Ковыряюсь в потрохах жёлтой программы. В момент, когда курсор остановился на серии строк, начинавшихся с «БухИт20», с просьбой подошла жена, которая на работе умоталась так, что взгляд фокусировала с трудом. Озвучив просьбу, она перевела взгляд на экран:

— Бухито, бухито, бухито... Классную ты программу пишешь!

Да уж — для большинства пользователей языки скриптов и программирования зачастую звучат как нецензурщина.

Суровая медицинская организация. Суровая сеть. Суровый админ. Десяток раздолбаев-студентов, пришедших послушать лектора. Лекция, как и полагается, проводится под аккомпанемент проектора, только вот незадача — препод в технике ни в зуб ногой, а проектор, кроме как «Нет сигнала», отображать ничего не хочет.

Зовут админа. Админ красивым жестом выключает и включает проектор — результата ноль. Тем временем студенты предлагают перезагрузить комп при включённом проекторе. Предложение удостаивается презрительного взгляда и фразы: «Не поможет, тут перебит кабель».

Админ уходит. Препод грустит: неудобно без техники. Студенты всё-таки перезагружают комп. Ура, сигнал есть, на стене появляется рабочий стол. На предложение позвать админа и ткнуть носом в работающий проектор препод вздыхает: «Нельзя, а то у человека самооценка упадёт». Эх, админы, слушайте иногда «дилетантов», они часто наблюдательны, а подсказывают от чистого сердца.

Проходя мимо почты, я увидел рекламу платёжного терминала, обещающего отсутствие очередей, а из-за принадлежности самой почте — отсутствие комиссии за платёж. Уверовав в чудо, я зашёл «положить на интернет». На часах было было 20:15, а само отделение работало до десяти.

Платёжный терминал не работал, при этом питание явно было, так как купюроприемник подсвечивался. Аборигены (работники почты за стеклом) пояснили: ровно в 20:00 экран терминала гаснет, денежки аппарат при этом принимает, но не отдаёт. Как же так, спрашиваю, почта до десяти, а автомат выключается раньше? Работники рассказали, что раньше автоматы работали круглосуточно, но у парней из техподдержки рабочий день заканчивается в восемь. Вот они, судя по всему, и применили недавно «аппаратный блокиратор проблем» — теперь терминал заканчивает работу с окончанием рабочего дня техсаппорта.

Вечер. Звонок на домашний телефон: «Здравствуйте, компания %provider%. Предлагаем вам интернет и прочие блага». Вежливо отказываюсь, ссылаясь на использование услуг другого провайдера. Возвращаюсь к компьютеру, и тут происходит то, чего не случалось ой как давно: пропадает интернет, а саппорт моего провайдера, который обычно довольно расторопен и работает 24 на 7, не берёт трубку.

Эффект удалённого присутствия распространился уже и на менеджеров по продажам?

В 96-м подрядились мы с товарищем собрать учебный класс в Киевском научном центре. Это был первый компьютерный класс в центре и первая коаксиальная ЛВС с выделенным сервером и пятью персоналками. Учить тамошние преподаватели хотели операционкам и прикладным бухгалтерским программам.

Надо сказать, что бюджет был скудный, и покупали мы железо россыпью, где и как придётся. Собирали, сетапили, устанавливали — за пару дней с горем пополам удалось завести всё это хозяйство и даже продемонстрировать и сдать заказчику. Все были счастливы. Условие было только одно: русская винда, ибо не один препод не владел языком Шекспира. Более того, ПК они видели впервые в жизни, что в общем-то не помешало собрать группу обучающихся.

Недели через две раздался звонок. Панический голос преподавателя в трубке: «Иван Григорьевич, экран на сервере стал синим, и там что-то по-русски написано!»

Вот так, господа, порой в панике забывается и родной язык.

Ночевал как-то у тру-админа. Выпили по пиву, покурили, пошли спать. В спальне — рай для железа: сановский сервак, комп, роутер и пара ноутов. Шумит всё это, понятно, мама не горюй. Говорю ему: «Включи какой-нибудь фильм и поставь таймер на полчасика». Привык, знаете ли, к простым виндовым решениям.

Последним, что я запомнил перед встречей с Морфеем, были горящие глаза друга и фраза: «Сейчас мы напишем простой скрипт».

Короче, я надолго запомнил эту картину: ночь, шум от десятка кулеров и тело с сигаретой в зубах, бесконечно повторяющее одно слово: «Щас, щас...»

Писали как-то на первом курсе лабораторную на Паскале с меню, по которому передвижения происходят с помощью стрелок. Меню дописывали в последнюю ночь, поэтому времени на отладку не было. Показываем программу: стрелка вверх передвигает курсор вниз, а стрелка вниз двигает вверх. Принимающий говорит, чтобы исправили прямо при нём.

Мозги у нас уже не соображают, тупое переделывание кодов стрелок приводит к отказу в компиляции. Один из нас дописывает чуть ниже меню: «Внимание: стрелка вниз двигает курсор вверх и наоборот. Будьте внимательны!» Работу защитили.

Звонит женщина, по голосу лет сорока:

— Вы знаете, я, конечно, опытный пользователь компьютера, но с вашим словарём у меня слишком много проблем. У меня ваш словарь работает как вирус.

Начинаю задавать дежурные вопросы: «Откуда скачали словарь? Как именно работает? Что значит „как вирус“?»

— Я опытный пользователь! Я знаю, что все программы на компьютере, которыми я не пользуюсь — вирусы. А вашим словарём я не пользуюсь.

На новый 2003 год подарили мне Атлон 2100+. Я слышал, что все Атлоны очень сильно греются, и решил выкрутиться без затрат, поставив системник на подоконник под открытую форточку. Рассудил так: холодный воздух из неё будет направляться вниз и охлаждать системник — открытый, без стенок.

Температура спала, но система почему-то начала тормозить и иногда перезагружаться. Я грешил на 98-ю винду, пока как-то, засидевшись заполночь, не глянул на форточку, из которой валили клубы холодного пара. В воспалённом пивом мозгу возникла мысль, что пар влажный, и весь системник должен быть в конденсате.

Думаю, мне сильно повезло, что комп не сгорел. Системник я из-под форточки убрал, косяки исчезли, а что грелся сильно — да и чёрт с ним.

Небольшой питерский районный провайдер, название которого совпадает с именем одного из последних ураганов в Америке, последние несколько лет поставлял одновременно кабельное ТВ и кабельный интернет. Цены в сравнении с большинством конкурентов были немного завышены, но коннект был очень стабильный, да и ТВ в одном пакете... В общем, провайдера мы не меняли, хотя предложения кидали в почтовый ящик каждые три дня.

В один прекрасный день их руководство решило, что кабельный модем — вещь устаревшая, и пора бы переключиться на Ethernet. Сказано — потихоньку сделано: в ноябре монтажники пожаловали к нам и, отмотав метров на пять витой пары больше, чем необходимо, подключили по новой технологии. Немного попарился с установкой сетевух и роутера — понеслось!

Дальше начались чудеса. По тарифу скорость должна была составлять четыре мегабита, но было почему-то только два. Хватало, в принципе, но всё же обидно! Но внутренний голос сказал: «Подожди, не звони, не ругайся». И был совершенно прав: в конце месяца со счёта сняли не 500 рублей, как положено, а всего лишь 50. Почему такая ошибка — до сих пор не понимаю. Звонить так и не стал — за полтинник-то и на двух мегабитах посижу...

Пару месяцев спустя я обнаружил на лицевом счету неплохой минус. Прикрыли дырочку? Не совсем! Да, снимались теперь положенные 500 рублей, но и скорость по замерам была в районе сорока мегабит! Со временем скорость вернулась к номинальной величине, а пару дней назад снова подскочила до высоченного уровня.

Я понимаю, что если работники компании прочтут это, то исправят ошибку, но молчать о таком я тоже не могу. Спасибо вам, ребята!