Живу в Германии, фрилансю. Некоторое время назад начисто разорвал отношения с одной фирмой, на которую, надо сказать, работал довольно долго. Во-первых, мы окончательно не сошлись в финансовых вопросах: они, как водится, хотели всё и даром. Во-вторых — может, всё-таки во-первых? — свою роль сыграл совершенно невыносимый характер одной из боссов фирмы, фрау Ш.

Недавно мне звонит бывший коллега К. и между делом интересуется, не желаю ли я выполнять некоторые мелкие поручения для оставленной фирмы.

— Ни малейшего желания не имею.

— Но почему?

— Я хорошо знаю этих людей. Они очень необязательны и совершенно ненадёжны. А ситуация такова, что получить невыплаченный гонорар через суд я могу, если речь идёт о достаточно крупной сумме. Если мне не заплатят по мелочи, никаких законных способов истребовать долг у меня не будет, и единственное, что мне останется — убить должника в стиле старой доброй русской мафии.

Реакция К. была мгновенной:

— Так это же прекрасно! Они тебе не заплатят, и ты убьёшь фрау Ш.!

Я уже говорил, что характер фрау Ш. совершенно невыносим?

На заре своей айтишной деятельности случилось мне подрабатывать сторожем в одной богоугодной конторке, коих в те времена было превеликое множество. Сидела конторка в небольшом здании вместе с несколькими собратьями. Была там совсем маленькая фирмочка, которая занималась молодёжным волонтёрством: привозила на российские просторы американских ребят для работы в наших больницах и приютах.

Был у них айтишник с большой буквы. Настоящий, чистокровный американец. Поговаривали, что его предок чуть ли не самолично чай с корабля в море выбрасывал во времена обретения независимости. Человече был чрезвычайно забавен.

В любую погоду ходил в одном и том же: носки, кеды, шорты, футболка, а зимой добавлял к вышеперечисленному шарф, шапку и варежки.

За три года жизни в России умудрился выучить пять русских слов, среди них ни одного «народного», при том, что русским занимался полтора часа каждый день.

Все вещи носил с собой в рюкзаке типа «арбуз».

Постоянно жрал бородинский хлеб. Никто и никогда не видел его без буханки. Попытка конфисковать означенный продукт на нужды голодных студентов вызывала реакцию: «Я гражданин великой страны, сейчас мне на помощь прилетит президент и спецназ».

Вечно приставал к нам, сторожам, с просьбой поиграть с ним в шахматы, причём понимал в игре не больше, чем блондинка из анекдотов в квантовой механике, и неизменно проигрывал.

Работая в районе Нагатинской, каждый день ходил на работу и с работы пешком куда-то в район Тимирязевской.

На дверях каморки сторожей висел плакат формата А2: «В час ночи гнать Джона домой! Допускается применение любых средств убеждения, кроме бейсбольной биты».

Самое главное: никто не знал, чем он вообще занимается, откуда взялся и чем всё закончится. Ходили слухи, что он должен был разработать и внедрить какой-то мегапроект.

А с чего все решили, что он айтишник? Да очень просто, как у Гоголя: «К нам едет айтишник!»

Предчувствия не обманули. Когда срок стажировки в России подошёл к концу, Джон убыл на родину, где его ждало место в крупной девелоперской фирме.

Джамшуты только в России? Думаете, за границей всё по-другому? В общем, наверное, да, но не совсем.

Я работаю в ВЦ госструктуры, подчиняющейся МВД Германии. Итак, МВД в рамках модернизации решило поставить дюссельдорфским полицейским дополнительную мощную антенну для радиосвязи. Разумеется, на нашем здании; ясный пень, чем выше — тем связь лучше, а у нас 15 этажей.

В четверг после обеда у отделa по общественным связям вдруг пропал интернет. После пары часов проверки всех серверов, роутеров и сетей админы вылезли на крышу и тихо офигели. Для установки той самой полицейской антенны нужен десяток-другой квадратных метров пространства (и сама антенна, естественно, нехилая). Mонтажники вычислили самое выгодное место для антенны и обнаружили маленькое препятствие. Препятствием оказалась параболическая интернет-антенна (он у нас в том числе через спутник). Недолго думая, суровые немецкие (или турецкие, не знаю) мужики просто повернули её на 90 градусов, после чего оперативно водрузили свою антенну (X метров высотой, Y метров шириной) и слиняли. Как вы думаете, сколько спутников стала ловить наша тарелка в новом положении?

Но это ещё пол-истории. Выяснилось, что повернуть тарелку обратно невозможно. Дело не только в том, что она упрётся в растяжку новой антенны, но и в том, что новая антенна находится ровно между спутником и тарелкой, начисто перекрывая связь. Ладно, с матом и кувалдой стали переставлять тарелку — фиг! Не хватает метров 20 кабеля. Результат — шесть часов без сигнала, курьер-стритрейсер, отправленный на срочную закупку кабеля (не простого, а золотого) и четырёхзначный счёт.

Занимаюсь переводом игрового проекта для джаббера на английский, ищу в конференциях будущих тестеров. Попался один англоязычный. Познакомились, поговорили — оказался индусом. Он весьма заинтересовался и вцепился в меня, как клещ.

Начало неплохое, ищу следующего. Опять индус, только на этот раз он уже в теме. Третий вышел на меня сам, дальше они повалили потоком. 27 штук — и все хором требуют их выслушать! Ужас. Оказалось, они в джаббере ищут работу группой и не стесняются регистрировать адреса десятками.

Несколько лет назад я клепал программулину для переноса данных между репозиториями. Работала она нормально, но нашёлся один крупный клиент в Штатах, на репозитории которого утилита глючила. Почесав репу и с ходу не сообразив, в чём может быть дело, я немного поменял алгоритм обработки данных — а вдруг спасёт? Так как старый алгоритм в большинстве случаев работал отлично, а новый был экспериментальным и не оттестированным, по умолчанию использовался проверенный, новый же вызывался ключом USE_THE_FORCE в конфиге. Мне показалось, это самый близкий к русскому выражению «станцевать с бубном» американизм — именно так я и представлял себе работу нового алгоритма.

Отправили клиенту. Баг исчез, все остались довольны, и история с ключиком ушла в прошлое… ровно до релиза новой версии. Когда я полез читать документацию, сполз под стол. Наши американские коллеги задокументировали этот ключ в том самом виде. Представили, да? «Установите ключ „Использовать Силу“, если без этого приложение работает ошибочно».

Дело было в Каире. Надо было по скайпу позвонить, почту проверить и так, по мелочи. Недалеко от французского посольства нахожу пресловутое интернет-кафе. Внутри, чтобы не было мух, помещение окуривается благовониями. Уж лучше бы мухи — после часа за компом начинает сильно болеть голова… Но история не о том.

Захожу, полчаса торгуюсь с местным админом (торговаться там нужно всегда). Останавливаемся на полутора долларах за час, при этом он мне на ломаном английском пытается объяснить, что клавиатуры у него только на арабском. Уверяю его, что это не проблема — не верит. Когда я начинаю быстро набирать письмо тысяч в пять знаков, у админа глаза лезут на лоб.

Разговорились. Смотрю, там один комп в нерабочем состоянии. Спрашиваю, что стряслось. Говорит, не видит сети, должны прийти спецы и разобраться. Прошу включить — и после шаманства с файрволом машина исцеляется. Шокированный админ спрашивает, как я, не зная арабского, починил машину. Улыбаюсь.

Из Египта я вернулся с сувениром — небольшим барабанчиком из верблюжьей кожи.

Одна иностранная и крайне крутая контора делает для нашей компании четыре сайта. Сайты простенькие совсем, обычные информационные, на каком-то среднем движке. За работу запросили хренову тучу денег. Понятно, что большая часть оплаты идёт менеджерам на покупку краски для принтера и кофе.

Отчёты по проектам в подобных компаниях занимают 90% времени. Отчитываются они за каждый шаг, каждый пук и каждое действие, причём информация абсолютно бессмысленна. Когда я глянула на количество отчётов за два месяца работы, то ненадолго прилегла в обморок, а когда очнулась, мне открылась истинная суть мироздания.

Всё было терпимо, пока мне на проверку не прислали макет сайта в формате PowerPoint. Нет, они не вставили скрины страниц в PPT-презентацию. Эти умы отрисовали все 154 страницы сайта, каждую стрелочку, каждую точку и рамочку, в каковые вставили текст нужным шрифтом.

Я отказывалась верить в это. Мир рухнул. Сайтостроители сказали, что они очень долго трудились над отчётом, не спали ночами. Они вытирали пот со лба и закатывали глаза от усталости. Они объясняли, какая это была трудоёмкая работа и как нелегко им было рисовать сайт в Пауэрпойнте. Всё это делалось для того, чтобы заказчик мог взглянуть на сайт и исправить орфографические ошибки.

На сегодняшний день сайтов в формате PPT сделано четыре штуки. Несколько раз. В нескольких вариантах дизайна.

История всё из того же Пекинского Политехнического. Не секрет, что китайский язык велик и могуч, возможно, даже в большей степени, чем русский. Встречаются в этом языке слова, отзывающиеся в душе любого русского человека чудесной песней и наполняющие новым смыслом старые вещи. Например, популярный производитель компьютеров, комплектующих и всякой мелкой периферии Yeboss (работает на сто процентов соответственно названию), сантехника Huida и символ SS, поселившийся на бутылках с соком, шоколадках и прочих мелких съедобных ништяках. Названий и вариантов масса. К этому быстро привыкаешь и перестаёшь соотносить с похожими по звучанию словами на русском. Но!

Админы, кодеры, дизайнеры и прочие айтишники! С сегодняшнего дня и пока я пребываю в Поднебесной…

Я.

Пользуюсь.

Туалетной.

Бумагой.

Марки.

«Винда».

На пачке — окно с синим небом и чайками.

В Израиле за интернет платят дважды: компании-посреднику за несколько километров кабеля от дома до провайдера и непосредственно провайдеру за интернет. Диалог с техподдержкой посредника по поводу этих нескольких километров от дома до провайдера:

— Здравствуйте. Я подписался на 12 мегабит за 25 $, однако реальная скорость едва превышает 8 мегабит. Пожалуйста, почините.

— А в чём проблема? 8 мегабит — это почти 12.

— Хорошо. Я позвоню в банк и ограничу выплаты до 20 $.

— Тариф — 25 $.

— А в чём проблема? 20 — это почти 25.

— Ждите техника.

Я гламурное одминко-блондинко. Почему? Да потому, что люблю всё красивое со свистелками и перделками, если это не винда. Не выношу я форточки уже органически. У меня гуманитарное образование, душа просит Байрона, а пальцы набирают sudo ifconfig.

История началась в октябре, когда вышла Коалочка. Милая, плюшевая Убунта, на проверку оказавшаяся, как и все коалы, сущим монстром: недокрученная, по глючности напоминающая винду, но такая кавайная… Именно о последнем пункте от меня все только и слышали. Бессонные ночи из-за убитого звука 5.1, отваливающаяся по пять раз на дню синхронизация времени, постоянные зависания после ухода в спящий режим… Нет, я всё разрулила, но красноглазое существо, не спавшее пару суток из-за желания привести Коалочку к некоторому общему знаменателю — то ещё зрелище. Но кто ж из нас сознается, что не сразу смог настроить что-то в новом дистре линукса? Правильно, никто. Поэтому от меня слышали лишь одно: «Коалочка — кавай!» А за свои слова рано или поздно надо расплачиваться. Все дистрибутивы вроде Убунты теперь ставятся с полпинка — щёлкай мышкой и будь спокоен. Нет, я не против популяризации иксов, одружествления их интерфейса, но…

Почти полночь. Звонок. Шапочный приятель на беспроводном сотовом проводе: «Есть халтура. Поможешь? Ты же линуксоид!» Да какой я, на фиг, линуксоид? Админю тихо свои серваки и эникею пятьдесят виндовых станций. Но небольшая прибавка к зарплате или некоторое количество пива — кто от такого откажется? «Лады, щас тебе перезвонят». Пять минут, десять, полчаса… Спать уже хочу, пиво на исходе. Звонок.

— Слушаю!

— Э! Дарагой! Ты лисуноид, э?

— Простите?

— Лёша, Лёша тебе звонил?

— Да, мне звонил Алексей, сказал, что перезвонит человек, у которого какие-то проблемы с компьютером.

— А! Я это!

— Так в чём проблема? Я так поняла, у вас линукс? Какой?

— А!..

— Алло?

— Да! Линýс! Он!

— Какой?

— Э-э-э… Ну, унт… Унт…

— Перезвоните, пожалуйста, через пару минут.

Кое-как разгибаюсь от хохота, перезваниваю Лёхе. Купившись на мои нежные восклицания, он некоему горцу вместо Висты на новый бук поставил не пиратскую «хрюшку», а Коалу. На мой вопрос о здравости лёшиного ума в ответ я получила стандартное: «Так бесплатная зато!»

Перезванивает сын гор.

— Да, у вас Убунту. У-бун-ту! Неважно… В чём проблема?

— А тут буквы.

— Прочитайте, что написано, пожалуйста.

— Э… Нерусский буква!

— Давайте диктовать по буквам, я разберусь.

— Тут скрючка… Потом скрючка с чёрточкой… Записываешь, дарагой?

— Да-да, продолжайте.

— Р-р-р… Буква такой… Скрючка с клювиком. Ты орлов видел? Вот с такой… А-а-а! А теперь буква такой, как ты в первом классе писал… Как помидор, помнишь?

Не буду утомлять. Товарищ с орлиным профилем продиктовал мне: ltprandom@asstop:~$. Понятно, что попросить его набрать в консоли элементарное sudo reboot — занятие, смахивающее на идиотизм. Перезваниваю Лёхе.

— Это, по-твоему, халтура?!

— А что?

— Или ты ставишь ему винду и дальше уже е$#шься сам, или сам учишь линукс!

Ну его на @#$, этот гламур. Брутальная консоль — и никаких гвоздей!