Захотело руководство сети магазинов получать статистику посещения не «пальцем в небо, сколько охранник насчитал», а доверить дело автоматике. В итоге после изучения рынка было решено поддержать отечественного производителя счётчиков с интерфейсом LAN. Взяли пару экземпляров на пробу, установили, протестировали. Были небольшие проблемы, но особо не беспокоили. Подписали договор не на одну тысячу убитых зверушек, заказали партию счётчиков. Установили по фэн-шую, подключили, попытались собирать статистику.

Первые несколько дней всё шло замечательно. Затем отвалился один объект. Перезагрузка счётчика дала результат — хорошо, танцуем дальше. Ещё пара дней. Снова нет данных с объекта. Беда-беда-печалька, висим. На этот раз перезагрузка положение не спасла. Счётчик доставили в центральный офис, прямое подключение по USB показало на флешке, где должны храниться данные, невнятные огрызки файлов.

Сброс настроек, установка на стенде. Два дня — сбой. Примерно в это же время та же проблема проявилась ещё на одной площадке. Гарантийный сервис. Без вопросов заменили на новый, что обрадовало, но несколько насторожило.

Прошел месяц. Более 70% площадок имеют проблемы с регулярным зависанием счётчиков. Ради интереса вскрыли один, наплевав на гарантию. Машу ж вать, товарищи отечественные производители… Пайка микросхем — на уровне. Сразу видна «рука» автомата или профессионала. Но остальное — сделайте меня развидеть. Криво, неаккуратно, кое-где пайка держится буквально на честном слове. И апофеоз зрелища — адовые залежи флюса. То ли лень было промывать после пайки, то ли в ПТУ не рассказали, что остатки флюса обязательно надо смывать, так как их наличие может привести к коррозии и нарушению контакта.

В общем, после увиденного желание работать с этим поставщиком отпало напрочь. В следующий раз наша компания поддержит отечественного производителя только тогда, когда он начнёт выпускать действительно что-то качественное, а не «пусть говно, зато своё».

Ничего нового, говорите? Сисадминству можно научиться вслепую, а другим профессиям нет? Видимо, вы представляете себе работу сисадмина в госорганизации — стоячем болоте, в котором не меняется ничего. Я работаю сисадмином не самой крупной и фешенебельной гостиницы, и могу совершенно точно утверждать, что вы в корне неправы.

С начала года сделано несколько миллионов коммитов сообществом, сменились минорные (а в некоторых случаях и мажорные) номера версий тысяч программ. Появились две новых графических архитектуры и одна процессорная — и это крохотная часть свершившегося за полтора квартала. Мир IT стремительно растёт и развивается — глаз не в силах уследить за происходящим. У меня множество планов в IT, которые займут меня целиком и полностью на ближайшие полгода, а там подоспеют новые приложения, новые задачи и новые технологии. О каком застое может идти речь?

В то же время уже устоявшиеся и стабильные технологии и системы преподносят новые сюрпризы. Вот, например, недавно CryptoProCSP (провайдер шифрования для сдачи отчётности) вдруг стал долго, минут по десять, выполнять операции. Танцы с бубном вокруг системных файлов и винды не дали ничего, но оказалось, что так затуплять он начинает только при наличии подключения к сети. И вот скажите мне, какие принципиальные схемы и исходные коды могли бы подсказать, что дело в неправильном DNS-ответе от контроллера домена?

Обучение сисадминству — это одна из немногих областей, в которых вузы бессмысленны. Это не геология, в которой нового слова может не быть ещё лет пятьдесят. Пока учебники пройдут цикл от идеи до внедрения, их содержимое станет интересно лишь нёрдам.

Изучить же любой предмет можно и вне стен вуза. Но в университетах есть практика. Если вы геолог, вас пошлют пощупать своими руками, как там оно, потому как в городе геолог бесполезен. Если вы врач — будете проходить практику (да и вообще проводить немало времени) в больнице. Сисадмин же где завёл виртуалку, там ему и практика. Он всегда найдёт, чем заняться.

А вообще же работа сисадмина похожа на работу доктора Конвея из «Космического госпиталя»: в кратчайшие сроки предстоит излечить инопланетянина, который уже практически подох, причём он в таком состоянии неизвестно сколько. И не всегда, оказывается, стоит лечить — иногда пациенты оказываются совершенно здоровы.

Если у вас всё стандартно, привычно и обыденно и вам ну совсем нечего на работе делать, может, вы не тем занимаетесь, а предприятию совершенно не нужен сисадмин на полную ставку там, где хватит эникейщика?

Сотрудник IT-отдела, выйдя за проходную, сразу телепортируется домой, чтобы срочно решить все ваши проблемы, о которых вы стеснялись сообщить до 17:00.

Дом айтишника — это роскошный дворец со слугами, которые убирают дворец, кормят айтишника и всех членов его семьи, включая кота.

В этом роскошном дворце даже у слуг по пять ноутбуков на брата, поэтому айтишник в любой момент может найти свободный компьютер, чтоб срочно спасти мир.

Спать айтишнику не нужно. Его место возле компа. Именно там он всю ночь ждёт вашего звонка. И если вы не позвоните ему в четыре утра, он просто зря потратит время в пустом ожидании.

Выходные айтишнику тоже не нужны. Он обязан учитывать, что вы работаете по графику 3/3. Суббота с воскресеньем — это не повод отлынивать от работы.

В кино эти люди тоже не должны ходить — на компьютере показывают всё, что угодно. А с друзьями ему можно общаться по скайпу, но только, конечно, после того, как он поможет вам решить ваши проблемы.

И самое главное: слова «бизнес-аналитик» вообще ничего не значат, кроме того, что это айтишник и есть. А раз айтишник, то: «Алё, у меня в терминале принтера нет, со вчерашнего дня не могу ничего напечатать…»

В основе Google Android лежит Linux — это знают все. Это значит, что и мороки с ним бывает порой столько же. Вот и сейчас перелопатил кучу мануалов из-за своей невнимательности.

Переименовал папку с бэкапами системы, чтобы по ошибке потом вместо одного не восстановить другое. Потом думаю: а верну-ка я пока на свой Galaxy Ace эту альфа-версию CyanogenMod 9 (Android 4.0.4), поковыряюсь в новой «мороженке» от Гугла!

Не тут-то было: перезагрузив телефон, войдя в Recovery и сделав вайп данных на всякий пожарный, я обнаружил, что при попытке восстановить образ мне поступает жалоба на несоответствие хэшей MD5. У меня аж мороз по коже: неужели похерился? Ладно, вернём хотя бы старую инфу, а то после вайпа ставить все программы заново неохота. Выбираю бэкап CyanogenMod 7 (Android 2.3.7) — и у него та же ошибка. Тут мозг зашевелился и выдал мысль: если хэши не совпадают, значит, в файле, что лежит с архивами, зашифрованы пути. Ну и хорошо — по-быстрому гуглю онлайн-генератор хэшей, ввожу путь до бэкапа в обычном формате (/sdcard/…/data.ext4.tar), копирую в nandroid. Считаю md5 от полученных значений, сохраняю, пробую. С замиранием сердца смотрю, как телефон, проверяя хэш, долго сверяет его. «Съел! Сейчас пойдёт!» — уж было обрадовался я, но телефон огорчил меня, выплюнув ту же ошибку.

Ладно, если нельзя справиться с хэшем, значит, нужно искать другой путь восстановить информацию, ведь трафик тратить и заново настраивать телефон в два часа ночи очень неохота. Ведь можно создать зип-файл в виде обновления системы и залить его как это самое обновление. Только зип-то Андроиду не простой нужен, а подписанный, с сертификатами и manifest.mf — привет, Java!

Гуглю мануал по созданию такого архива. Пишу скрипт установки, создаю сертификат и ключ, запаковываю в архив и подписываю. Устанавливаю — и робот версии 2.3.7 шлёт меня лесом за то, что скрипт написан языком, который со времён версии 1.5 уже не использует. Ищу мануал, как переписать под 1.5+, нахожу, переписываю, перезапаковываю, переподписываю, снова пробую. «Еrror in update.zip (status 6)». Что теперь-то не так? Гуглю — либо что-то недописано в скрипте, либо кодировку такую Андроид не ест. Ага, ANSI-то не ест. Перепроверяю — вплоть до буквы всё верно, а не работает. Что, простите? Цитирую: «Note: you should add one extra line at the end of the file». Да, без лишней пустой строки скрипт не хочет запускаться.

Добавляю, провожу все операции снова — и опять, но на сей раз жалоба на update-binary. Ищу, как бороться с этим, и натыкаюсь на совет по перезагрузке Recovery. Пробую — и снова попадаю на ошибку «status 6». По запарке вместо пункта Install нажимаю Backup и наблюдаю, как радостно бегут буковки и прогресс-бар по маленькому экрану смартфона. Отменить процесс нельзя, поэтому, дождавшись завершения, решаю попробовать снова. Вновь подключение карты памяти к компьютеру и внезапное озарение экрана окном о том, что карту не помешало бы проверить на ошибки. Даю «окошкам» добро, жду окончания процесса и отключаю карту, пробую снова, возлагая на это одну из последних надежд, так как два часа плясок с бубном, скриптами и сертификатами на одном месте измотали очень сильно.

В конце концов я плюнул и просто прошил снова, устанавливая всё как обычно. Хоть и потерял многое, но запомнил снова забытое ранее правило: «Работает — не трогай!»

Когда мне было где-то 14, а товарищам, которые учили меня пить и курить, по 17, у одного из них появился персональный компьютер. В 1994 году в маленьком городке это было похоже на появление первых самоходных автомашин в эпоху конной тяги: всем казалось диким и не очень-то нужным. Однако товарищ по имени Саша, ученик ближайшего ПТУ, общего мнения не разделял. Компьютер ему подарил дядя.

ЭВМ в то время в основном собирали своими руками. Сашин ZX Spectrum обладал многими полезными свойствами.

Во-первых, стальной пуленепробиваемый корпус (ещё не всё тогда делали из пластмассы) — им можно было забить гвоздь или проломить чей-то череп.

На второе — одинаковые чёрные кнопки без наклеек. Они позволяли освоить слепую печать — какой смысл смотреть на клавиатуру, если она чиста, как целинные земли восточного Казахстана?

И третье — металлические пластины в качестве амортизаторов под клавишами. После там стали ставить пружинки, ещё позже — резиновые прокладочки, но тут стояли практически автомобильные рессоры. Легче всего было нажимать кнопки молотком, но тогда терялась скорость набора. Саша же очень быстро набирал программы, попутно тренируя мышцы рук, память и порождая смуту в юных неокрепших умах типа моего.

Когда Александр уставал, он сползал со стула, падал на пол и с полсотни раз отжимался на пальцах, как космонавты лезут на тренажёры во время длительного пребывания в невесомости, дабы не атрофироваться всеми частями тела, кроме жевательных мышц. Застоявшиеся суставы хрустели так громко и часто, что мне казалось, будто Санёк бьёт чечётку, аккомпанируя себе кастаньетами. Смешным это казалось почему-то только мне.

Уже после года программирования Саша с лёгкостью гнул пальцами гвозди. Глядя на сильного и умного старшего товарища, я и решил стать программистом.

Работа системного администратора, конечно, сложнее работы уборщицы. Надо помнить возможности и интерфейс нескольких десятков программ, знать матчасть и уметь её немного ремонтировать. Но всё это не предполагает существенного напряжения межеушного нервного узла. Что подтверждается известным фактом: всему этому можно самостоятельно выучиться, и выучиться хорошо.

А вот настоящей профессии самостоятельно выучиться не получится. Возьмём, например, геолога. Сколько там у нас минералов, которые нужно знать в лицо? Тысячи их. Сколько методов исследования, в которых надо разбираться и по возможности уметь применять? Десятки. А ещё объём необходимых для работы данных включает карту мира с месторождениями, формациями, рельефом, которую надо держать в голове. И самое главное — набор теорий и гипотез (зачастую противоречивых), увязывающий все эти данные и дающий возможность найти новое.

Найти новое. Вот то, что есть в некоторых других профессиях и чего нет в администрировании.

Любая (недокументированная) стабильная возможность программы или устройства имеет свою причину, от бага разработчика чипа до закладки в коде, и может быть выявлена простым анализом имеющегося. Да, перелопатить код Винды в поисках закладок весьма затруднительно, но возможно. Да, схема процессора является коммерческой тайной, но она существует.

А вот алмазы могут встречаться поблизости от пиропов, но не обязательно. Всякие случаи бывают, надо смотреть по месту, ибо схемы, кода или мануала нет и быть не может. Новую схему ухода от налогов можно придумать, но для этого надо не только постоянно читать изменяющееся законодательство, но и знать, как именно трактуют его местные налоговики в тех или иных случаях. Аппендикс можно удалить удачно, но у пациента может вылезти нетипичная реакция на наркоз или обнаружиться опухоль вместо воспалённого отростка.

Тут есть бесконечность выбора вариантов, которую обеспечивает природа или человек, имеющий власть. Причем эту бесконечность вариантов нельзя убрать путём установки безглючной версии, замены бракованной микрухи или добычи мануала. И эта бесконечность выбора даёт возможность придумать и сделать (найти) то, что никто ранее не делал и даже не мог подумать об этом.

Однако всё это новое возможно только тогда, когда есть стабильный фундамент. Без работы по поддержанию (и наведению) порядка никакое «делание нового» невозможно. Какая новая программа, если сеть глючит и нет связи с другими разработчиками? «Хеллоу ворлд». Какой геолог без молотка, вертолёта, кучи справочников и тех же программ вкупе с дорогостоящим высокотехнологичным оборудованием для физических методов разведки? Бродяга с лозой. Какой бухгалтер без компа известно с чем? Кассир на рынке. Какая операция без асептики? 10% выживаемости пациентов.

Поэтому профессия администратора существенно нужна и важна. Но есть нюанс…

Пришло задание проверить на устойчивость и неповалимость свеженаписанный сервер.

Сперва попробовал типичный DDoS. Десять компов завалили линию на 1 Гб/с запросами, ещё один вёл работу. Всё время вёл, по отдельной сетевой. Сервак справился.

Попробовал пошалить с буферами — отправлять слишком длинные запросы. Сервак проглотил запросы на гигабайт и не поперхнулся.

Попытался пройти без авторизации — сервер на фиг послал. Ладно, думаю, будем ломать.

Написал простой прокси-сниффер, сохраняющий всю историю запросов-ответов. Посмотрел, что шлётся. Много-много повтыкал в экран, понял, по какому принципу формируются коды запросов, и написал клиент, который будет слать нестандартные коды. И — хопа! — сервак помахал ручкой и выключился.

Довольный, иду к разрабам, говорю:

— Вот по этому коду сервер ложится.

Программист смотрит на хексы, совершает перевод в инты, смотрит на другую бумажку:

— Слушай, это код выключения сервера. Доступен только для админа и только внутри нашей локалки. Давай мы тебя в

правах понизим, а?

Сегодня увидел кофейный автомат, на купюроприёмник которого какой-то шутник налепил наклейку «Скиммер». И хотя по логике легко догадаться, что ставить скиммер на кофейный автомат никто не будет (смысл?), пользоваться им люди почему-то боялись.

Захотелось как-то нашим доблестным безопасникам почитать электронную почту некоторых пользователей. После пары дней различных согласований пришлось мне устроить некрасивую схему: почта стала отсылаться и юзеру, и на ящик безопасников.

Ничто не выдавало русских разведчиков, кроме уведомлений о прочтении, автоматом отправлявшихся их Аутлуком.

Конец восьмидесятых. Не так давно купили японский телевизор «Хитачи», все его возможности изучить ещё не успели. Смотрю «Спокойной ночи, малыши». На экране Цап-Царапыч говорит ведущей:

— А знаете, я ведь тоже волшебник. Могу сделать вот так: муррр, — и машет лапой.

Экран гаснет, телевизор переходит в дежурный режим. Ну, думаю, до чего японская техника дошла! И, главное, наше телевидение уже освоить успело.

Пробую включить телевизор. Не включается. С кухни возвращаются родители. У них тоже не получается. Я им сбивчиво рассказываю, в чём дело…

Назавтра в мастерской объяснили, что у этой модели очень часто горят транзисторы в высоковольтном блоке. Но как совпало!