Взяли на работу нового человека. Резко возрос трафик на порносайты. Человек — протеже Самого Главного; вариант «прийти и надавать по щщам» не катит. Решил ввести ACL для перенаправления со списка порносайтов на корпоративный сайт. Дал задание помощнику — пусть, думаю, попрактикуется.

Он умудрился перепутать местами «откуда» и «куда». Звонил главный. Обещал уволить.

Стажируюсь в компании, занимающейся торгово-складским оборудованием. Руководитель даёт мне терминал сбора данных (этакий КПК со сканером штрих-кодов), коробку к нему и задание: настроить синхронизацию с настольником посредством ActiveSync через кабель USB с эмуляцией COM-порта.

На одном конце кабеля — юэсбишная вилка, на другом — хитрая многопиновая, как раз под разъём на терминале. Включил, подключил — «Неизвестное USB-устройство». Окей, в коробке диск, на диске дрова для кабеля RS-232 to USB, для UART bridge, для virtual COM, рогов сатаны и ещё чего-то плюс подробная инструкция, как после установки надо вставшие дрова удалить и заменить на такие же, но неподписанные, ручками похлопать и ножками потопать.

Всё делаю строго по инструкции. В результате на ПК обнаруживаются виртуальный COM, UART-мост, рога сатаны и то же самое неизвестное USB-устройство. Курю мануалы, насилую Гугл, через кардридер и карточку памяти гружу на терминал кучу всяких полезных штук. В результате терминал по кабелю учится работать как флешка или как сканер штрих-кода, но не как надо.

Через два часа приходит руководитель, смотрит на мою красную рожу, на стол, снова на рожу, снова на стол. Издаёт странный звук, находит на полу коробку от терминала, из глубин коробки извлекает кредл с ИК-приёмником. Вытыкает RS-232 из терминала, втыкает в кредл, показывает на терминале ИК-окошко. Винда сообщает, что приёмник успешно установлен.

Админ сидит напротив, настраивает кучу виндовых серверов для какого-то мегапроекта. Ругается по-админски. Особенно сильно матерился, когда два дня подряд вырубалось питание. Сначала по городским нуждам; во второй день монтажники серверный UPS на землю коротнули, что заслуживает отдельной истории. Короче, два дня подряд он руками поднимал инфраструктуру и матерился от непоняток: почему сервера работают, но в домен не входят?

Оказалось, что DHCP и один из контроллеров домена были выполнены в виде виртуальных машин, которые не могли запуститься, потому что сервер не вошёл в домен, потому что не получил IP, потому что DHCP не мог быть обнаружен, потому что он не работал, потому что не запустилась его виртуальная машина, потому что сервер не вошёл в домен.

В 2001 году мы, первокурсники, изучали Паскаль на 386-х компах с Досом, Нортоном и 128-мегабайтными HDD. На тех системниках, помимо Power, были две кнопки: Reset и Turbo. Назначение последней долгое время оставалось загадкой.

Пришло время зачёта. Код написан, преподаватель медленно идёт по компам и проверяет результат. Мы ждём своей очереди и скучаем. И вот мой напарник (сидели по два человека за компом) решает наконец разгадать тайну, мучившую нас полгода, и нажимает заветную кнопку.

Компьютер уходит в перезагруз. Код потерян. В мыслях мат. В результате пересдача. А всё потому, что надписи были не под, а над кнопками, и друг вместо Turbo жамкнул Reset.

Так я научился сохраняться.

Купил маме в подарок семидюймовую цифровую фоторамку. Девайс листает все фотографии по порядку. Не хочу по порядку, хочу вперемешку. Тыкаю в кнопку Menu на фоторамке, тыкаю, тыкаю, тыкаю — никакого эффекта. Бьюсь полчаса, но не могу вызвать настройку, только включать-выключать могу. Ну, значит, кнопки не работают, новенькая фоторамка бракованная попалась. Грустно, а что делать? Придётся нести обратно в магазин.

Погрустив и выпил кофе, решаю написать гневный отзыв на сайте производителя. Нахожу там эту модель, любопытства ради тыкаю в FAQ. Первый же вопрос:

Q: Не работают кнопки на фоторамке.

A: Кнопки на самой фоторамке изначально заблокированы, чтобы никто в магазине не стёр поставляющиеся с фоторамкой изображения. Чтобы снять блок, воспользуйтесь пультом, поставляющимся с фоторамкой. Первая же команда, поданная с пульта, разблокирует клавиши.

«Лентяйка» действительно спасла. Теперь фоторамку можно дарить, а мне не помешает освежить в памяти аксиому Кана: «Если ничто другое не помогает, прочтите, наконец, инструкцию!»

Доводили до ума и запускали простенькую систему электронных заказов, стыкующую веб-сайт и 1С. Скрипт на сайте при формировании заказа создавал письмо, которое ловил и обрабатывал скрипт в 1С, создавая соответствующий документ. При тестировании выяснилось, что внешне идентичные автоматическим, но созданные вручную письма скрипт категорически отказывается рассматривать.

Автор скриптов оперативно доступен не был, поэтому начали копать. Дело дошло до пошаговой отладки и попытки понять, почему две строки «Заказ» и «Зaказ» (проверялся заголовок письма, дабы не реагировать на спам) система считает различными.

Выяснили только при побайтном сравнении. В формируемой скриптом строке одна из букв «а» была латинской — по задумке автора скрипта это должно было отсечь спам, в заголовке которого могло случайно оказаться это слово. А ведь не надо было выпендриваться и писать заголовок тестового письма вручную — достаточно было скопировать…

На горячей передовой компьютерных технологий в конце девяностых была BeOS. Операционка была шикарная, работала быстро, выглядела на то время весьма стильно. С точки зрения начинающего программиста её API был гимном простоты, красоты и разумности, в отличие от виндового, с которым мне впоследствии пришлось столкнуться.

Вместе с операционкой поставлялась книга документации этого самого гениального API в HTML-формате — так называемая BeBook. Книга была подробна, грамотно спроектирована, неплохо оформлена и пестрела интересными примерами кода. Вдруг выяснилось, что примеры, приведённые в книге, временами не то что падают с ошибками, но даже и не компилируются. Компилятор ругается на что-то, чего в исходном коде просто нет! Ещё веселее становится, если набрать этот же самый пример вручную: он без проблем компилируется и запускается.

Вдумчивое курение всего, что только можно, подсказало, где собака порылась. BeOS изначально работала в кодировке UTF-8, и в этой же кодировке была написана вся документация. Но поставляющиеся с BeOS шрифты не содержали абсолютно всех прописанных в UTF-8 символов. Так вот, там и сям в BeBook попадались эти самые UTF-символы, которые ничем не отображались, поэтому с точки зрения пользователя в любом вьюере или текстовом редакторе выглядели пустым местом. Но значения-то своего они при этом не теряли! Компилятор, неожиданно натыкаясь на непонятную пакость, считающую себя символом, естественно, начинал безбожно ругаться.

Некомпилирующиеся примеры из официального руководства программиста я никогда не забуду.

У нас в банке шесть лет назад начальник отдела программирования выставил для проверки на пустую дату в платёжных документах 11 ноября 1911 года… Скотина.

А какая-то сволочь, не разобравшись в камментах, три года назад обновила программу и убрала проверку на пустую дату по веку, оставив только по году… Падла.

Вчера у нас был ад и холокост. У тысяч клиентов, решивших отправить платёжки через банк-клиент, программа выдала fatal error и завершилась, а платёж подвис в воздухе. С самого утра телефоны разрывались. Я-то не программист, но я сижу с этими скотами в одной комнате! Так вот, одна из этих сволочей по-быстрому накатала патчик, но не проверила его и воткнула в автообновление для всех клиентов. Патчик при установке вешал программу-сетапер. Начали звонить ещё и те, кто платежей не производил, но решил обновить программу.

Мозг кипит от звонков, начальство периодически заходит и орёт на всех, не разбираясь, программисты или сисопы. В коридоре — толпа клиентов, жаждущих крови. По телефонам уже звонят в соседние отделы, просят принести трубку сюда и ударить ею в голову.

Трижды одиннадцатого трижды проклятые три программиста с интервалом в три года попортили нам тройное количество нервов, а обед задержали на три часа. Кое-кто лишится премии и, возможно, пройдёт сеанс терморектального криптоанализа. Проверяйте свой код, товарищи.

Бросали мы как-то сеть из одной конторы в другую. Расстояние — пара километров, кабель с четырьмя волокнами. Установили медиаконвертеры, кабель закрепили, сели ждать мастеров, чтобы оконцовку сделали.

Приехали эти архаровцы. Сделали всё довольно-таки быстро, SC-коннекторы повесили и, как положено, приклеили бирки с номерами волокон: с одного конца кабеля — 9, 10, 11, 12; с другого — 8, 9, 10, 11.

Мы сидели потом и охреневали. Думали: может, им из счёта удержать сумму на покупку бубна?

Подрабатывал эникейщиком в начале нулевых. Конец рабочего дня, собираюсь домой. Как назло, звонят. Слёзно просят починить компьютер прямо сейчас: бухгалтерии нужно сдавать отчёты. Обещают хорошо заплатить.

— Что случилось?

— Помогите достать дискету из CD-ROM.

— Как это случилось?

— Мы нечаянно.

Коллеги с диким ржачем провожают меня к незадачливым бухгалтерам. Пока добираюсь до места, пытаюсь понять, как можно нечаянно запихнуть дискету в CD-ROM — это же полный идиотизм!

Пришёл, выясняю подробности. Оказывается, хозяйки компа не было на месте, а второму бухгалтеру понадобилось скинуть отчёт на её комп. Злополучный комп собран в корпусе «десктоп» и лежит на тумбе глубоко под столом — заглядывать туда неудобно, света мало. Девушка на ощупь нашла подходящую щель и запихнула туда дискету. Оказалось, нащупала слотовый восьмискоростной Pioneer.

На извлечение дискеты ушло полчаса. Чтобы снять сидюк, пришлось вытащить все потроха: платы расширения, мамку, винт, дисковод. Вытряхнуть дискету даже из снятого сидюка не получилось — пришлось разбирать ещё и его.

Наконец злосчастная дискета у меня. Комп собран обратно, всё работает. Отдаю дискету, собираюсь уходить. Девушка просит меня скинуть-таки злополучный отчёт, чтобы опять чего не напортачить. Не вопрос. Беру дискету, нахожу на ощупь слот дисковода, закидываю дискету… да-да, обратно в сидюк. На этот раз разбирать комп не пришлось — получилось вытрясти.

Не спешите обвинять бухов во всех грехах: иногда даже самая тупая на первый взгляд ситуация такой не является.