я играю в компьютерные игры, частенько ассоциирую себя с персонажем. Иногда доходит до абсурда. Пару месяцев назад протоссовский «Зерах’хах» при зевании наконец отучил себя говорить. Если вы вспомнили, какой юнит его произносит, то получаете +10 к задротству.

Так вот, любимая жена недавно сказала, что у меня вся спина в узлах — стресс и все дела. До свадьбы оных проблем не наблюдалось, но эту мысль я благоразумно не вокализировал.

Решил развеять стресс и зарубиться в Toribash. Играешь рэгдоллом, физика и все дела. На следующий день заметил за собой, что стал приседать странно, по-рэгдолловски. Следующая мысль: «А расслабиться я так же смогу?» Представил себя рэгдоллом и расслабился — отпустило везде.

Жена проверила спину и удивилась. Стала расспрашивать, что делал, как избавился. Рассказывать секрет не стал — не поверит.

А ещё говорят, игры — плохо!

Постоянно поражаюсь способности детей сломать то, что без определённых знаний очень непросто.

Поставил Windows 7 на только что собранный компьютер. Всё прекрасно работает, образ системы сделать ещё не успел. Рядом крутится сын трёх с половиной лет от роду: «Папа, включи тортики поиграть». Думаю, ладно, пусть немножко поиграет. Посадил его на стул и ушёл на кухню чай заваривать.

Минут через пять это маленькое чудо приходит на кухню и говорит, что кнопочки не нажимаются и мышка не бегает. Я в огромных непонятках подхожу к монитору и наблюдаю кучу открытых окошек, из-под которых виднеется кусочек окна редактора реестра.

Как? Я не знаю, что сына там нажал и как запустил редактор, но отвалилась вся внешняя периферия. Что только я не делал… Мышка работала в биосе, только грузилась система — и всё, USB нет. Не помогло ничего: ни откат к последней рабочей точке, ни восстановление реестра. Пришлось переустанавливать систему заново.

С тех пор сына иногда играет на старом ноутбуке — там образ системы быстро восстанавливается.

Как научить старшего брата аккуратно стучать по мышке? Очень просто.

Во времена первой «халфы» мне было чуть больше восьми лет. Старший брат ночью проходил момент, где огромная клешня из земли пытается убить тебя и стучит по железным переходам. Играл брат в советских изолирующих красных наушниках, а по мышке бил так, что я проснулся (жили в одной комнате). Ничего умнее, чем подойти и положить ему руку на плечо, я не придумал…

Хотите — верьте, хотите — нет, но после этого ни у одной мышки у него никогда не отказывали кнопки. Даже у попсовой Х7 хвост перетёрся дважды, потом начала сбоить прокрутка. Так и ушла она с живыми кнопками на пенсию.

Давным-давно всё запускалось из командной строки. Вот девушка-оператор попыталась открыть редактор, но где-то ошиблась, и программа не запустилась. Девушка без всяких сомнений начала свою работу. Заносит строку текста в командную строку, нажимает «ввод», оно ей пишет: «Bad command or…», а она продолжает заносить дальше. И ничего же в душе не дрогнуло, что всё на экране по-другому! Я случайно заметил, когда она была на третьей странице своего текста.

Как положено бюджетникам, на работе я не работал, а играл. Играл в довольно людном помещении. И игры были достаточно динамичные и громкие. То есть на экране летает самолётик, мочит неизвестную инопланетную нечисть, раздаются звуки стрельбы и взрывов. Так продолжалось несколько лет, пока коллегам кто-то не сказал, что я играю. Они всё это время думали, что я работаю. Наверное, считали, что это у меня такой навороченный графический интерфейс. Это в Досе-то.

Когда нужно было взломать игру, я брал текущее количество ресурса, что мне нужно было увеличить, на калькуляторе переводил в шестнадцатеричный вид, менял порядок байтов. Но это ещё не всё. Я мог посмотреть файл в hex-кодах, но поскольку редактировать там было нельзя, то я замечал, какими символами были представлена моя последовательность, открывал save-файл текстовым редактором, искал её и заменял. Такой вот «Артмани» ручной работы.

Позже я начал писать и пытаться продавать программы. Потенциальные клиенты очень радовались, когда я перечислял все отчёты, что будет делать комп, но когда я сажал их за комп для занесения первичных документов, то сразу выкатывали глаза по пять копеек и истерили: «Что, туда ещё и заносить что-то нужно?» И действительно, на системнике же две кнопки. Одна для включения; при нажатии на другую из компа явно должны начинать вываливаться отчёты.

Командировка в Таллин. Роуминг дорогой, решил зайти в интернет-кафе. Кассир сказал, что все места заняты, но я могу воспользоваться вайфаем со своего планшета бесплатно, что я и сделал.

Места были почти полностью заняты… игроками в Need for Speed. Вот и верь после этого стереотипам!

Когда я был подростком, ничего не знающем о компьютере и желающем лишь поиграть, мне купили этот агрегат. Вскоре там появился интернет и куча игр.

Слил откуда-то я вирус. Это было окно поверх всех, просящее отправить эсемеску. Я тогда не знал даже о Ctrl+Alt+Del. И сидел бы я так, тыкая кнопку ребута в ожидании чуда, если бы не пришедшая каким-то странным образом мысль. Только врубив компьютер, я тут же щёлкал по ярлыку одной из игр, прежде чем появлялось злое окно. В результате игра запускалась, а процесс с окном выбрасывал ошибку.