Спектрум, говорите? Эх, молодёжь! А знаете, что до Спектрума был ZX81?

Недавно я решил поиграться с его эмулятором. Цвета нет (и не надо). Строчных букв нет; в нынешнем интернете это восприняли бы как КРИК. А знаете, чего ещё нет? Ни за что не поверите. Нет восклицательного знака. Разработчики из Nine Tiles Networks отличились удивительной прозорливостью. КРИЧИШЬ — так хотя бы не ставь восклицательные знаки.

Только откуда они тогда-то знали, что через пару десятилетий после их шедевра «капслок» будет считаться криком?

Задача. Есть дрова, котелок, спички, ведро с водой. Надо вскипятить воду.

Решение. Налить воду в котелок, подвесить над дровами, зажечь дрова, дождаться закипания, потушить.

Другая задача. То же самое, но вода уже в котелке, дрова уже горят. Казалось бы, решение — подвесить котелок над дровами. Так сделает любой, но только не физик. У него за плечами — багаж из уже решённых задач. Он выльет воду из котелка на дрова — и задача сведена к предыдущей.

* * *

60-летний д. ф. н. до 31 декабря 2013 года пользовался Спектрумом, потому что ничем другим не умеет. Телевизор давно сменён на ЖК, магнитофон и вовсе два года назад окончательно сдох, но физику это не мешает. Он помнит наизусть сотни собственноручно написанных программ для решения множества физических задач и может любую из них быстро набрать наизусть.

1 января 2014 года он обнаружил под ёлкой маленькую коробочку с «зелёным космонавтом». Подарку он был рад, но пожаловался, что никогда в этом не разберётся. Вот если бы машинка была Спектрум-совместимой!..

Что сделал для обеспечения этой совместимости к радости деда внук, догадаться несложно. Задача сведена к предыдущей!

В детстве, в отличие от нас нынешних, фантазия работала на всю катушку, и её полет не притормаживался грузом накопленных знаний и практическим опытом. Интернет придумать мне было не дано, но часто грезился MP3-плеер в том виде, каким он был ещё не столь давно, до наступления эры смартфонов.

Практикант-радиомонтажник, только что пришедший на радиозавод и увидевший там чудеса техники, думал, что на таком оборудовании можно изготовить всё что угодно. Во всех подробностях я представлял себе, как достаю из кармана коробочку размером с полпачки сигарет, подключаю к ней наушники, затем вытаскиваю из кармана горсть керамических микросхем памяти с подогнутыми под брюхо ножками, выбираю одну, с нужной мне музыкой, вставляю её в панельку на коробочке, глядя на маленький цифровой ЖК-индикатор, кнопочками выбираю номер трека и нажимаю Play.

Спустя четверть века мечта сбылась. Я это увидел своими глазами и даже, каюсь, приобрёл. Мой любимый цвет, мой любимый размер. Только пальчиковых батареек было не две, как в мечтах, а одна. А вместо микросхем вставлялись CF-карты аж по 8 МБ!

Тим Бернерс-Ли, говорите? Почему же у меня до сих пор стойкое ощущение, что интернет придумал я?

В далёком-далёком детстве, лет 35 тому назад, нарисовал себе в школьной тетрадке в клеточку свою мечту: компьютер во всю стену с большим цветным экраном и множеством кнопочек, с магнитофоном и проигрывателем. Этот чудо-девайс должен был давать мне по запросу любую информацию. Отвечать на любой вопрос. Показывать любую картинку или схему. Давать возможность прочитать любую книгу. Жалко, рисунок не сохранился…

Сегодня, три с лишним десятка лет спустя, именно это у меня и есть. Конечно, размер намного меньше, но так даже лучше. В остальном же — именно так всё и работает. Понадобился, к примеру, полный свод законов Российской Империи — пожалуйста!

Что бы ещё такое теперь придумать?..

Несколько лет назад брат рассказал мне эту историю. У его знакомого в Чите начал перегреваться компьютер. Когда мой брат диагностировал перегрев, сказал хозяину машины, где можно купить новый кулер и термопасту. В то время не в каждом магазине можно было отыскать такое богатство. Впрочем, знакомый не растерялся: не найдя нужного, купил удлинители для всех необходимых кабелей и поставил системный блок на балкон, благо была зима. Как системник охлаждался летом — история умалчивает.

Ох, давно это было. У руля Майкрософта ещё стоял Гейтс, а система «умный дом», установленная в его жилище, была у всех на слуху. Кто ж знал, что вскоре у многих простых смертных будут такие же?

Захожу в кабинет информатики, а там выключатель на уровне пояса. Случайно задеваю его мягким местом, и гаснет свет. Вырывается фраза — нарочно не придумаешь:

— У вас тут всё как в доме Гейтса: свет задницей выключается!

Шёл 1993 год. В ту пору работал я в СКТБиАСУ слесарем-электромехаником ЭВМ (тогда для некоторых ЭВМ ещё требовались слесари). Писюки, тем не менее, уже вовсю были. Был я уже отслужившим срочную, семейным, только-только народился киндер. И тут наш доблестный завод стал резко загибаться, пошли сокращения, выдача зарплаты продукцией, вынужденные отпуска. Пора было рвать, но куда? Да ещё учёба вечерняя не завершена. И тут в УВД понадобился специалист со знанием персонального компьютера. Пришёл. Компьютер в подразделении оказался ровно один. Майор, капитан и два старлея ходили вокруг него кругами и не знали, как подступиться. В общем, показал я им своё кунг-фу и через положенное время был принят мамлеем.

После наладки компьютера (в том числе написания драйверов на болгарский принтер) пошёл процесс обучения таинству людей, для которых средствами производства являлись пишущая машинка и пистолет. Процесс проходил примерно так:

— Тащ капитан, вот на эту кнопку нажимаете и попадаете в меню входящих документов. Видите? Да? Понятно? Хорошо! Так, а теперь нажмите вот эту кнопку и выйдите.

Капитан дрожащим пальцем нажимает кнопку, встаёт и выходит из кабинета. Немая сцена. Через минуту возвращается и спрашивает: «Уже можно?» Я к тому моменту плачу где-то под столом.

Проблему боязни компа офицерами надо было срочно решать, и с этой целью мною был коварно использован Doom II. Спустя пару недель взрослые здоровые мужики поломали все стулья, пытаясь убежать от «быка», резко выскочившего из-за угла, или уклониться от смертельного попадания. Пару раз убегали с клавиатурой в руках, много раз падали на пол, но неизменно поднимались и продолжали достойно биться. А пройдя игру до конца, устроили в честь Победы распитие разведённого «Рояля».

После этого проблема перестала быть. Ведь «мы его победили»!

Сегодня мне прислали архив в давно забытом формате ARJ.

Да нет, пакет unarj я быстро нашёл. Да и файлы в архиве оказались вполне современного формата ODT. Я не о том.

Вспомнился 14-дюймовый монитор Bridge с маленькими ручками для настройки геометрии. Волков-коммандер. Матричный принтер Epson LX-100. Игра Dangerous Dave и громкий PC-спикер с диффузором большого диаметра. SIMM’ы ещё вспомнились. И кнопка Turbo.

Вот такую ностальгию способны пробудить всего три буквы. Да нет, не те, что вы подумали, а ARJ.

Давным-давно на дворе стояли последние годы советской власти, а я был маленьким дошкольником, обожающим игровые автоматы. В те годы они были либо полностью механическими («Морской бой» — помните такую прелесть?), либо с очень-очень примитивной графикой на уровне приставок Atari.

Одной из любимых игр были так называемые «машинки». Не помню, как они назывались правильно. Управлять надо было, вертя настоящий руль, а ногой нажимая настоящую педаль! И пусть на экране ездило нечто примитивное, плоское и собранное из крупных квадратиков — это неважно, ведь можно было выбирать трассу нажатием кнопки! И даже играть вдвоём!

Только один минус был у «машинок»: если твоя машинка врежется во встречную — на три секунды остановится. Рядом с рулём на автомате был небольшой рычажок и надпись: «При аварии рвануть рычаг, иначе — задержка 3 секунды».

Становясь старше, я открывал для себя всё новые и новые автоматы с машинками в разных местах города. Играл везде, где только мог. Ни на одном автомате попытки рвануть рычаг ни разу ни к чему не привели.

В минуты ностальгии до сих пор иногда терзает мысль: в чём причина? Рычаги — все до одного! — к началу девяностых износились? Или доблестные советские инженеры изначально сделали их неработающими?

На протяжении моей учёбы в колледже ЕС-1843, упоминавшаяся в истории про парковку головок, частенько становилась обектом для моих экспериментов и издевательств.

Первый эксперимент случился, когда зловред OneHalf.3544 пошифровал винт этой чудо-машинки. Так как вирус подменял загрузчик DOS и перехватывал INT 21 при загрузке системы, для лечения требовалось загрузится обязательно с незаражённой системной дискеты. Вот только антивирус, способный провести дешифровку винта, не влезал на одну дискету с системой. На зашифрованный винт писать ничего было нельзя, не потеряв данные; использование RAM-диска отпадало ввиду 1 МБ ОЗУ. Прицепить ещё один винт или дисковод не удалось, так как их параметры необходимо было задавать не в BIOS setup, а DIP-переключателями и перемычками на платах контроллеров, документация на которые, естественно, отсутствовала. Оценив ситуацию, решил всё грохнуть и поставить заново, благо весь софт для этой машинки умещался на вменяемом количестве дискет.

Изначально на 20-мегабайтном винте было четыре раздела. Смысла в таком их количестве не было, на первый взгляд, никакого, но когда я поделил винт пополам, машинка с него грузиться отказалась. Путём перебора удалось установить, что максимально допустимый размер загрузочного раздела не может превышать 4 МБ, а весь остальной винт можно было делить как угодно. Как позже выяснилось, это ограничение накладывала архитектура PC/XT.

Второй эксперимент был проведён после того, как я заметил, что некоторые сообщения BIOS выводятся на русском, а некоторые на английском. Как раз в то время я узнал о существовании утилиты debug, а в качестве одного из примеров её использования мне попалось взятие дампа памяти из области, занимаемой BIOS, с целью идентификации его разработчика. Начиная с адреса F000:E000 должна была лежать текстовая строка с читаемым названием вендора. Я ожидал найти там название какого-нибудь советского НИИ или пустое место, но никак не копирайт буржуйской фирмы, до сих пор занимающейся разработкой BIOS.

Третий эксперимент случился, когда понадобилось перекинуть на ЕСку софтину, которая занимала около шести дискет (кажется, это был досовский FoxPro). Для переноса с машины на машину такого объёма информации я иногда использовал COM-нульмодемный кабель. Сколько я ни бился, ни одна софтина не захотела устанавливать соединение между ЕСкой и буржуйским PC. Спустя много лет я узнал, что советские разработчики зачем-то изменили базовые адреса регистров COM портов на нестандартные, что не позволяло использовать многие коммуникационные программы.

Четвёртый и, пожалуй, самый эпохальный эксперимент был проведён, когда один из знакомых притащил на 1 апреля дискету с Windows 2.03. Сразу запустить её не удалось, так как совместима она была только с определёнными версиями DOS. После чтения документации, установки нужной версии DOS, правки config.sys и autoexec.bat всё поехало. Наигравшись с диковинкой на обычном 486-м, мне пришло в голову, что раз в документации заявлена совместимость с DOS 3.03, то вполне можно попробовать запустить эту штуковину и на ЕСке. Конечно, оставались сомнения насчёт того, как графическая оболочка отреагирует на столь необычную видеокарту, но попробовать никто не мешал. Ради такого случая на ЕСку был водружён её родной Альфа-ДОС 3.03. Винда стартанула! Разрешение экрана явно не было для монитора родным, и он визжал как резаный, но синхронизация не срывалась, а ограничителя неподдерживаемых режимов в нём не было. Мышь не определилась — ну и фиг с ней. Когда удалось запустить Notepad, обнаружилось, что вводимые с клавиатуры символы больше не совпадают с надписями на кнопках. Пришлось класть рядом обычную клавиатуру и смотреть, где что должно находиться.

ЕСка закончила свой трудовой путь вполне исправной: после очередного апгрейда компов в кабинет с хламом переехали Pentium I и II, и чтобы их расставить, пришлось списать все машины младше 486DX4-100.