Откуда берутся школьные учителя информатики? Дык, ясно откуда. Есть такое понятие: «инициатива наказуема». Приходишь, значит, ты весь такой из себя молодой-энергичный детишек уму-разуму учить, а детишки учиться не хотят — они хотят играть. Кабинет информатики превращается в проходной двор, как детей оттуда ни гоняй, а клавиатуры с мышками мрут как мухи. Другие учителя считают, что «чего тут сложного, кнопки-то нажимать», и искренне удивляются, что не кнопками едиными. Классные руководители приходят замолвить словечко за своих отличников: «Ну как же так, %name% на медаль идет, а вы тут двойку ему/ей выводите». На резонные заявления, что дитё прогуливало 90% уроков, а оставшиеся 10% вопило и топало ногами с заявлениями «да нафига мне ваша информатика», классный руководитель идёт жаловаться завучу или директору, которые тоже начинают вопить и топать ногами...

Полгода-год терпишь, а потом машешь рукой и начинаешь действовать по принципу «моя хата с краю». Вместо обучения программированию — всякие ворды-эксели-пейнты, и те в сокращённом объёме. А в остальное время пусть детишки играют. На просьбы преподавательского состава что-то сделать с их компьютерами прикидываешься дурачком, ибо любая инициатива наказуема, а то потом будут полгода называть тебя за глаза и в глаза некомпетентным идиотом только из-за того, что их ярлык от «Косынки» на рабочем столе оказался не справа, а слева после очередной чистки системы от куч мусора и вирусов. Потом всё это превращается в привычку — а привычка, как известно, страшная сила.

Я до привычки доводить не стал — отработал год, плюнул да ушёл дисками торговать. Там и график свободнее, и зарплата больше.

Попросил меня знакомый выбрать ноутбук для сына девяти лет. При предварительном обсуждении деталей выяснилось, что сын — гений в компах, а бук надо брать по принципу «круче, чем у соседа». Выбрали, привезли, включили. «Вопросы есть?» Да какие вопросы, сынок уже игру устанавливает.

На следующий день зовут проконсультировать по мелочи. Вопросы разные, но это ясно — первый комп. Внезапно вопрос: «А что это за наклейка на днище?» Переворачиваю — наклейка с виндовым лицензионным кодом протёрта до корпуса!

Оказывается, юный гений решил, что там лотерея «сотри и выиграй» с возможностью получить приятный бонус.

Занимаетесь микроконтроллерами или вообще микросхемами в DIP-корпусах? Вашему сыну наверняка понравится «конструктор» из кроваток под микросхемы. Только брать лучше цанговые, у них ножки не острые.

Приходит серьёзного вида мужик в костюме.

— У меня ноутбук не работает.

— Что с ним?

— Ребёнок поиграл.

Ну, думаю, удалил что-нибудь лишнее. Мужик достаёт ноут. Прямо посреди экрана торчит какая-то железная фиговина из комплекта сложного технического конструктора. Верхняя крышка пластикового корпуса пробита насквозь. Более того, когда я взяла в руки больного, поняла, что эта металлическая дрянь, пробив дисплей навылет, укокошила клаву и всё, что было под ней. Короче, неремонтопригодно — разве только винт вытащить. Ковыряю останки и думаю: какой же силы был ребёночек?

Раз уж мы заговорили об утилизации комплектующих...

Не спешите выбрасывать старую проводную мышку! Разрисуйте её фломастером под машинку и отдайте ребёнку — он будет радостно таскать её за провод.

Работаю системным администратором в одном из московских лицеев. Гениальности наших детей позавидует любой вундеркинд.

Вчера приходит ко мне учитель географии и говорит, что у неё начал жутко трещать принтер. Делать нечего — иду разбираться. Вхожу в кабинет, включаю машину. Принтер, обнаружив, что к компьютеру подали питание, начал проводить самодиагностику — треск был слышен в другом конце коридора. Первая мысль — картридж заело. Вытаскиваю, осматриваю, закрываю крышку принтера посмотреть, прекратилось ли. Треск всё тот же. Рука хотела было лезть за отвёрткой, но что-то меня потянуло в лоток для бумаги, где я с удивлением обнаружил пачку тонко и аккуратно сложенных чёрных мешков для мусора, которые успешно намотались на валик, подающий бумагу.

Выяснилось, что вчера в классе после уроков дежурила пара весёлых ребят. С учителем географии у нас была очень интересная дискуссия о том, куда бы направить эту гениальную энергию, пока мы десять минут выковыривали из недр принтера стопку мешков, умудрившихся накрутиться в тридцать оборотов.

Одним холодным зимним вечером приезжаю домой после работы. Младшие сёстры, близняшки-одноклашки, с радостным щебетанием сообщают, что у них сегодня на информатике была тема «Операционная система Windows». На мой вопрос, что же, собственно говоря, такое — эта операционная система, они, ничуть не смутившись, констатировали:

— Операционная система — это специальная программа, работающая под биосом, которая служит для запуска материнской платы для последующей работы с жёстким диском.

Может, выучили плохо или напутали чего? Проглотив стаканчик виски для успокоения, я попросил тетрадку, где это определение было записано под диктовку. Виски я допил весь, пришёл в себя, и с того вечера беседы на компьютерные темы с разъяснением прошедшей темы урока стали для нас абсолютно нормальным занятием.

В начале девяностых поступили к нам в лицей (модная в то время тенденция: лицей заменял последние четыре класса школы) компы. Про вынимание батарейки никто и думать не смел; корпус даже мысли не было разобрать, не говоря уже о том, чтобы туда руками лезть. Компьютер для нас, учеников девятых классов, был этаким цельным агрегатом, на который можно было воздействовать через клавиатуру и мышь (ну, и при помощи пятидюймовых дискет).

Так вот, повадились мы ночью залезать в компьютерный класс и играть там в Golden Axe и SimCity. Находился наш лицей за городом, так что улизнуть компанией из спального корпуса до учебного не было проблемой. Ни о какой сигнализации тогда речь не шла, достать ключ проблемой тоже не стало.

Как только это обнаружили, нас даже не ругали. Для учителя информатики это был проcто очередной вызов. Ответная реакция была простая — на все компы он поставил пароль на загрузку.

Мы, заточенные на то, чтобы решать все вопросы на уровне программ, чуть сразу не сдались. Сначала продумывали вариант подсмотреть или подобрать пароль, даже пытались уговорить информатика, а он только улыбался и предлагал нам подумать и выйти «за пределы коробки» — по его мнению, программно проблема не решалась. Сейчас я понимаю, что он, вероятно, думал о том, что мы начитаемся книг и догадаемся сбросить BIOS выниманием батарейки.

Через пару дней мы решили задачу, при этом оставшись в пределах злосчастной программной «коробки». До сих пор не понимаю, как можно было вообще до такого решения дойти, но факт остаётся фактом. Решение такое: включаем компьютер и начинаем неистово барабанить по клавишам. Минут через десять компьютер задумывался и вместо выдачи запроса на пароль предлагал нажать на кнопку F2 или что-то типа того. После нажатия загрузка продолжалась как ни в чём не бывало, и на экране появлялись горячо любимые синие панели Нортона. Небольшим побочным эффектом при этом было видимое снижение производительности — на каждое нажатие клавиши Нортон реагировал с паузой, — но при запуске игры торможение пропадало.

Задумываясь сейчас, предполагаю, что перегруз буфера клавиатуры каким-то образом сбивал компьютер с толку. Всё хочу как-нибудь с современным BIOS этот финт опробовать, но как вспомню, насколько самозабвенно и быстро нужно было долбить по клавиатуре, желание быстро пропадает.

Первый «Спектрум» родители мне подарили на шестилетие, и с тех пор пошло-поехало. Прогуливание школы сводилось к посещению секции магазина электротоваров, где на огромном столе были разложены аудиокассеты с играми и программами. Ритуальное еженедельное слюнопускание, как ни странно, никак не беспокоило продавцов. Меня в магазине знали; ни у кого не вызывало удивление то, что мелкий пацан консультирует покупателей по поводу приобретения той или иной кассеты.

Там были и книги на компьютерную тематику. Так вот, одна из них буквально изменила мою жизнь. Учебник назывался «Напиши игру сам» и, как вы понимаете, был пособием для начинающего программиста.

В день рождения родители подарили мне эту книгу. Произведение зачитывалось до дыр, перечитывалось и снова зачитывалось. Когда родители хотели меня наказать за что-нибудь, они просто прятали от меня учебник. Да-да, в детстве меня наказывали книгой — вернее, её отсутствием.

Чтобы противостоять предкам, я аккуратно разобрал книжку на много частей. Ту часть, которую я читал в данный момент, я прятал в учебниках. Когда я дочитывал пачку страниц, я находил остаток, вкладывал фрагмент обратно и вынимал следующий.

Конечно, были и другие методы воздействия: отбор провода питания, RGB-провода... Но всё это не шло в сравнение с отсутствием на руках необходимой части книги и присутствием родителей дома, так что я должен был дожидаться их ухода для «замены расходников».

Дело было в далёком прошлом. Рабочую машину с 386SX (с кнопкой Turbo), купленную за 2500 вечнозелёных, отец благополучно утащил домой «поработать», да так и оставил мне на поругание. Приходя из школы, я засаживался за свою любимую Dune 2 (предок C&C, если кто не застал) и не вылезал до позднего вечера.

Естественно, в воспитательных целях родители сперва забирали шнур питания (я за десять минут сделал «дубликат» из старого шнура от лампочки и пары клемм, надеваемых напрямую на штыри в БП), а затем запаролили BIOS. Я опять долго не думал: взял фломастер серого оттенка и на каждой кнопке поставил маленькую точку в центре. После вечерней процедуры набора пароля предком (я считал щелчки и знал количество символов) я с лупой изучил каждую клавишу, записал все смазавшиеся точки и путём перебора узнал пароль. Добыча спайса продолжалась.