Учусь в институте на програмиста. Моя мама — типичная домохозяйка, компьютером пользуется для посещения «Одноклассников» и женских форумов, а Firefox от «осла» отличает только по отключённым в первом изображениям.

Решил я приобщиться к сообществу дворферов. Скачал 2D-версию без всяких наворотов, разбираюсь, что к чему. В комнату заходит полить цветы мама, проходит мимо меня, обращает внимание на экран и говорит:

— Ты сегодня крепости строишь? Дерева на складе маловато.

Минуту просидел в кресле без движения, потом выключил свой ПК и пошёл покурить и обдумать всё на балкон.

На тестирование нам прислали коммутатор ZyXEL — какой-то очень дорогой и классный. Прислали где-то полгода назад; все уже думали, что про него забыли, и установили в серверную. Тут производитель об устройстве вспомнил и попросил вернуть.

Начали упаковывать для отправки — нет подходящей коробки. А внизу в здании какая-то фирма медицинская. Пошли к ним коробку просить. Точь-в-точь подошла упаковка от презервативов «Контекс». Интересно, что о нас подумают?

Учились мы с другом в одном московском вузе на факультете автоматики и вычислительной техники. Разумеется, наши друзья-подруги с других факультетов нередко просили помочь в написании какого-нибудь типового курсача в рамках своего урезанного курса программирования. Так случилось и в тот раз.

Сидим, пьём пиво. Прибегает наша знакомая первокурсница: «Ой, помогите программку на Паскале написать». Друг мой смотрит на задачу, презрительно фыркает и быстренько на тетрадном листочке строчит код. Радостная девочка убегает. Возвращается через полчаса, расстроенная. Говорит, не приняли: сказали, нерабочий код. Мой друг вскакивает с видом оскорблённого в лучших чувствах человека:

— Что-о-о? Как это нерабочий? А ну, пошли-ка к твоей преподше! — и уводит вяло сопротивляющуюся первокурсницу в корпус.

Через двадцать минут возвращаются. Первокурсница взахлёб рассказывает, как мой друг живо и эмоционально, не обращая внимания на присутствие группы перваков, в течение десяти минут объяснял преподше, кто из них разбирается в программировании, а кто — нет. В итоге девочка получила зачёт, мой друг — моральное удовлетворение и два литра пива, а преподша стала менее категорична в суждениях.

Вот такой был у меня друг. Светлая ему память.

Волна экономии бумаги докатилась и до нашей тмутаракани — как обычно, в особо идиотской форме. Первые попытки мы на тормозах спустили, но теперь управление категорически отказывается принимать докладные, служебные и прочие внутренние документы не на «повторных» листах. Нелегко пришлось!

Дело даже не в том, что печатаем мы в основном многостраничные инструкции с двух сторон, поэтому черновиков практически не бывает. Эту проблемы мы быстро решили, перенастроив один из принтеров на печать «черновиков»: пару сотен инструкций в одностороннем режиме распечатали на дефектном картридже. Главная беда, что служебную документацию мы шлём в основном по факсу и e-mail — приходится в доказательство экономии слать и оборотный лист тоже.

В девяностых стоял у меня старенький «роботикс» на 24 Кбит/с. Каждую ночь, когда все ложились спать, а интернет только начинал жить (напомню школьникам: интернет ночью был раз в пять дешевле, а то и во все десять), я начинал ночные ритуалы по приведению модема в коннектируемое состояние.

Кто помнит, в то время были в ходу декадно-шаговые АТС и спаренные линии на блокираторе. Дозвон до провайдера был для моего старенького модема задачей почти непосильной. За долгие годы работы с этим чудом я научился на слух определять, что он сейчас делает и ловит ли коннект. Но вот однажды через динамики модема пошёл совсем уж странный звук:

— Пи... Пи... Пи... Пи... Алло, б#я!

— Крр-трр-ррр... — ответил модем.

— Б#я! Алло!

— Крр-трр-ррр...

— Б#я, ты чё, нах!

Я быстро нажал отбой и посмотрел с ужасом на часы: четыре ночи. Поднапрягся, прочувствовал муки совести, но страстное желание интернета не давало покоя. Я повторил процедуру. Модем выдал опять знакомый голос, теперь уже с более нецензурными выражениями. Стоит сказать, что номер провайдера был правильным. После нескольких стандартных процедур по приведению модема в рабочее состояние (отключение, подключение, смена номера, охлаждение в морозильнике) к сети я всё-таки подрубился.

В течение долгих восьми лет мой модем не раз пытался приконнектится к другим мужикам, женщинам, бабушкам, дедушкам и детям. И ко мне порой дозванивались модемы и факсы, но уже имея столь серьёзную подготовку, я всегда отвечал им:

— Крр-ррр-и-и-и...

И часто слышал в ответ благодарное:

— Ррр-ррр-и-и-и...

Зашёл на днях в компьютерный отдел — нужно было купить пару коннекторов для подруги. Доблестные работники местного провайдера берут за каждый переобжим кабеля 200 рублей и каждый раз обжимают настолько старательно, что оболочка в защёлку коннектора не попадает. Первым же неловким движением коннектор отрывается. А что — нужно же как-то на жизнь зарабатывать!

— Дайте, пожалуйста, пару коннекторов RJ-45.

— А вам зачем?

— Два. Коннектора.

— Нет, ну зачем они вам?

Один продавец подаёт, второй презрительно на меня смотрит. Подкидывая благополучно добытые коннекторы на ладони, пытаюсь обратить дурацкий разговор в шутку:

— А и вправду, парни, на хрена они мне нужны?

Второй продавец первому, с нотками холодного презрения:

— %name%, покажи ему патч-корд, пускай посмотрит, зачем они нужны.

Потеряв дар речи, я ушёл.

Когда я был ещё недостаточно ленивым, обслуживал несколько учебных компьютерных классов в одном учреждении дополнительного образования. Ученики обладали шаловливыми ручками и достаточными знаниями, чтобы регулярно разваливать систему. То, что не разваливалось, захламлялось игрушками, заставками и музыкой. Искать по диску запрятанные игрушки оказалось делом неблагодарным и длительным — проще было форматнуть винт.

В общем, систему и весь софт приходилось переустанавливать с завидной регулярностью. Через некоторое время была выработана чёткая тактика переустановки для каждого кабинета (десять машин вдоль трёх стен):

1. Садимся на катающийся стул у первого компа.

2. Запускаем нужное действие (форматирование, установку, копирование) или вводим нужные данные (серийники, региональные установки).

3. Если установка не завершена, перекатываемся к следующему компу и переходим к пункту 2.

4. Встаём со стула, идём в следующий кабинет.

Со стороны занятно выглядит админ, нарезающий круги по кабинету и быстро тыкающий в клаву. Зато такой метод позволял затрачивать на переустановку десять машин всего в два раза больше времени, чем на переустановку одной.

Позже мне выделили отдельное рабочее место. Я обленился, понаписал кучу мелких скриптов, понаделал образов с чистых систем и основную часть работы проделывал, не вставая со стула — уже без колёсиков.

Иду сегодня через двор, прохожу мимо подъезда, у которого стоят мальчик и девочка лет семи.

— Нет такого слова: «дискета».

— А я говорю, есть.

— Нету такого слова!

— Есть! Если не веришь, иди у бабушки спроси.

А я надеялся, что времена, когда дети не будут знать про дискеты, ещё не скоро наступят.

Вот все говорят про соперничество пингвиньих и форточных, а в моём ноутбуке они живут в согласии. Стоит у меня Убунту 9.04, а под виртуалкой крутится винда-2000.

На Новый 2010 год друг подарил мне полосатый модем, который в Убунте мне завести не удалось. Скрестив через виртуальную сеть винду и линукс, через три часа шаманских танцев вокруг бубна удалось устроить комфортную работу в инете в тех местах, где нет обычной витухи или «вафли».

Войны, противостояния, борьба — я забыл об этих проблемах. Целая винда используется только для одной цели: звонит провайдеру.

Работаю техником оборудования связи в большой-пребольшой фирме, в числе кучи телекоммуникационных услуг предоставляющей выделенку. Чудеса наблюдаю ежедневно.

Прихожу на заявку: не работает интернет. Вынимаю из ноута абонента кабель, вижу прокусы и отметины зубов по меньшей мере в восьми местах. Подходит бабушка-одуванчик, видимо, мать абонента.

— Скажите, у вас животные дома есть?

— Чаво? Какие?

— Животные домашние есть?

— Животные-то... Животных-то нет, только кролик.

Медленно офигевая, обрезаю поврежденный кусок кабеля, обжимаю коннектор, втыкаю в ноут под Вистой — VPN заводится.

В комнату входит большая чёрная собака. Ощутив в полной мере разрыв мозга, удяляюсь на следующую заявку.