Работал в юридической фирме IT-директором и по совместительству менеджером проектов. На очередной оперативке директор решил, что юристам не стоит пользоваться ICQ по соображениям безопасности. Но общаться-то как-то нужно.

Не вопрос! Нашли мы со старшим сисадмином бессерверный чат, потестировали, настроили. Написал я всю документацию, озаглавил: «Программа поддержки обмена сообщениями между пользователями». Приношу на подпись директору документы. Через некоторое время получаю обратно все доки с резолюцией на заглавной странице: «А зачем пользователям обмениваться сообщениями?»

Даже не нашёлся, что ответить. Страницу с резолюцией сохранил на память.

Сидим на работе в офисе всем админским составом. Пришли три новых сервера и шесть новых системников. Радость неописуемая. Всё настроили, вылизали — красота! План выполнили, делать нечего — запустили Counter-Strike, играем три на три.

Входит в кабинет начальник, видит всё это безобразие, начинает орать не своим голосом. В итоге ушёл, извиняясь. Как думаете, почему? Правильно: «Мы тестировали новые компьютерные системы в различных условиях, с различными потоками задач и различными нагрузками».

Работаю в отделе кадров в крупной софтверной компании. Приходит сегодня молодой человек на должность начинающего программиста С++ для разработки БД на SQL.

— Почему вы уволились с предыдущего места работы?

— Да вот, приношу ведущему программисту работающую программу. Он смотрит на код, видит описание команд SQL и заворачивает обратно со словами: «Оно так не умеет!» Даже доказывать не стал, что программа работает, и отдел тестирования её уже проверил.

Парень отлично выполнил все тестовые задания.

Понадобилась нашей немаленькой конторе единая база пользователей. Собрали совещание в IT-отделе, выбрали с каждого бюро по паре штук самых умных и толковых и посадили проектировать. Начались тяжёлые трудовые будни, потому как нюансов было много, и база нужна была не простая, а с причудами и выкрутасами.

Трудятся лучшие умы над правильной базой месяц, второй; начальство всё негодует, что же так долго. И вот настаёт светлый день презентации руководству отдела этого чуда рукотворного. Через проектор на лист А1 (экран у нас, увы, появился чуть позже) выводят красивую схему объектно-ориентированной базы, в которую при желании можно запихать что угодно. Далее — минут на сорок рассказов с горящими глазами, что, для чего и почему, собственно, так долго. Начальство смотрит, слушает и выдаёт замечательную фразу, над которой мы потом несколько дней посмеивались: «А зачем вам эти кучи таблиц и связей? Хватило бы двух таблиц. В первой — ФИО и телефон, а во второй — отдел/бюро/группа. А вы тут накрутили». Посмеялись и забыли.

Отдало базу начальство на доработку, внедрение и ведение одному бюро — как раз двум из тех лучших умов. Но были у умов свои особенности: один — опытный и очень толковый, но периодически ленивый и очень пофигистичный, а второй — молодой, бойкий, но невнимательный и недостаточно опытный. Далее решило начальство, что база секретная, и надобно закрыть к ней доступ для всех разработчиков, кроме этих двух товарищей, а им поручило писать вьюшьки, пакеты и прочие радости, чтобы программисты с базой все же могли работать. Программистов у нас много, потребностей ещё больше, да и фантазия разыгралась, ибо схема позволяла. Но стали умы филонить и спихивали абы что (лентяй) или абы как сделанное (невнимательный). Получив же такие подарки, программисты шли к админу баз данных и просили его помочь.

Надоело админу, и создал он две таблички: в первой — ФИО и телефон, а во второй — отдел/бюро/группа. Связал их по кодам, загрузил данные и велел пользоваться. И вот не знаем теперь: то ли начальство было право, что хватит двух табличек (а их с трудом, но хватает), то ли неправо, что такую разработку нескольких бюро так просто из-за своего непонимания и незнания загубило.

Прихожу устраиваться на работу в сеть кафе, где на линуксе работают все кассовые терминалы. На собеседовании начальник начинает задавать мне вопросы по аниме. А я, хоть и квалифицированный линуксоид, про аниме ничего, кроме названия, не знаю. Говорю ему:

— Вы мне лучше по линуксу экзамен устройте, а не по аниме.

— Нет, в линуксе я и сам ничего не понимаю, в нём разбираться — задача сотрудников. А сдашь мне экзамен по аниме — я пойму, что ты хорошо разбираешься и в линуксе.

Разрушить стереотип так и не удалось.

До сих пор я работаю сисадмином в славной украинской госконторе. Прошла ещё пара полугодий. Краткая сводка перлов всё того же шефа:

— Лицензии на сервера? Так вон же кряк.

— Интернет такой плохой, потому что DHCP не подхватывает IPTV!

— Как вирус на флешке? Там же Касперский!

Второй «пень», 64 оперативки. «Как это может быть нехватка оперативной памяти? Не тараканы же её вытащили!»

— Досовский комплекс не работает? У нас же современный (2008-й) сервер!

«Не работает интернет», — жалуется сотрудник. Шеф вводит ping google.com и смотрит в окно. «Я сделал всё, что мог! Это у Гугла проблемы».

— А как относится патч-корд к удалённому доступу? Вы так подключайтесь, по-простому.

12-мегабайтный файл передаётся по гигабитной сети уже два часа. «Ну, а что же вы хотели? Это же объёмы!» — и руками разводит.

— Как ножкой стола передавили патч-корд? Такого не бывает!

— А вы не в курсе, когда шестой сервис-пак под ХР?

Речь о файловом хранилище в 2 терабайта. «Я сконфигурировал все диски так, что общий объём хранилища вырос на 20 мегабайт! Ну и что, что месяц заняло. Мы же выиграли объём!»

— Как traceroute показывает потерю связи? Не может такого быть! Он видит бывшие вхождения в сеть и по ним должен определить, может сейчас быть компьютер на связи или нет.

Не выдержал. Забрутфорсил его заявлениями. Скоро свобода.

В начале нулевых старшему коллеге-программисту довелось побывать в одном из челябинских подразделений РАО ЕЭС России. Понятно, что контора серьёзная. И вот они с ведущим специалистом осматривают серверную, тот знакомит с оборудованием. С самого начала экскурсии у коллеги появилось смутное чувство: что-то не так. Под конец челябинец пожаловался: «Вот упсы новые пришли, а в шкафы поставить не могу. Боюсь, болты не выдержат».

Тут-то и прояснилось, что не давало коллеге покоя.

Контора располагалась в старинном здании чуть ли не дореволюционной постройки. Перекрытия, соответственно, деревянные. Когда начали устанавливать серверные шкафы, пол начал ощутимо прогибаться и трещать. А под серверной располагался кабинет директора организации, который очень испугался за свою бренную жизнь и приказал любыми способами обезопасить себя от бездушных машин. Так как более подходящего помещения под серверную не нашлось, было принято гениальное и очень простое решение: серверные шкафы прикрутили болтами к потолку.

Проводим IT-отделом модернизацию парка серверов. Пробившись через кошмарное сопротивление бухгалтеров, программистов, начальников других отделов, администраторов подсетей, просто пользователей, наконец, переводим всё на новое железо в новый домен. С радостью глушим задолбавший домен на NT-шках. Остаётся решить последнюю проблему: на железо одного из серверов зарегистрирована лицензия крупной корпоративной системы. Из множества решений начальство выбирает самое страшное: оставить сервер.

В силу сложности отношений между задачами, доменами и сетью в целом простое включение обратно в сеть неприемлемо. Вернутся не только старые глюки, но и добавятся те, что вызваны максимально мягким переводом ресурсов на новые сервера (в ущерб логике, в угоду юзерам и ленивым программистам). Принимаем решение: обновить систему, чтобы можно было понизить роль сервера и включить его без тени старого домена за плечами.

Дело поручают мне. Тестирую на другом старом сервере — всё ровно и гладко проходит. Начинаю работать с самим пациентом. Первая попытка — обновление не проходит до конца, и мы получаем коряво обновлённый контроллер старого домена на новой операционке. Приходится пристрелить — в смысле, восстановить бэкап и начать заново. После второго обновления не работает половина служб, а логи системы чистые. Вижу в диспетчере устройств, что требуется обновление некоторых системных драйверов. Сервер уже изрядно неприятен мне как личность. Нахожу драйвера на сайте производителя, обновляю — полный абзац. Сервер начинает по две-три минуты реагировать на любое действие сложнее передвижения курсора. Лезу читать форумы производителя. Нахожу похожую ошибку. Среди бреда, советов обратиться в сервис и самому взяться за паяльник нахожу гениальное: «Выключите на 30 секунд и включите снова».

Помогло. Сервер перестал включаться. Железячники, поковырявшись, сказали, что умерло всё, что могло, и запчастей нет даже в музее. Начальство плюнуло и перешло к человеческим способам переноса лицензии на новое железо. Дружно поём: «Да здравствует разум, да сгинет маразм…»

В нашей фирме представительниц женского пола подавляющее большинство. Все работают с 1С. Как-то раз иду по коридору и слышу разговор между начальником и моим коллегой. Рядом с ними мило улыбается бухгалтер Катя.

— А я Кате даже массаж пытался сделать!

— И как? Смог нащупать её чувствительные точки?

Выходим на перекур. Девушка Катя минут через пять тоже выходит из офиса и, помахав нам ручкой, направляется в сторону метро. Мой шеф окликает её серьёзным голосом:

— Катя, к понедельнику, пожалуйста, подготовь список всех своих эрогенных зон, хорошо?

Ответ заставляет нас упасть от смеха:

— В 1С?

Аутсорсил до недавнего времени небольшую фирму — около десяти компов и один сервер. Началась у них чехарда с начальством, что благотворно повлияло на внешний облик офиса. Ремонт сделали, старые офисные машинки поменяли на одинаковые неттопы и красивые ЖК-мониторы, внедрили вайфай, беспроводные мыши и клавиатуры. В общем, пришлось немного напрячься, но за два дня я справился.

Потом снова сменился директор, а ещё через пару недель меня вызвали из-за проблемы с компом секретарши. Девушка, кстати, не стала отмазываться и сразу сказала мне, что неттоп упал. Ну, думаю, не беда. В запасе есть ещё две резервные машинки — поставлю одну из них, воткну бэкап диска, поменяю MAC-адрес на нужный и пойду домой разбираться, что именно сломалось внутри.

Пока в голове крутились подобные мысли, машинально вытаскиваю кабели из неттопа и на ходу хватаю машинку со стола. Точнее, пытаюсь взять, так как у меня чуть не отрывается рука. Подставка корпуса намертво привинчена к столу саморезами, а корпус так же намертво приклеен к подставке.

Неттоп от стола я откручивал, уже зная: дабы не украли, директор приказал совершить такой акт вандализма с каждым неттопом. Не знаю даже, что меня удивило больше: то, что мышки и клавиатуры не были приклеены к столу во избежание краж, или то, каким же образом хрупкая девушка умудрилась уронить привинченный к столу неттоп.