Подключал юзера на чердаке. На мне были рваные джинсы — одна штанина почти что отвалилась. Цепляюсь за торчащую арматуру, и штаны превращаются в неэлегантные полушорты. Начинаю думать, как пришить штанину и чем, чтобы хоть как-то до дома доковылять, не позорясь.

Пошёл искать витуху — как назло, ни одного лишнего кусочка на весь чердак. Открываю ящик с оборудованием, а там приход на свитч с запасом оставили. Ну, думаю, отрежу кусок, переобожму и вставлю обратно. Отрезаю — тут же звонит админ:

— У тебя случайно приход не вывалился? У всего дома инета нет.

— Не вывалился, я его отрезал, чтобы штанину подлатать...

Не поверите: в этот момент садится батарейка на телефоне. Представьте, какой поток мыслей и вариантов генерировался у начальства, пока я шёл до офиса! Зашёл в контору с примотанной витухой штаниной — офис переместился под столы. Столько шуток в свой адрес я ни разу не слышал. Предложили даже открыть креативный пошив одежды с применением сетевого оборудования.

Математический факультет, суббота, 16 часов, курсы для школьников в компьютерном классе. Толпа детей лет десяти и их преподаватель, невысокая девушка. К потолку прикручен проектор, да вот незадача — лентяйка утеряна. Коллега просит меня найти какого-нибудь высокого мальчика (я хоть её и повыше, но тоже не достану). Иду смотреть, но кого ж можно найти в такое время? Как назло, попадаются только невысокие — возвращаюсь ни с чем. Преподаватель припахала ещё одну коллегу, девушку модельного роста. Та залезла на стремянку, но кнопок у проектора не видно, а на ощупь их найти тоже не получается. Я смотрю на них, вижу, что проектор расположен немного под углом, и у меня возникает идея...

Через пару минут в аудиторию заходит наша студентка и начинает истерически ржать. Действительно, было с чего! Посреди аудитории под проектором на стремянке в туфлях на восьмисантиметровом каблуке балансирует М. Н. и пытается нащупать кнопку включения. Около экрана на стуле стою я и управляю действиями: «М. Н., пять сантиметров левее, теперь один правее...» Внизу бегает преподаватель курсов и радостно кричит: «Ура! Он работает!»

Мы все закончили матфак, все по образованию математики-программисты. Мы много чего знаем, но главное всё-таки в том, что мы умеем находить выходы из сложных ситуаций.

Года полтора назад я перешёл на хакинтош. Стоял комп у меня в комнате и работал каждый день с семи утра до двух ночи. Месяц назад я затеял ремонт и перенёс комп на лоджию — там и прохладней, и не мешает, и курить можно, не отходя от кассы. На ночь выключать комп я перестал. А зачем? Мне его не слышно, да и торрентов больше скачает и раздаст.

Спустя три недели постоянной работы решил я пожалеть хакинтош и дать ему отдых, но не тут-то было. Выбираю в меню «Выключить» — попадаю обратно на рабочий стол. Завершаю все программы вручную — то же самое. Перезапустил Finder — результат нулевой. Система напрочь отказывалась вырубаться! Решение было одно: отправил машину в ребут и в нужный момент просто отрубил питание. Со стороны выглядело это так:

— Иди спать!

— Не, ты что, тут самое оно, работать буду. И не проси даже — сна ни в одном глазу.

— Перегрузись хоть, перекури.

— Ну ладно...

И только мак-трудоголик делает первую затяжку, как я его сзади транквилизатором — бам! Всё, родной, я сказал, спать!

Живу в славном городе Питере, занимаюсь разработкой софта для систем удалённого присутствия. Только что сдал решение для внутрикорпоративного общения одной немаленькой зарубежной фирме. Заказчик поставил одно условие: готовый софт должен в 720p отдавать несколько потоков прямо от меня, причём две недели, без обедов и выходных. Требование, конечно, странное, но хозяин — барин, и деньги на кону стоят весьма и весьма внушительные.

Когда контракт ещё только подписывался, я от греха подальше подключил себе чуть ли не всех провайдеров, которые есть у нас в доме: «Б***», «И***» и «Ц***». Завёл от каждого из них кабель в квартиру, подключил к отдельному роутеру и прицепил к отдельной сетевой плате рабочего компьютера.

Наконец наступила пора тестирования готовой софтины. Проверил скрипты, переключающие активный сетевой интерфейс, убедился, что работают упсы, и отбыл на дачу — впереди две недели отдыха и месяц беспробудного кутежа, как только тест закончится триумфом. Несколько раз в день мониторю ситуацию по SSH, наслаждаюсь видом гуя работающей софтины по VNC и вовсю предвкушаю заслуженную оплату труда.

Ага, допредвкушался. Три дня до окончания тестового пробега. Звонит из своей буржуинской страны, где на тот момент рабочий день уже успел кончиться, заказчик и задаёт сакраментальный вопрос, как, мол, так: никакого трафика от меня нет уже часа три, на письма я не отвечаю, а скайпы и джабберы отключены?

Я в шоке. Пытаюсь по привычке через GPRS стукнуться к себе домой по SSH... и не могу. Звоню соседу, спрашиваю, не вламывались ли ко мне грабители, и не заливало ли наш этаж по колено? «Нет, — отвечает Андрюха, — не было ничего такого».

Прыгаю в машину, мчусь в город. По приезде обнаруживаю, что у всех провайдеров лежит сеть. У всех. У «Б***» лежит, у «И***» лежит и у «Ц***» — тоже. Понимаю, что кто-то доблестный порезал всю имеющуюся в доме оптику.

Отзваниваюсь представителю заказчика, ввожу в курс дела, с грехом пополам объясняю ситуацию и отсылаю через 3G логи роутеров, дабы убедить в своей кристальной честности (после фразы «не работает ни один провайдер» в голосе буржуя послышалось явное недоверие). Поупражнявшись в дипломатии, перехожу к следующему этапу: звоню в саппорт просить выслать монтажников. Девочки (и один мальчик) из служб поддержки идеально вежливы, принимают информацию, подтверждают «наличие проблем со связью» и обещают возвращение сети в течение ближайших двух-трёх дней.

Снова звоню заказчику и читаю ему лекцию на тему оперативности местных деятелей связи, попутно пытаясь посчитать, сколько тысяч денег мне придётся заплатить за двухчасовой диалог с далёким заокеанским забугорьем. На исходе второго часа разговора буржуин неожиданно сменяет гнев на милость и начинает объяснять мне, что не всё так страшно, как я описываю. Подозревая, что софт так и не примут, и заказчик пытается подготовить меня к этой радостной новости, по десятому разу кручу пластинку про бесчеловечное отношение к нам, простым абонентам, со стороны провайдеров — и получаю ответ, что связь уже минут пятнадцать как есть. Офигевший, вешаю трубку и иду искать спасителя моего контракта.

Нет, им не оказался соседский вайфай или 3G-свисток — просто у «Ц***» два-три дня на восстановление связи странным образом сократились до двух-трёх часов. Ещё через час вернулся в строй «Б***», а через два — «И***».

Иногда то, что говорят саппорты, нужно делить не на два, а на двадцать четыре.

Мой старший брат — компьютерщик со стажем. Несколько лет назад он понял, что старые системники — это великолепные табуретки или тумбочки.

На днях прихожу в гости к маме и вижу у неё на открытом балконе системник, служащий подставкой для большого фикуса. Глянув внутрь сквозь проёмы на задней стенке, вижу, что блок не пустой. Стало чертовски интересно, что внутри и будет ли это работать после двух зимовок на улице. Закручено всё было на совесть, поэтому пришлось поработать отвёрткой. Вскрытие системника явило миру:

— материнскую плату — одну штуку;

— видеокарту, которую с одной стороны подпирала зажигалка — одну штуку;

— пыль и тополиный пух — несколько килограммов;

— мумифицированную синичку — одну штуку.

Включать компьютер сразу как-то расхотелось.

Тружусь админом в небольшой конторке. Всё замечательно отлажено и работает как часы; я дописываю статью в свой блог, параллельно просматриваю логи роутеров и выполняю просьбу знакомого, закачивая из торрентов какой-то документальный фильм. Когда загрузка завершается, я на автомате вставляю в привод чистую болванку и стартую прожиг.

Вместо привычного монотонного звука я слышу чуть ли не рёв реактивного двигателя, что заставляет меня отпрыгнуть от рабочего места вместе со стулом. Я много читал о том, как люди разгоняют разные вещи, но как можно разогнать DVD-привод, да ещё и до такой скорости? Ответ оказался довольно банальным: в тот момент, когда я запустил прожиг, под моим окном рабочие включили мощный перфоратор.

Работаю эникейщиком в колледже. Врывается в серверную тётка с глазами по пять рублей, задыхаясь, начинает кричать, что работа у неё встала — нужно срочно посмотреть принтер, который не печатает. Собираюсь, иду в эпицентр событий и вижу бедолагу-МФУ.

Все болты, которые видны на первый взгляд, откручены, кожух снят, из задней стороны принтера торчат отвёртка, пилочка для ногтей и кусок алюминиевой проволоки. Как потом выяснилось, всё, до чего дотянулись инструменты, сломано и раскурочено.

— Что здесь случилось?

— (хором) Бумага застряла — пытались вытащить.

Собираю назад, что осталось, ставлю на стол, прошу, чтобы больше нечего не трогали, ухожу по другим делам. Примерно через час вызывает директор к себе на ковёр: «Ты зачем принтер раскурочил?» В результате — выговор, премии как не бывало. Ничего, будет и на моей улице праздник.

Проштудировав книги по всяким там семиуровневым моделям, протоколам, стекам протоколов и серверным ОС мягкомелочной фирмы, пошёл устраиваться эникеем. Практически везде спрашивали про обжимку витухи. Инструмента для тренировок у меня нету, поэтому я честно отвечал: не обжимал, потому как не было возможности, но представляю, как это делается, и не понимаю, в чём там сложность. Видимо, работодатели всё-таки опасались брать человека без опыта, поэтому собеседований у меня была куча. На одном из них вопрос про обжимку видоизменился:

— Работали с витой парой?

Что-то щёлкнуло у меня:

— Работал!

— Обжимали?

— Втыкал!

— А-а-а... Ну да, это, в принципе, тоже работа...

На ту работу меня, к сожалению, не взяли.

Я не айтишник, не программист, но немного разбираюсь в стандартном виндовском пакете программ. Есть у меня коллега, которая с компьютером общается на «вы», но при этом страшно уважает любого, кто, по её мнению, хорошо понимает в программном обеспечении.

Сидим мы с ней как-то на конференции, где наши коллеги демонстрируют разного рода новшества. Была в том числе и тётенька, которая приспособила простенькую программу по отображению звука в виде графика к работе логопеда. Принцип прост, как яйцо: ребёнок говорит в микрофон, программа отображает характеристики его голоса в виде графика и сохраняет их. В зависимости от силы, высоты и особенностей нарушений голоса графики выглядят по-разному. Для демонстрации работы приглашаются несколько человек. Естественно, смех, развлекуха, тётечки веселятся, глядя на свои графики.

Моя коллега смотрит на всё это со огромным почтением и, не выдержав, спрашивает: «А они это в Ворде нарисовали?» Я, с трудом сдерживая смех, отвечаю: ага, мол, всю ночь, поди, над Вордом сидели. Уловив иронию, коллега с придыханием, близким к священному экстазу, вопрошает: «Что — неужели в Экселе?»

Офис, в котором я работал, страдал от кратковременных перебоев питания — из-за этого вставала работа отдела продаж из четырёх человек. Для решения проблемы генеральный директор принял решение купить резервный дизельный генератор.

Представьте: на балконе офиса тарахтит генератор, сжигая нефтепродукты, которые по прогнозам учёных закончатся через 30–40 лет, выбрасывает в атмосферу выхлопные газы — и всё для того, чтобы четыре человека поиграли в Doom II!