Разрешите представиться: тупой юзер. Да, пусть будет так — и ни слова про мою фактическую квалификацию.

Ребятки и девчатки из обоих лагерей Великого Противостояния ОС, вы за-дол-ба-ли! За холиваром вы как-то не видите пользователей — тех самых людей, которые компьютером пользуются на уровне рефлексов, вбитых в них на соответствующих курсах, но своим не всегда заметным в масштабе фирмы трудом помогают ей делать большое дело, в конечном итоге приносящее деньги.

Отставить аргументацию! Я не пытаюсь сказать, что вы только тратите деньги. Это не так: вы такие же участники процесса, как и мы. Своим трудом вы тоже помогаете фирме зарабатывать деньги.

Когда помогаете.

Виндузятники, успокойтесь, пожалуйста. Есть люди, которым удобна последняя версия офисного пакета. Есть люди, которые считают, что после 2003 года началась ересь. Есть люди, которые света белого не видят без Аутлука Великого и Эксчейнджа Многомудрого, хозяина его. Есть люди, которые молят своих айтишников о чём угодно, только не об этом, потому что связка эта не работает, письма теряются, и дело начинает попахивать каким-то странно-магическим саботажем. Есть люди, которые не мыслят жизнь без Интернет-эксплорера. Есть люди, которые пользуются им, скрипя зубами и матерясь на корпоративный стандарт.

Успокойтесь и вы, линуксоиды и прочие сторонники СПО. Линукс — очень удобная система для решения конкретных задач. Быстрая, экономичная, без вирусов. И абсолютно не универсальная, если тупой юзер наступит не туда или захочет от линукса стопроцентно виндузового поведения. Опен-офис — великолепный плод совместной работы десятков людей, создавших альтернативу творению Микрософта (и определённую головную боль тому управлению полиции, что следит за чистотой лицензий у фирм), и жуткая, непонятная программулина для тех, кто не хочет (или, что страшнее для вас, искренне не может) в ней разобраться.

Кто из вас прав в этом споре? Тот, кто первый понял, что ни один коллектив создателей ПО не даёт всего спектра решений всех рабочих проблем. Идеальных решений, подходящих всегда и всем, нет. Программы надо подбирать. Следить за тем, чтобы они давали функциональность и эргономику, чтобы пользователи их понимали и не жаловались.

Инструмент хорош не тогда, когда он сделан Микрософтом или разработчиками СПО, а когда он работает.

Когда вы поймёте эту простую истину, когда каждый «тупой юзверь» в вашей фирме сможет работать на пике своих индивидуальных возможностей, тогда все вопросы отпадут сами собой, и воевать как-то не захочется.

Сеть у нас на заводе в Смоленске восемь лет назад только появлялась, компьютеров туда подключено было процентов 10; домена, понятное дело, не было. Приближалось 8 марта, и нам, отделу IT, захотелось поздравить наших дам с праздником, но как-нибудь экзотично. Плакат на стену — банально, да и стен на заводе завались.

Решили быстренько сделать презентацию на PowerPoint. Подготовили вьюер, написали простой скрипт, который запускался при загрузке ОС, проверял, наступил ли праздник, и выводил во весь экран презентацию. Повторюсь, что сети не было, и скрипт пришлось разносить по всем ПК ручками. Пришёл «посмотреть, в порядке ли у вас компьютер» — и ставишь по-тихому. А 8 марта с утра начались звонки с благодарностями.

К чему я это? Если у вас много энергии, не нужно издеваться над пользователями. Направьте её в мирное русло — сделайте юзерам что-нибудь приятное.

Работаю я приходящим админом — тем самым «мальчиком по компьютерам». Я привык ко всему. Я научился объяснять и разжевывать всё людям на их языке (процессор, синенькая буковка «Е», коробочка с лампочками и т. д.), но к одному так и не привык. Почему 99,9% людей, которые меня вызывают, задают один и тот же вопрос, что бы я ни делал с их техникой?

Снится мне вчера сон. Главный бухгалтер одной из фирм, которые я обслуживаю, сидит за компьютером и что-то печатает на клавиатуре. На лбу пот, волосы всклокочены. Звонит по телефону, о чём-то ругается. И тут сзади подхожу я и с таким невинным сочувствующим видом спрашиваю:

— Что, ничего не получается?

Звонит моему коллеге-программисту пользователь с какой-то проблемой в нашей программе. Коллега долго и по шагам объясняет, что и как надо делать. После указания «Нажмите правую кнопку мыши» на том конце провода возникает длительная пауза, а затем робкий вопрос:

— А правая кнопка мыши — это которая посередине?

Продолжить консультацию мой коллега не смог.

Стою у клавитуры охранного прибора. Мозги кипят, нервы заканчиваются: очень древняя система слегка глючит и никак не поддаётся настройке. В руке телефон, на том конце консультирует коллега, хорошо знающий эту панель. В две головы не можем победить. За спиной три тётушки из категории «Я работаю тут уже шесть лет и лучше вас знаю эту систему» негодуют: их ожидание длится вот уже двадцать секунд.

— Если вы не знаете, что делать, отойдите и не мешайте. Нам надо сдать на охрану!

— Секундочку.

— Молодой человек, вы не поняли: нам надо сдать на охрану. Отойдите!

— Подождите немного, мы заканчиваем.

— Зачем вы вообще трогаете? Не трогайте эти кнопки, они не нужны.

— Подождите полминуты, я закончу работу, и вы сдадите на охрану.

— Как вы закончите, если вы не те кнопки нажимаете? Лучше давайте я вам покажу, по телефону вам не объяснят.

Включаются две другие тётушки и начинают поддакивать. Извиняюсь перед коллегой, кладу трубку, выхожу из режима программирования и отступаю. Тётя подбирается к клавиатуре, победно ворча:

— Я тут давно работаю, надо меня сразу пустить было, стоят тут…

Остальные вторят:

— Да-да, а то тут так до утра простоим…

— Автобус скоро, мы не можем стоять…

Наблюдаю. Тётя набирает размашистыми и чёткими движениями пароль (так, что все окружающие его видят), игнорирует надпись «[*] To Arm», означающую, что нужно нажать звёздочку для постановки под охрану, и жмёт стрелку вправо. Меню переходит с нужного пункта на пункт «[1] For Other Options». Тётя жмёт звёздочку. С чувством собственной важности, ощущая себя победителем в схватке со всем мировым невежеством и необразованностью, она поднимает глаза к ящику, висящему над клавиатурой, и ждёт, когда загорится лампочка напротив названия её бокса. И-и-и… ничего. Точнее, прибор пищит на отказ (нет доступа у неё к этому пункту меню) и вываливается обратно к «Enter code to arm system».

Секунда ожидания, ещё одна, третья, четвёртая. Просто феноменальная выдержка — обычно их хватает секунды на три.

Тётя нервно возвращается обратно к клаве — и снова 1-2-8-7-вправо-звёздочка. И снова ничего.

Минус одна секунда от времени ожидания — и всё повторяется.

Затем снова, но уже с комментариями и поддакиваниями на тему идиотов охранников.

Не дожидаясь эмоциональной разрядки, преграждаю ей путь к клавиатуре и предлагаю сделать ещё раз вместе:

— Позвольте, я вам помогу. Здесь нужно делать немного по-другому.

— Я знаю, как надо делать! Я делаю всё правильно, система просто не работает.

— Просто наберите код, я дальше подскажу.

1-2-8-7-вправо-звёздочка. Отказ.

— Я же говорю, что не работает!

— Просто код и ничего больше.

1-2-8-7-вправо-звёздочка. Отказ.

— Наберите, пожалуйста, только код, ничего больше не нажимайте. Код — это первые четыре цифры.

— Да знаю я!

1-2-8-7-вправо… Перехватываю руку.

— Вот смотрите: у вас написано «To Arm». Когда написано «To Arm», нажимаете звёздочку, а если не написано, тогда нажимаете стрелочку, пока не появится «To Arm», и тогда нажимаете.

Возвращаю к нужному пункту, нажимаю звёздочку. Система встаёт на охрану.

Тётушки по одной подходят, медленно повторяют весь алгоритм, но без стрелочки, и удаляются на автобус, бормоча в три голоса: «Какого чёрта снова всё переделали? Сколько можно, почему нельзя просто сделать и не трогать?»

Я ударяюсь пару раз головой об гипрочную стенку возле клавиатуры и зависаю на мгновение, уперевшись лбом в стену. Я устал. На плечо ложится рука охранника, подошедшего где-то в середине действия:

— Да, Паша, а у меня такое тут почти каждый день.

Переезжал с семьёй в другой город. Дел — завалиться. Чтобы пробелов в трудовой не было, устроился на два месяца в школу инженером-компьютерщиком — работы на три часа в неделю. Насмотрелся такого… До сих пор вспоминаю — вздрагиваю.

Иду в библиотеку сетку ещё до двух компов дотянуть. На системнике у библиотекарши целый цветник — штук пять горшков с какой-то травой. И поливает она их там — не снимать же! Категорически велю убрать. Нарываюсь на яростный отпор: «Поливаю, когда выключен!» Машу рукой — что мне до неё за дело? У них за технику отдельный человек отвечает. Напоследок бросаю: «Смотрите, он у вас со дня на день заржавеет». Типа, последнее слово за мной. Ну кто, кто бы мог подумать, что эта убогая в тот же вечер сквозь дырки в корпусе туда масла машинного нальёт?

Так я научился держать язык за зубами.

Я не люблю фатального эррора,

Когда винда мне «бсодом» подмигнёт.

Я не люблю надрывных писков ю-пи-эса,

Когда электрик спьяну жилу разорвёт.

Я не люблю, когда кондёр вспухает,

В «само» совсем не верю, и ещё —

Когда дебильный юзер возбухает,

Заглядывая мне через плечо.

Я не люблю, когда наполовину

Загружено ядро у дурака

Порнушным баннером, что будто ножик в спину —

Противно так, что аж дрожит рука.

Я ненавижу бреда в виде версий,

Что вирус, мол, сожрал квартал-отчёт,

А сами, сволочи, «вконтактик» открывают,

И в «Одноклассниках» висят, забыв про всё.

Я не люблю уверенности борзой:

Коль виснет комп, сплошные тормоза,

То, значит, виноват администратор —

И не спасут красивые глаза.

Когда я вижу сломанные крылья

У кулеров, ведь шум совсем достал…

Я не люблю насилье и бессилье,

Но я бы вас на сервере распял.

Ну, а ещё я не люблю начальство,

Которое не въедет ни хера,

Что если сисадмин «вола гоняет»,

То премию ему вручить пора!

Я не люблю, что на ремонт припёрли

Нетбук, айпод и дизельный движок.

И когда юзер диким ором кличет

Меня затем, чтоб тыкнуть кнопку «ОК».

Я не люблю вас всех! Вы все мне пофиг!

Досадно мне, когда системник бьют.

Я не люблю, когда мне лезут в кóнфиг,

Тем более — когда в него плюют.

Я не люблю винду и Билли Гейтса,

А пишут софт почти всегда под них.

Болит душа и тяжело на сердце —

И не вздохнуть, как будто врезали под дых.

Работал я когда-то админом на крупном предприятии. Обслуживал не саму сеть, а несколько программ, управляющих техпроцессом.

Машины были разбросаны по довольно большой территории. Одна из них стояла в утеплённом «евровагончике» с диспетчерами. Дежурная проблема — из разболтанного разъёма регулярно вываливался сетевой кабель. Бюрократия цвела и пахла, потому писались заявки и обоснования на замену сетевой карты, а пока суд да дело (почти год меняли), я два-три раза в день бегал туда и, согнувшись в три погибели, поправлял кабель в самом дальнем углу за самым неподвижным столом.

В какой-то момент мне надоело, и я решил приклеить кабель жевательной резинкой. Пока жевал, стоя на улице, увидел, как местная кошка вывела на прогулку очередной помёт. Среди котят был один совершенно замечательный, иссиня-чёрный. Меня как раз просили такого подыскать. Я завопил: «Вот оно!», ухватил котёнка и поволок в заводоуправление. Мой крик привлёк внимание, и я в шутку отмазался перед диспетчерами: «Кот-то чёрный! Какая же связь после этого?» Котёнок был сдан девчонкам-операторам, закормлен, заласкан и обрёл пожизненную прислугу из настоящих живых людей.

В следующий раз мне довелось заглянуть к диспетчерам только через неделю. Компания чуть облагороженных грузчиков-диспетчеров старательно обставляла свой вагончик кактусами и какими-то амулетами, пошагово сверяясь с новеньким, но уже затёртым от непрерывного чтения и перелистывания наставлением по фэн-шую. А для кошки и её несметного потомства построили будку в десятке метров от вагончика.

Спасибо вам, работнички «Скорой компьютерной помощи»! Благодаря вам у меня постоянно есть подработка на выходные, с которой я оплачиваю себе выход в интернет. Но ваши наглость и хамство выше допустимых пределов.

Вы ставите глючные сборки, сделанные кривозадыми кулхацкерами, с горем пополам освоившими UltraISO. Вы хотя бы смотри́те на то, какие внутренности у пациента! Козёл, поставивший «семёрку» на Сeleron 1.7/256/FX5700, я бы тебе руки оторвал и в задницу засунул! Как ты не понимаешь, что если тебе родители купили компьютер с четырьмя ядрами, восемью гигами оперативки и видеокартой за шесть штук, то такие компьютеры есть не у всех?

Другой клиент: женщина одна тянет сына, у них старенький компьютер на базе Сeleron 700 и 128 мегабайт оперативки. Один из вас за бешеные деньги на скорую руку вкатил «зверскую» сборку XP и 11-го Касперского. Естественно, всё это тормозит. Формачу винт, ставлю и оптимизирую старенькую добрую десктопную W2K и Оffice XP с дополнением для открытия документов из 2007/10-го Офиса — комп летает, клиентка довольна. Беру триста рублей, ухожу.

Мне жалко карманы тех, кто обращается ко мне после ваших визитов. Да, я беру меньше вас. Да, я не развешиваю вырвиглазных объявлений. Тем не менее, меня советуют друг другу сами клиенты.

Информационно-технический отдел. Конец недели, вторая половина дня. Работа идёт. Каждый занят своим делом, причём уже не первый час и даже не второй. У системного администратора звонит телефон, тот берёт трубку.

— Не скажу, надо с коллегами посоветоваться.

Вешает трубку. Обращается ко всему отделу:

— Тут одна женщина набирала текст в Ворде, сохранить забыла, но программу закрыла. Спрашивала, можем ли мы текст ей восстановить.

Техник-электроник, флегматично:

— Можем. Легко. Примерно так! — и демонстративно щёлкает двумя пальцами.