Поломался как-то у нас в офисе принтер. Что-то у него внутри переклинило, и он начал бумагу жевать. Покупали аппарат у довольно неплохой фирмы, на сервис-центр которой никто не жаловался. Вызвали ремонтника, сидим, ждём. Девушкам нашим делать нечего, вот они дурью и стали маяться. Закатывают глазки и томно рассказывают друг дружке:

— А вы знаете, мне наш принтер сейчас очень нравится. Страстный такой. Как закусит бумагу — она вся такая томная из него выходит!

— Ага, и струи-то какие на неё пускает — аж мокрая вся!

— Маньячки вы. Мне вот из наших компьютерных прибамбасов антивирус нравится — настоящий защитник, я за ним как за каменной стеной.

Тут дамы замечают, что в дверях стоит мужичок и ошарашенно наблюдает за балаганом. «Вы к кому?» — спрашивают сотрудницы. Мужчина извиняется и говорит:

— Я из сервис-центра. Моя фамилия Касперский. (С обворожительной улыбкой) Эпсон Струйникович...

Случилось как-то мне работать в технической поддержке спутникового интернета. Штука, я вам скажу, не самая лучшая: скорость низкая, пинг отвратительный, установка оборудования бывает проблематична, но иногда это единственный выход для людей, живущих в потаённых уголках нашей страны.

Как раз из такого неведомого места — Долгано-Ненецкого АО — позвонила клиентка с коронной фразой: «У меня интернет не работает». Бабушке, надо сказать, 67 лет. Стала задавать наводящие вопросы: «Значок мигает? Экранчик горит?» Вроде бы всё нормально, везде правильные частоты и символьные скорости, а всё одно: «Не работает». Тут меня посетила гениальная мысль: вероятно, бабуля просто не знает, как «выглядит» интернет. Решила поинтересоваться:

— А для чего вам интернет?

Ответ поразил меня своей глубиной и очарованием:

— А как же! У Павловны-то есть!

В молодости я работал в техподдержке некрупного провайдера, в основном занимавшегося диалапом. В лучших традициях жанра: звонок, беру трубку, милым женский голосок сообщает, что не может подключиться. Проверяю по логам — действительно, подключения не было. Девушка не смогла пройти авторизацию; сверяю пароль по базе — набирает буква в букву. Сорокаминутный разговор по телефону с перебиранием всего, что только возможно, результата не принес, и мне пришлось нанести барышне личный визит.

По приезду оказалось, что в фирме, которая пользуется нашими услугами, взяли на работу новую секретаршу — милое светлоголовое создание с небесной голубизны глазами. Первым делом прошу показать, как проходит подключение. Девушка берется за мышь, щёлкает по ярлычку, и нажимает «Вызов».

Набор номера...

Проверка имени пользователя и пароля...

Регистрация компьютера в сети...

В этот момент блондиночка быстро-быстро кликнула по кнопке «Отмена». На вполне предсказуемый вопрос «Зачем?!» она ответила, похлопав ресницами:

— Понимаете, я посещаю сайты весьма личного и, можно даже сказать, интимного характера, и не хочу, чтобы мой компьютер где-то регистрировался.

Говорите, пользователи не умеют читать, что написано на экране? Умеют... жаль, что не тогда, когда надо.

Мне двадцать, в IT работаю более четырёх лет. Недавно я расстался с девушкой, с которой прожил вместе год. За пять недель «свободы» я починил гору компов симпатичным девушек, но и не думал, что всё так плохо... Вчера одна из них звонит мне:

— Можно я тебя познакомлю с моей сестрой? Она на неделю в нашем городе и хочет увидеть местные достопримечательности.

— В каком это смысле?

— Ну... Она никогда не видела настолько труёвых айтишников.

Сегодня ещё хуже. Цитирую диалог по телефону:

— У меня к тебе предложение. Давай сегодня встретим закат где-нибудь в романтичном месте?

— Странно слышать это от тебя, но я согласен.

— Совсем забыла — не мог бы ты починить мой ноутбук?

У меня почти истерика.

— Я так понимаю, что первое предложение опциональное, а второе обязательное?

— Ну, мне как-то неудобно было предлагать второе без первого...

— Забей, я зайду к тебе сегодня и починю ноут. Не нужно для этого со мной гулять.

— Правда?

— Правда.

— За@#$сь!

У меня сложилось впечатление, что IT — это моя половая ориентация. Видимо, такое впечатление не только у меня, но и у всех моих знакомых девушек. Как так можно жить? Я занимаюсь спортом, не ношу очки, причёсываю волосы и моюсь каждый день. Единственное, что может меня выдать — вечно красные глаза, чашка кофе, сигарета в зубах и тематические футболки...

Как же прекрасны милые дамы, когда их нежные руки находятся подальше от техники!..

Работал я некогда в университете учебным мастером. Однажды вызывают — копир, мол, перестал работать. Я прокрутил в голове все возможные ситуации: кнопочка залипла, провод отошел, бумага кончилась. Собственно, отчасти я оказался прав: бумага и правда закончилась, начались флопики.

В отсеке для бумаги лежала дискета, мешая процессу печати. Логичный вопрос: «Как? Ну как она там могла оказаться?» Секретарша созналась не сразу. Оказалось, что начальник попросил скопировать дискету, а барышня не смогла придумать ничего умнее, нежели положить одну на стекло, а вторую — в отсек для бумаги.

Вчера нашу контору — провинциальное рекламное агентство с широкоформатным плоттером — навестила представитель системы образования, опрятная женщина лет 35–40. Дама принесла на флешке пособие на распечатку: «Мне в кабинет плакат надо, два на метр».

На флешке оказался вирус, с плотоядным писком сожранный «нодом», и многостраничный вордовский документ, в котором и располагался искомый «два на метр». Дотошная женщина в «пейнте» нарезала фотографию кусочками и разместила их в вордовском файле. «Я же, — говорит, — не знала, что можно целое принести!» Очень уж ей было интересно, как мы без швов листы формата A4 склеиваем...

Дело было на первом курсе университета. Проходил у нас тогда практикум по Unix — мы писали скрипты, подключаясь к серверу через PuTTY. Мужская часть группы (12 человек), дружно игнорируя изучение awk и sed, во время практикума играла в Warcraft III.

Курс был интенсивный — четыре первые пары каждый день. Препод приходил лишь раз в неделю и смотрел результаты, что нам было весьма на руку. Сознательных же девчонок очень сильно смущал тот факт, что толпа пацанов с утра до ночи убивает «крипов» и не даёт заниматься самообразованием. Быстро смекнув, во сколько приползают «игрунки», девушки решили приходить в универ пораньше.

Естественно, однажды утром свободных машин нам не досталось. За десять минут был написан скриптик (таким образом, я, кстати получил знания об awk), который вытаскивал с сервера список пользователей и отправлял каждому файл с тысячей пустых строк. Крик, визг из машинного зала — конец всему, что сделано за утро! Прекрасная половина курса отправилась работать домой, а мы спокойно продолжили «творческий процесс».

Попросила меня как-то знакомая глянуть компьютер подруги — общий осмотр провести, вирусы вылечить и диагностировать причину подтормаживаний.

Приезжаю к подруге. Всё, казалось, было в порядке, пока я не прикоснулся к клавиатуре. Судя во всему, клава была давно и основательно залита чем-то сладеньким. Спросите, почему давно? Некоторые клавиши уже не залипали, но намертво застыли на века. Чёрт бы с функциональными клавишами F1 — F12; меня добила кнопка Esc, при нажатии уходившая вниз и остававшаяся в зажатом положении, пока её не выковыряешь чем-нибудь острым. После нескольких таких нажатий я уже ругался трехэтажным матом про себя — наружу проскакивали лишь короткие, хлёсткие восклицания.

Интересуюсь: «Как же ты живёшь с неработающей кнопкой Esc?» Выяснилось, что подруга ей просто не пользуются. Клавиатуру пришлось помыть, комп вылечить от червей и троянов, а девушка получила от меня прозвище «безотказная».

В самом начале трудового пути я работала администратором в универском компьютерном клубе. Не сисадмин, а, так сказать, «рулевой» — с клиентами общаться, за компьютеры их пускать, деньги собирать — словом, сугубо организационная мелочь. В какой-то момент творившаяся в заведении разруха всех окончательно достала, виноватые головы были уволены, а я привела двух новых сисадминов. Они переустановили сервак, построили нормальную сетку, поставили пару «клубных» софтин, чтобы нас же самих не обманывали, и Remote Administrator за компанию, чтобы разделываться с жуликами.

Итак, поздний вечер, 31 октября, Хеллоуин. За 15 минут до конца рабочего дня заваливаются две (извините уж за неполиткорректность) блондинки:

— Нам в интернет!

Угу, «вконтактик» давно не смотрели, ясно. Через две минуты истеричный вопль: «Компьютер не работает!» Зашла, глянула тихонько — всё в норме. Спрашиваю, в чем дело. «Не работает, и всё». Ладно, клиент всегда прав — пересаживаю их за другой комп. Опять истерика — они, дескать, работать не могут.

— В чём дело?

— (c глазами, полными суеверного ужаса) У вас компьютеры на английском!

— Эмм, да, английский Windows. Другого нет.

Вижу желание уйти и хлопнуть дверью, но «вконтактик» дороже.

— И у нас интернет не работает.

Да что ж за нафиг — работает там всё! Я, конечно, догадалась, что их напугала оболочка с ярлыками «Мой компьютер», «Мои документы» и «Internet Explorer». Угадала правильно, они искали «Оперу» и не нашли её, но меня это уже стало утомлять. Объяснила им, что IE — тоже браузер, через него «вконтактик» тоже работает. Ушла к себе грызть столешницу — бесят! До конца рабочего дня 10 минут, а они там на час, не меньше.

Вспоминаю про RAdmin. Сейчас уже не помню, что конкретно я с ними проделывала, но ужас и непонимание в их глазах были бесценны. Очень вовремя зашел один знакомый сисадмин, я его послала девочкам «на помощь», а сама продолжила развлекаться — думала, что тот поймет и подыграет. Повыводила веселеньких модальных окон с добрыми сообщениями в духе хеллоуина; через пять минут девки выходят ко мне с виноватым видом, суют деньги за интернет (там за трафик набежало где-то рубля два) и быстро-быстро делают ноги. Админ подсаживается, смотрит на меня виновато и говорит: «Они тебе какой-то вирус посадили...»

Ага, и я даже знаю, как этот вирус зовут. Зато с работы ушла вовремя. Коварная, бессердечная!

Сижу как-то на работе, админю потихоньку. Звонит мне друг, начальник сервисного отдела другой фирмы: «Слушай, ты же в железе хорошо разбираешься?» Отвечаю положительно и думаю, что же такое случилась, что он сам решить не смог?

Оказалось, всем сервисным отделом ребята разгадывали сканворд и застряли на вопросе «Материнская плата». Восемь букв, в конце «Ы» — не догадался никто. По тревоге подняли отдел продаж, пересмотрели все прайсы, перелопатили старые мамки на складе — ничего не подходит.

После звонка друга работа встала и в нашей фирме. В инете перерыли, пожалуй, все модели материнок на все платформы, что смогли найти — глухо. Терзания прекратила блондинка-секретарша:

— Ну вы и тормоза, мальчики! Материнская плата — это алименты.