Вы едете в автобусе, и вместо голосовых объявлений и бегущей строки вам показывают спутниковые снимки местности, соответствующие следующим остановкам. Правда, очень неудобно? Потому-то так и не делают.

Давайте пройдемся по аргументам против консоли. Первый: для повторяющихся действий придётся вводить всю длинную команду заново. А как же стрелка вверх? А два таба? А то, что в одних ОС называют скриптами, а в других — батниками?

Второй: строка поиска — это «уже детали». Так ведь в деталях-то соль и кроется! Эта самая строка — элемент консоли, привнесенный в GUI и значительно облегчающий работу в последнем именно благодаря своей консольности. В какой последовательности располагают значки приложений производители разных Android-устройств? Где в порядке установки этих приложений, где по алфавиту, что удобнее. Но кто недавно обновил Android, знает, что в списке приложений появился локальный поиск по их названиям, и стало намного удобнее.

И вообще, даже в самом разгуистом GUI консольность так и прёт, и без неё никакого удобства бы не было. Допустим, все поисковики, не сговариваясь, отменят текстовый поиск, оставив только «прогрессивный» графический, когда надо из нескольких картинок выбирать максимально похожую на искомый объект, а потом повторять то же самое методом итераций, пока не найдётся то, что нужно. Понравится ли пользователям принуждение к только такому методу поиска?

Аргумент третий. Текстовый интерфейс — тоже разновидность графического, потому что буквы — графические символы. А вот и всё наоборот! Графический интерфейс — разновидность текстового. Текста там полно, просто он ещё и сопровождается графикой, но пользователю говорит гораздо больше, чем она. Почти под каждым значком — название, почти каждая кнопка имеет всплывающую подсказку. Всё это — текст, без которого о значении многих пиктограмм, кроме самых известных и общепринятых, можно было бы только догадываться.

Некоторые программы — от «нортоноподобных» оболочек, включая свободные, до ряда САПР, включая коммерческие — имеют командную строку, несмотря на обилие графики. Пользователь волен выбирать, каким способом выполнять каждое действие, и зачастую ввести команду оказывается быстрее.

И ещё. Тут недавно говорили о дедушке, который пользуется интернетом за счёт голосовой связи с айтишником. Что есть голосовая связь? Диалоговый режим, своеобразная консоль. А айтишник по командам дедушки что делает? Тычет в графический интерфейс у себя на смарте. Дедушка освоил только диалоговый режим, а айтишник — оба вида интерфейса, и диалоговый, и графический.

Так какой из них проще в освоении?

Мне обидно за то, как учат в некоторых заведениях, именуются которые колледжами. Ну, и обидно за контингент.

Вроде бы всё по программе: будущие «программисты» учатся первый курс, как в 10–11 классе, сдают нужные экзамены и поступают с радостью на второй, где начинаются спецпредметы. Знаете, какой у нас был предмет? Разработка на Паскале привычных лёгких задачек, а потом уже в Дельфи. Правда, ни про ООП ни слова не сказали, ни про объекты, ни про что. Старая бабушка-преподаватель на автомате объяснила, где ивенты, обджекты и где форма. «Сюда кидаете, пишете код, и всё работает». Как-то так. Никого такой вариант обучения не порадовал, всем было плевать. Я сдавал лабы, пытался сам разбираться, а меня поголовно все просили решить, ибо не знали ничего: «Никто не учил». Программисты будущие, блин. Потом бросил это дело — не хватило силы воли на самообучение.

Третий курс — главный спецпредмет: системное программирование. «Мы с вами будем учить С++, открывайте тетради и конспектируйте». Весь год писали подробно в тетрадке про for, while и массивы в тетрадке. Тупое переписывание. Ни одной практической задачи не решали.

Сейчас я перешёл на четвёртый, последний курс. Диплом надо писать, а у нас из группы только два человека реально интересуются кодингом и более-менее разбираются. Вопрос в другом: почему преподаватели настолько безобразно относятся к своему предмету? Ну и что, что это колледж! Есть, конечно, и студенты, которые отвечают: «Почему я пошёл на программиста? Да по приколу (мамка заставила, выбора не было)».

Надо учить, мотивировать студентов, а не давать поблажки и отпускать пораньше с пар после тупого конспектирования. А самим студентам, в свою очередь, надо думать, куда идти учиться и зачем, чтобы в дальнейшем не трепать нервы преподам, которые просят от вас то, что не нужно.

Сегодня был придуман и успешно опробован способ выводить из полусонного состояния задающих глупые вопросы.

— У меня принтер не печатает и на экранчике говорит: «Ошибка памяти расходных материалов, нажмите „ОК“».

— Сперва оглядись, на каких предметах вокруг тебя может быть клавиша «ОК». На клавиатуре, на экране компьютера, на твоём телефоне, на принтере. Везде её поищи.

— О, вижу, на принтере!

— Теперь нажми на неё с такой силой, чтобы, с одной стороны, клавиша сработала, а с другой — не раздавилась. Должен быть чёткий щелчок.

— Получилось!

— Отлично, теперь оглядись, какие видишь перед собой экраны. Назови только тот, который чёрно-белый.

В ответ, шёпотом:

— У компьютера цветной, у моего телефона цветной.

И громко:

— О, у принтера чёрно-белый!

— Отлично, читай, что на нем написано, по буквам.

— Г, О, Т, О, В.

— Теперь возьми овальную штуку с двумя кнопками и убедись, что когда ты её двигаешь, на мониторе двигается стрелка. Сделай, чтобы стрелка была поверх двух чаек, быстро нажми на овальной штуке левую кнопку. Силу нажатия подбери так же, как в предыдущем случае. Подожди минуту, набери на клавиатуре: Я, пробел, Л, А, М, Е, Р, тоже подбирая тем же методом силу нажатия, а потом…

— Да запущены твои чайки у меня уже! Дальше без тебя знаю: выделить текст, поменять шрифт на 72-й, отправить на печать.

Ага, проснулся! Оказывается, старательно строя из себя К. О., можно расшевелить и перевести из ведомого режима в ведущий кого угодно.

Я знаю, откуда берутся истории о любителях лонгплеев. Меня часто «запрягают», потому что я плохо умею отказывать. Было дело — «запрягали» воспитывать чужого ребёнка, пока родители заняты, и продолжалось это до тех пор, пока тот не вырос.

Любил ребёнок играть в «Шрека» на Game Boy Advance SP. Картридж был пиратским, в нём не было ни батарейки, ни статического ОЗУ, ни мест, куда всё это можно впаять. Пытаешься сохраниться — говорит, что успешно, выключишь и включишь питание — как будто не сохранялся.

Капризное чадо после каждого включения консоли заставляло меня проходить все уровни, пройденные им перед этим. Игра стала для меня работой, трудной работой. А есть три вещи, на которые можно смотреть бесконечно: как горит огонь, как течёт вода и как работают другие.

В одной организации провели эксперимент: за каждый вызов эникейщика стали вычитать из зарплаты сотрудника по два рубля. И многие резко что-то стали во всём разбираться. Беспокоят только по серьёзным поводам. Хотя стоимость одного вызова символическая, если звать по несколько раз в день, за месяц немаленькая сумма набежит. Кто до мобильных асечек много перекидывался SMS, вспомнит. Ударим, товарищи, жабой по злоупотреблению эникейством!

Диалог двух школьников в трамвае:

— Когда поменяешь тапок на лопату с ведром?

— Да всё не соберусь.

Классическая бабка с тележкой реагирует:

— Мы тоже в детстве любили меняться, но кто даст лопату и ведро за один тапок? Второй нужен!

Эта история произошла жарким московским летом с одним мужиком. Ничего такой мужик, инженер, грамоте обучен, физику проходил, одна лишь беда: очень он любит изобретать велосипеды. Весь дом этими велосипедами заставлен, один велосипед даже с гиперприводом, жаль, седло жестковато.

И вот послала его жена купить кондиционер. Мужик подумал-подумал — и пошёл в автозапчасти, взял там радиатор от печки, примотал к нему два шланга и пустил из крана холодную воду. Нацепил вентиляторов из компового хлама, подал 12 вольт — вот и кондиционер! Дует холодным воздухом, аж морем повеяло — красота! Но стоит отойти — и уже никакого эффекта, сколько бы ни дул этот агрегат, сколько бы воды в него ни подавали, а комната не остыла ни на градус. Жарковато будет — не могут компьютерные вентиляторы продуть воздух через узкие каналы радиатора «жигулёвской» печки! Делать нечего, пошёл мужик второй раз в автозапчасти и притащил жуткий 17-амперный центробежный вентилятор печки — уж он-то прокачает! Воткнул его в компьютерный БП — и пожёг БП на фиг, пусковой ток не учёл.

Долго ли, коротко ли — заставил мужик эту штуку работать, даже сток для выпадающего конденсата предусмотрел, но к тому времени жара уже прошла. Подумал-подумал мужик, разобрал эту шумящую конструкцию на части и пообещал жене к следующему лету обязательно купить кондиционер. Если только к тому времени не устроит «холодный потолок» с датчиком точки росы и управлением через веб, но это уже совсем другая история.

В одном из произведений о дяде Стёпе рассказано, как он поднял тост за французских коммунистов. Таковые действительно существуют и иногда придумывают интересные штуки.

Один из них рассудил так. Франция навязала СССР и ещё ряду стран систему SECAM, а затем большей части мира — GSM. Теперь надо навязать Франции какой-нибудь советский стандарт, пусть и не на всей территории, а в пределах отдельно взятой школы, где он работает учителем. Предметом навязывания он выбрал трёхпрограммное проводное радио, где первая программа передаётся на низкой частоте, а вторая и третья — амплитудной модуляцией на некратных друг другу ультразвуковых частотах.

В школе уже была система, работающая по американскому стандарту «public address», где громкоговорители рассчитаны на 70 вольт. Переделав усилитель, наш герой получил знакомые каждому, кто в теме, советские 30. Соответствующим образом он переделал и громкоговорители. Сделал из деталей, доступных во Франции, модуляторы для второй и третьей программ. Попросил на российском форуме прислать ему трёхпрограммник в 1 (одном) экземпляре, чтобы проверить, соответствует ли работа модуляторов советскому стандарту. Оказалось, соответствует блестяще.

Последний штрих: добавить трёхпрограммные приставки ко всем громкоговорителям в школе. Это было сделано на внеклассных занятиях силами ребят. Всё получилось, и одна отдельно взятая французская школа стала чуточку советской.

Я все ещё в сомнениях, имеет ли право двадцатилетний эникейщик ностальгировать о былых временах, но кто ж запретит? Итак, второй набор айтишных историй от автора «Лавировали и выигрывали».

Начнём с грустного: старый ПК, разогнанный до 3,9 ГГц, измученный «фаркраем», «халфой» и Day of Defeat, выброшен вон из квартиры, ибо «место занимает». Спорить с родителями бессмысленно, но о переезде думать надо — кто знает, что из памятного мне железа окажется «лишним» в следующий раз?

Ноутбук страдал от хронического перегрева всего, что могло греться. Виновником оказался, во-первых, BIOS, задавший видеокарте повышенное напряжение, а во-вторых, сам видеопроцессор со следами КЗ в цепи питания. После долгой и тяжёлой болезни, вымораживания видеокарты с последующим прогревом в духовке и сборки самопального радиатора из килограммового куска чистой меди было решено избавить болезного от глючной железки и сделать домашним сервером. Так и поступил — работает до сих пор.

Курсовик по программированию (да, я заочник), написанный и отлаженный на андроидном смартфоне, удалённое администрирование рабочих серверов с этого же смартфона — всё это привычно, хоть и малость извратно. А вот когда-то был Arbornet, Nokia N73 с SSH-клиентом и много-много свободного времени. В разное время эта «нокия» служила мне вебкой, SSH-клиентом, игровой приставкой, Питон-процессором и даже была обучена получать интернет с персоналки по Bluetooth. Жива до сих пор, несмотря на множественные полёты об стену и в лужи.

Пример ещё старше — Nokia 3220, на которой я исследовал интернет, осваивал основы сайтостроения, участвовал в сетевой тусовке тех времён и даже учил японский язык. Можно сказать, что не будь у меня (ладно, у моей матери) этого телефона, не стал бы я айтишником. Теперь этот мобильник тоже мой, ждёт своего часа на полочке.

Купленный в 2006 году раритетный первый «пень», на котором я так и не смог запустить ничего, кроме DOS, впоследствии был выменян у странного дядьки в свитере на подборку дисков с разным софтом и виндой — таки да, интернета у меня тогда почти не было.

Так уж вышло, что я не писал ИИ, как мой знакомый, и не создал в 12 лет свою первую программу, которую продать не стыдно. Впустую ли прошло моё детство? Имею ли я право вспоминать о нём с ностальгией?

Думаю, да. А морали в этот раз не будет.

На четвёртом десятке лет решился, наконец, впустить в свою бедную гаджетами жизнь смартфон. На своего куна-мейна иногда больше в месяц трачу, а на «лопату» не решился. До поры.

И вот, наконец, стал обладателем тридцатой «ежевички». Будто в космический корабль попал, ведь предыдущий телефон был Nokia E61. Там 3G был особенным режимом, который я в 2007 году только мечтал испытать на деле однажды. Потому что 3G — это же крутотень! И разговор, и интернет одновременно без дисконнекта! Не то что 2G, где аська вырубалась при звонке.

И вот в руках лежит смартфон аж на пять дюймов! Получил в салоне оператора специально для него новую маленькую симку с поддержкой 4G. Вставил — вау, и правда 4G! Я на вершине технологий, м-м-м! И тут…

Бегу на электричку. По привычке звоню девушке, прошу узнать расписание. И внезапно осознаю: у меня же смартфон-с-четыре-джи! Снисходительным тоном прошу повисеть на линии, пока Яндекс подскажет мне время рейса. Открываю браузер, тыкаю в закладку.

Всё. Сначала медленно умирает голосовая связь. Интернет не думает даже открываться. Через некоторое время просто кладу трубку. Звоню оператору с вопросом. Оказывается, интернет и голосовая связь в их сети 4G вместе и одновременно не поддерживаются.

Останавливаюсь, понимая, что уже пропустил электричку. Думаю и сравниваю.

Связь 2G — голосовая связь и интернет вместе и сразу невозможны.

Связь 3G — ура, каналы PS и CS! Да здравствует интернет и звонки! Всё вместе и всё сразу! Наконец-то!

Связь 4G — э-э-э… Мы работаем над этим.

Борюсь с чувством дежавю и неуклюжим пальцем ищу в меню переключатель режима сети на старое доброе 3G.