Есть у меня друг, работает на полосатую компанию. Работа у него крайне интересная: выезжать по ночам на проблемные или строящиеся участки и решать вопросы с базовыми станциями и оптоволокном.

Так как работа ночная, в заявке в системе внутреннего документооборота всегда стоит не совсем урочное время — с 00:00 до 06:00, что иногда вызывает вопросы со стороны не очень опытных сотрудников офиса компании.

Одна такая новенькая сотрудница приобрела очень интересную привычку: звонить каждый раз, как поступает подобная заявка, и спрашивать, почему же работы идут в ночь. Друг нормально отвечал 29 раз, а на 30-й не выдержал:

— Сегодня выезжаем в ночь, так как предстоит работа с чёрным оптоволокном, которое боимся засветить.

В центральном офисе шутку оценили, но попросили больше так не делать.

Подрабатывал я некогда на аутсорсинге у одного интегратора — модернизировали сетку одной о-о-очень крупной госорганизации в Бурятии. Порядка 20 точек по всему региону, трое монтажников, шесть человек сопровождающих из местных, консультант в Москве и я как главный специалист на месте, в региональном офисе. Работаем на живой сетке: все изменения — в обеденные перерывы и в конце дня, обкатка конфигов — на стенде, время отката изменений — не более получаса. Цена ошибки — непозволительна.

Казусов было много, но вот самый запомнившийся. Переключали удалённую на 1000 км точку. Схема отработана: монтажник приезжает на место, выходит на связь, ставит новую циску, по сигналу перекидывает канал, гасит местную циску, обновляет на ней IOS, заливает конфиги и перебрасывает на неё резервный канал. Тем временем я меняю конфиги и перекидываю каналы в центре. После установления связи я дозаливаю конфиги на другие устройства, монтажник переключает абонентов и тестирует функциональность.

Отработали на ура: канал есть, пинги идут до всех хостов. Монтажник подключает телефон в аналоговый порт циски (FXS) — всё окей. Несёт телефон обратно к начальнику точки. По завершении работ отзванивается. Я беру трубку. Звонит телефон у моего начальника — он берёт трубку. Трафик растёт вдвое. Неожиданно все втроём слышим друг друга. Тут на линии появляется ещё один голос — начальника точки. Канал (64К минус данные) забивается голосовым трафиком.

Начинается тяжёлый процесс отладки. Я копаюсь в конфигах, монтажник исследует точку. Время заканчивается, местное начальство требует откат изменений. Я бледнею. Нет, бэкапы-то есть, но утренние, а за это время отработали три бригады. Транзитную точку тоже надо откатывать, а оттуда бригада уже уехала в аэропорт. В Москве молодая жена и основная работа — затягивать командировку нельзя, срывать бизнес-процесс — тем более.

Судорожно копаем. Обнаруженный на точке запараллеленный телефон отключаем — нет эффекта. Из серверной — окей, с распараллеленным кабелем — не окей. Исследуем кабель — восьмижильная витуха со скруткой-ответвлением. Начинаю догадываться. Прошу монтажника описать всё от порта циски и дальше по кабелю.

— Из Циски выходит RJ-11 — четыре жилы, через пару метров — скрутка с UTP-8: две правые и две левые жилы скручены между собой, и каждая пара — с четырьмя жилами UTP-8.

— Режь либо две центральные, либо две крайние в RJ-11, — говорю, подавив истерику.

В телефонии используются либо две крайних, либо две центральных жилы — у разных вендоров по-разному. Поэтому местные телефонисты и скрутили между собой правые и левые жилы для универсальности. Их «Мотороле» это понравилось — но не циске, которая умеет использовать обе пары, притом одновременно. При звонке по одному телефону уходило сразу два звонка, на что удалённая АТС отвечала переадресацией одного из звонков по списку; вдобавок звонок уходил и на запараллеленный телефон. При ограничении полосы под голос канал забивался, и оба звонка падали.

Командировку закончили за 38 дней.

Знакомый страж порядка рассказал. Стоял он в очереди и услышал за спиной разговор двух прилично одетых людей. В нём то и дело проскакивали термины «порнография», «притон», «б$#ди» и «е$@ться». Ну, решил он, настал удобный момент, чтобы накрыть публичный дом, в котором к тому же ещё и нехорошие фильмы снимают!

Прислушался. Оказалось, «порнографией» говорящие называли кабели, соединённые в нескольких местах скрутками после того, как их пережали дверьми, а также просверленные после этого безобразные дыры в стенах, через которые эти кабели проложили потом, чтобы больше не пережимали. «Е$@ться» означало прокладывать новые, целые кабели и приводить в порядок стены. Ну, а «притоном» оказалась фирма, силами монтажников которой — «б$#дей» — кабели были проложены.

Взятие борделя не состоялось.

В далёкой монтажной молодости мне, слава богу, не выдалось полежать мордой в крышу. Но я был весьма близок.

На складе закончился обычный серый кабель, остался только защищённый оранжевый для пожарных сетей. Делать нечего — взяли коробку, приехали в старый-старый дом, тянем по стене подъезда на с первого на третий этаж. Коробка с тянущимся из неё кабелем стоит на первом этаже, понятное дело. Почти уже закончили, но, как всегда бывает, появилась жительница подъезда, такая же дряхлая, как и полуразвалившийся домишко. Бабка, понятное дело, тут же без разбирательств поднимает визг: мол, нехорошие люди пришли, щас всё сломают и все ценности из их подъезда вынесут! И минут десять в том же духе. А мы как раз всё доделали, осталось только инструменты и лестницу унести. Как же не получить напоследок заряд бодрости на весь день, раз такой случай подвернулся? Уж больно подобные скандальные божьи одуванчики надоели — надо проучить.

Бабка почти в ультразвуке вопрошает, тыкая пальцем в кабель:

— А это ещё что такое?!

— А вы что, не читали объявление на подъезде? Уже две недели назад было повешено, все жильцы должны были ознакомиться…

— Какое такое объявление?

— А вот такое! Там было сказано, что ваш дом подготавливается к сносу, и в течение двух недель все жильцы должны покинуть здание. Две недели прошло. Вот, мы производим последние приготовления. Заряды уже заложены, а этот оранжевый провод — это бикфордов шнур! Завтра будем взрывать. Так что предлагаем вам покинуть опасную территорию сегодня.

Бабка беззвучно, но со скоростью летучей мыши взлетела на свой этаж и хлопнула дверью. Мы мгновенно собрали имущество и быстро-быстро ретировались. Предполагали, конечно, что приедут, но досматривать шоу не хотелось.

Как-то в далёкой моей монтажной молодости вылезли мы с напарником на крышу оптику прокладывать. Одежда в стиле милитари — комфортно, не рвётся, да и запачкать не жалко. В руках — китайский чёрно-желтый чемоданчик с инструментами и аппарат для сварки оптики.

Работаем себе, анекдоты травим. Внезапно морда оказывается в крыше, а в шею утыкается дуло автомата. Чтоб мне век Эксплорером шестым пользоваться — чуть, простите, в штаны не наделал! Маски-шоу. «Где бомба?!» — спрашивают. Какая, на фиг, бомба?..

Пришлось лёжа полтора часа ждать, пока начальник ехал подтверждать наши личности. К слову, бабульку не тронули, хотя и очень хотели настучать. Немного грела мысль, что её оштрафовали прилично так за ложный вызов.

Сплавили мы университету штук пятнадцать компов IBM. Принудительно-добровольно я должен был все пятнадцать вытащить из коробок, собрать, включить, подождать, пока доставится ХРень, выключить, разобрать и распихать по коробкам обратно, потому что площади ещё не были готовы.

Был я со страшного бодуна — тогда в первый и единственный раз алкоголем отравился. И представьте: системники ничего себе, фирма на металле не экономит, мониторы ЭЛТ… Короче, намаялся я, и выхлоп был такой ядрёный, что присутствовавшая при всём этом девушка регулярно вопрошала: «Откуда лекарством-то пахнет?» Милая, славная девушка…

Работал я недолго в одном убогом провайдере с такой топологией, что никто не знал, где что находится. И вот директор как-то говорит, что один клиент — друг руководства, бла-бла-бла… Короче, сделать надо. А по карте обхвата тот дом не подключён.

Прихожу, проверяю — нет инета. А мне директор клялся, что всё монтажники протянули. Прихожу на крышу соседнего дома — нет оптики. Ладно, вызвал монтажников, кое-как договорился с ЖЭКом. Сделали: два конвертера оптических, один свитч. Оптика — медь — оптика. Снова проверяю — нет инета.

Процедура повторяется ещё на двух домах, и в итоге появляется линк. Конечная схема получилась класса «оптика — медь — оптика — медь — оптика — медь — оптика — медь». Конечно, даёт линк, но пинг — сами понимаете… Нет, нам не нужен такой интернет.

Несколько лет назад работал инженером по установке специфических видов автомобильного оборудования. В тот раз это был датчик контроля расхода топлива для седельного тягача. Датчик — пустотелая трубка — вставлялся в высверленную в баке грузовика дыру, припаивался к проводам, которые затягивались в кабину, запитывались от электросети машины, калибровались и закрывались в такую коробочку, которая одновременно собирала данные по сливу-расходу и регистрировала разрывы электроцепи автомобиля (это против хитроумных любителей отключить оборудование). Когда предприятие хочет себе поставить такие датчики на автопарк, но не уверено в «выхлопе», заказывается тестовая установка на одну-две единицы транспорта.

Итак, место работы — одно из предприятий морского порта. Место установки — седельный тягач без прицепа, стоящий прямо под гаражным боксом. Погодные условия — плюс пять, но сильный холодный ветер с моря, солёный такой. Отверстие в баке высверлили, датчик поставили, проводку в кабине куда нужно подключили, осталось последнее — подпаять проводку к датчику и его откалибровать. С подпайкой и вышла проблема. Загнать машину в бокс, где тепло и нет ветра, нельзя: её водитель не вышел на работу, а ключи забыл сдать. Паяльник прямо на машине просто не нагревается: ветер забирает весь нагрев. Отложить на завтра невозможно: у нас поезд домой через час, а эта тестовая машина — последняя в эту поездку.

Как выкрутились? Затащили переноску и паяльник в кабину — там хоть ветра нету. Ждали, пока накалится паяльник, о-пе-ра-тив-нень-ко его вытаскивали из кабины и, пока падала его температура на ветру, успевали разок-другой полноценно шкрябнуть по проводам припоем. Жало паяльника за секунды остывало так, что можно было его рукой обхватить без последствий. Со стороны напоминало репетицию на шоу Бенни Хилла, но попрыгав с полсотни раз в кабину и обратно, мы полноценно «зашкребли» все наружные места пайки и успели в тот день на поезд. А калибровку датчика сделали удалённо.

Жалоба в отдел рекламаций провайдера:

Абонент жалуется на сотрудника по наряду ###. Сотрудник без звонка и разрешения абонента зашёл в квартиру и начал выполнять свои работы. Абонент сначала его не видел. После того как абонент увидел чужого человека у себя в квартире, и тот с ним поздоровался, абонент его выгнал.

Ответ отдела рекламаций:

С абонентом связался, пообщался. Монтажник пришёл, позвонил в домофон, его впустили. Дверь в квартиру была не заперта. Абонент заорал и монтажников выгнал. Относительно наряда: монтажники не хотят снова идти к этому абоненту, а других у нас нет.

Коммент в наряде:

Когда я вошёл к абоненту, тот начал орать и грозился расстрелять. Больше к нему не поедем.

Довелось как-то побыть «надзирателем» над подрядчиками, прокладывавшими для нашей организации оптоволоконную кабельную линию.

На одном из этапов работы двум индейцам было поручено прикинуть, хватит ли длины кабеля, скрученного кольцами во много витков примерно метрового диаметра. Мне сразу показалось, что эти товарищи встретили поручение, скажем так, без энтузиазма. Сели, загрустили, закурили…

Причина грусти стала ясна позже. Покурив, эти два смешных перца, ещё раз вздохнув, принесли двухметровый деревянный «аршин» и начали разматывать кабель, которого навскидку было метров 250—300. Я сразу даже не понял, что происходит. Потом понял: хотят весь размотать и мерить линейкой. Еле сдержался — так хотелось заржать.

Спустя минутку пришёл в себя. «Ребят, — говорю, — не нужно его разматывать. Найдите рулетку, я вам сейчас его в мотке за пять секунд измерю». На лицах — полное непонимание. «Ну, через два пи радиус». А, нет, вот теперь полное непонимание.

Долгая молчаливая пауза. Один выдаёт: «Та не, это х#$ня какая-то», второй кивает, и оба возвращаются к прерванной работе. Настоящее полное непонимание, но уже на моём лице.