Пришёл в контору. В кабинете сидят главбух и админ. Главбух — типичная чувашская женщина среднего возраста. Её комп, видимо, притормаживает, и она от всей души хреначит ногой в системник. И снова. И опять! Комп скрипит и вроде бы начинает работать.

Глаза лезут на лоб, слова застревают в горле, особенно матерные — клиент же всё-таки… Смотрю на админа умоляюще. Паренёк усмехнулся, потом показал: кабели от клавы, мыши, моника и внешнего сидюка идут в стену, а в системник — только питание для вида.

— Я там кирпич положил для веса, а железо убрал в стену. Достала она меня. Жена генерального — хрен что ей скажешь!

Воскресенье шло своим чередом. Утром я ездил на машине по делам, потом играл на компьютере, жена что-то помаленьку шила, дети лазили с ноутбука в интернет и не хотели делать уроки. Понедельник обещал быть обычным рабочим днём.

Утром машина не завелась. Совсем. Впервые за пять лет ежедневной эксплуатации. Стартер крутился исправно, но и только. Пока я нашёл буксир (с тросом, поскольку свой пару дней назад оставил на работе), пока доехал «на галстуке» до сервиса, пока дождался очереди, на работу безнадёжно опоздал. Оставил машину сервисменам и пошёл домой.

Дома я сел за компьютер и увидел синий экран. За спиной ругается жена: швейная машинка отказывается шить. Приходит дочь и говорит: «Пап, ноутбук не включается!» А ведь вчера всё работало!

Тут-то и я понял: хорошо, что я не попал на работу к своим серверам и свитчам. Ведь если за одно только утро вокруг меня сдохли (пусть и не фатально) четыре высокотехнологичных устройства, то лучше остаток дня тихо посидеть дома.

Пришёл знакомый из категории «сила есть — ума не надо» с винчестером в руках и с жалобой на него же. Знакомый сказал, что потрогал некоторые наклейки.

Сперва я подумал на гермозону. Подключил к питанию — не заводится. Немного более внимательный осмотр диска вызвал у моих глаз сильную расширительную реакцию.

Всю толщину накопителя имел счастье бороздить саморез. Зацепил и блины, и мотор; дошёл до платы, пробив цепь питания, но не насквозь. На мой очень вопросительный взгляд знакомый ответил: «Чего-то крышечка расшаталась, так я её закрепил. Правда, саморез входил туго…» И с гордостью добавил: «Но я упорный!»

Знакомый понял, как обращаться с техникой, после чётко-риторического вопроса: «Если тебе вкрутить саморез от головы до яиц, ты будешь жить и работать?»

Он пришёл, такой высокий, тёмненький, небритый и кареглазый, задумчиво посмотрел на меня и моего железного друга и вздохнул: «Ну, рассказывайте». С огромным трудом задушив в себе прекрасные порывы вроде «Вот. Сломался. Совсем. Я ничего не трогала», пожаловалась. Молодой человек исчез, через пять минут материализовался обратно с совершенно здоровым пациентом, а в придачу ещё и рассказал, чего лучше не делать, чтобы наведываться к сервисникам пореже. Мне осталось только глупо улыбнуться и поблагодарить спасителя.

Думаете, ноутбук и админ? А вот и ничего подобного. Молодой человек всего лишь вернул на место разболтавшийся тросик тормоза у моего велосипеда, но настроение поднял на неделю вперёд.

Ребята из поддержки, айтишной и не очень, спасибо вам! Вы учите нас чётко формулировать свои вопросы и проблемы, правда, иногда не очень получается — больно уж вы хороши, заразы, сосредоточиться трудно. Но мы стараемся. А вообще говоря, да, мы ничего не тро…

Вы не знаете, что такое ПККП? Это персональный компьютер коллективного пользования. Порождение времени, когда за АТ/косые/40М/EGA можно было купить пару новых «жигулей». Хотя вру — тогда «косых» флопов ещё не было. Были 2×5,25" — один для дискет на 360K, второй — для 1,2M. Понятно, что за такие деньги даже наш небедный НИИ не мог себе позволить ставить каждому программисту по «эйтишке». Поэтому покупался один комп с цветным дисплеем на отдел.

Программисты, алгоритмисты и математики в НИИ были не на Паскале писаны, а вскормлены чистым ассемблером/360, вспоены Фортраном G, а на сладкое у них был PL/I. А кто постарше, те еще Автокод М-6000 помнили. И загрузчик они на память руками с панели вводили. Поэтому этим железным людям объём диска в 42 мегабайта на отдел из восьми активно пишущих и считающих человек был достаточен для решения любых задач.

— Вася! Я сейчас нагенерю тебе 20 мегабайт тестовых данных.

— Погоди-погоди. Сейчас я своё на ленту запишу.

— Как там Серёжина фигня считается?

— Уже 50 лент обработала. Ещё 150 осталось. Операторы второй день матерятся.

— Ребята? А кому это тут 32К памяти не хватило, чтоб несчастные 10 мегабайт обсчитать? Сделаю это в 16К!

— А я в 8К!

— Делай!

— Кто уронил колоду перфокарт? Я на ней ещё десять лет назад хороший алгоритм реализовал. Ну и что, что карты с одной стороны обуглились? Я и глазами бы их прочитал.

И вот этим людям достался в руки комп, у которого было 640К памяти и 42 метра винта. В результате на машине буквы дисков заканчивались на K: cистемный на 2М и восемь раз по 5М. И это было счастье!

Недавний поход в магазин за кучкой жёстких дисков, периферией и разной мелочёвкой на общую сумму не в один десяток тысяч закончился у помойки. Два брата-акробата: монитор о семнадцати дюймах, ещё на ЭЛТ, и картонная коробка с корпусом внутри. На коробку я и положил глаз, уперев её в подъезд для разбирательств.

Внутри достаточно потрёпанного корпуса оказался компьютер в почти полном комплекте, не считая жёстких дисков. Снято мной: две планки памяти, видеокарта, процессор. Оставлено другим: модем, сетевая, охлаждение, мать, БП.

Виноват оказался процессор — сгорел по непонятной причине (перегрев, видимо). Остальное оказалось вполне рабочим и уже продано заинтересованным лицам по смехотворной цене — лишь бы пригодилось.

Таким образом, не являясь профессиональным расхитителем гробниц, за последний год я выручил 20 килорублей, просто иногда поглядывая по углам и держа любимую «крестовуху» наготове.

А через полчаса, когда я возвращал коробку на место для других расхитителей, монитора уже не было.

Конечно, стоит сожалеть о том, что каждый снимает жёсткие диски во избежание утечки хоум-порно, но прогресс налицо: ныне люди знают, что в компьютере есть диски с личной информацией. Быть может, через несколько лет пользователи изучат и остальные узлы компьютера, а пока — да здравствуют эксперты по гробницам, вытаскивающие, анализирующие и реанимирующие железо, которое ещё может работать!

Пришла пора апгрейда и в наш отдел. Прислали нам новый-новый, блестящий и глянцевый ноутбук. Естественно, с «семёркой», а чтобы жизнь не казалась малиной, X64.

Софт, для которого этот ноутбук прислали, работает только в XP. Работает не просто так, а с хитрым USB-девайсом, который на самом деле не USB, а COM, и не простой, а с хитрыми мозгами и драйвером, который только под XP и работает. И началась виртуализация.

Сначала XP Mode. Софт установился, USB-девайс «проброшен» в виртуальную машину. Но программа железяку не видит, хоть ты тресни.

Ладно, берём VirtualBox. Та же песня, вид сбоку. Только иконка USB иногда подмаргивает (у XP Mode даже не дёргалась). Ага, раз подмаргивает, значит, обмен идёт. Уже лучше, чем полный штиль. Пляски с бубнами, настройка фильтров USB (хорошо, что они тут есть), безусловная отдача железяки в виртуальную машину, подбор последовательности и настроек фильтров… В общем, провозился до трёх ночи. Результат есть, но нестабильный: иногда девайс цепляется нормально, иногда нет.

Утром на свежую голову пляски продолжились. Выяснилось, что для достижения стабильного результата нужно:

1. Запустить софтинку в виртуальной машине.

2. Подключить железяку.

3. Дождаться, пока «проморгается» иконка USB, и виртуальная «хрюшка» железяку увидит.

4. Отключить железяку.

5. Подождать не менее 30 секунд.

6. Подключить железяку и подождать, когда виртуальная винда увидит её ещё раз.

7. Дать софтинке команду, чтобы начала подключаться к железке.

Вы ещё верите в любовь с первого взгляда? А вот у Motorola с Microsoft почему-то получается только со второго.

В 1993-м году в хорошем крепком банке жил-был сервер. Где-то на свете, конечно, были AST Manhattan, Compaq и, наверное, что-то ещё, но в хорошем крепком банке в 1993 году сервером называлась машина на 286-м проце с двумя мегабайтами SIPP и двумя винтами по 40 мегабайт на MFM-контроллере, и это было хорошо.

Трудился там жутко умный НеТварь 2.15. Дети, знайте: чтобы запустить серверную ОС НеТварь 2.15, надо сначала стартануть DOS, а уж потом server.exe из «автоэкзека».

Так вот. Стоял такой хороший крепкий сервер в модном тогда корпусе BabyAT — «аллигаторе». Винты у него были в зеркале. И не нужно ему было ни консоли, ни мыши, ни клавы — вот так хорошо он работал. А чтоб на винтах места было больше, DOS туда не ставили, с дискетки 5,25" грузили. А в силу особенностей топологии «шина» стоял сервер просто в операционном зале, поэтому выключался на ночь и включался утром.

Одним прекрасным утром сервер никто не увидел в сети. Ну, бывает. Цепляю монитор. О! Загрузится не может. Раз в год дискетка имеет полное право протереться до дырки. Беру образ. Пишу новую дискетку. Иду к серверу. Поворачиваю ручку на флоповоде… Где дискетка? Нет дискетки. Неужто приватизировали? Не может быть. I/O error — это ошибка чтения. Значит, с чего-то читать начали. А дискетки нету. Лезу под стол с настольной лампой — а вся морда корпуса очень качественно заштукатурена. И не какой-то декоративной штукатуркой, а хорошим, кондовым раствором.

Доложил шефу. Шеф всех девочек построил и отдрючил.

— Да вот тут полгода назад плитку на полу чинили, я нечаянно ведро с раствором ногой!.. А оно!.. А я!.. А мне!..

— А чего сразу не сказали?

— А мы так хорошо мокрой тряпкой оттёрли, что думали, никто не заметит.

Прочистить щель дисковода мы так и не сумели. Без пластиковой морды та модель не работала, так что пришлось замурованную дискетку вытаскивать по частям и новую загрузочную ставить без конверта. И ничего, ещё год отработала.

А потом, в конце 94-го, серверу пришло время сделать апгрейд. Взяли мы маму на 486-м, к ней «симмы» 72-пиновые. Два винта, уже IDE-шных, с PIO4, аж по 210 мегов. Воткнули всё новое в корпус. Старые винты на MFM-контроллере подцепили, свежую версию НеТвари накатили. Зеркало собрали. Данные перелили. Старые винты с контроллером отцепили. Кнопку жмём. Не пускается. Не то, что система не стартует, а вообще не пускается. «А давай старое железо воткнём». Собираем. Пускаем. Работает. «Давай новое». Не работает. «Давай старые винты опять подцепим». Работает. Это что ж такое?

Шеф, электронщик с большим стажем, почесал репу. Со старыми винтами работает. Это значит что? Блок питания хочет старых винтов. Почему? А нагрузки ему не хватает, вот почему. Винты померяли по току — а ничё так, по 16 ампер на раскрутке каждый, по 3–4 ампера при работе. Ну ладно. БП вскрыли. Шеф репу почесал. Припаял резистор. Включили. Работает! По домам? Не-е-е. Тут как раз дымком потянуло: резистор сгорел. А магазины, где можно купить мощный резистор, уже все закрыты. А сервер надо утром запустить, иначе меня могут уволить с особым цинизмом. Да и шефа за стоимость этих 486-х потрохов могут анально покарать.

Резистор был сделан своими руками: часть спирали от электрообогревателя (расчет и намотка — шеф) плюс основание из куска фаянса от старого унитазного бачка (изготовление молотком и отвёрткой — ваш покорный слуга). С этой хернёй, болтающейся сзади корпуса, сервер проработал ещё год.

Начальник у нас в конторе был дурной, а я — молодой и наивный. Как-то раз во время приступа бешенства выкинул начальник свой навороченный комп в коридор. Прямо через стеклянную дверь. Минус комп, начальнику собирают новый. Мне же от админа достался винчестер Fuji на 20 ГБ без признаков жизни. «Ну да и хрен с ним, — подумал я. — Вытащу диск, подставка для кофе будет».

Принёс домой, раскрутил — головки на месте, видимых повреждений нет. Покрутил пальцем блин — аккруратненько так, сбоку касаясь — крутится нормально. Завинтил крышку обратно. Перевернул — через весь монтаж идёт царапина. Тоже вроде не смертельно: содран только лак. Нашёл обломок какого-то элемента схемы — его-то, похоже, и срубило. Что это, зачем — без понятия. О! У меня же дохлый Connor валяется на 200 МБ. Нашёл на его плате деталь, приблизительно похожую. Разогрел 60-ваттный паяльник, перепаял, как мог. Ну не радиомонтажник я, а программер!

Fuji оттрубил у меня два с половиной года и помер позднее всех дисков этой серии — она, говорят, кривая была. А вы говорите, интеллектуальный продукт, высокие технологии… Ремонт на уровне пайки дырявого чайника — и всё работает.

IT-компания, системное администрирование, работа с корпоративными клиентами. Обслуживается фирма, штат которой состоит исключительно из представительниц прекрасного пола. Девушки аккуратно следуют инструкциям, но то один, то другой свитч регулярно дёргают из розетки, дабы зарядить телефон или вскипятить чайку. Сеть отваливается, дамочки звонят нам, говорят, что ничего не трогали. Выезд специалиста всегда заканчивается подключением свитча обратно.

Сначала для решения проблемы была отобрана наиболее серьёзная сотрудница и научена перед звонком нам проверять ключевые розетки. На четыре месяца помогло, затем всё пошло по новой: сотрудницу куда-то перевели.

Мы распечатали таблички примерно следующего содержания: «Милые дамы! Во избежание проблем с сетью, пожалуйста, заряжайте мобильные телефоны от других розеток!» — и картинкой с обаятельным черепом с алой розочкой в зубах.

Спустя две недели вызов: барахлит интернет. Наш спец приезжает, на ресепшне его встречает секретарь.

— Розетки трогали?

— Нет, даже не подходили! — отвечает секретарь, вытянувшись по струнке. Из расположенного рядом кабинета раздаётся дружный хохот.

Спец проходит дальше по коридору, заходит к главбуху. Главбух поднимает глаза, видит нашего сотрудника и с паникой в голосе восклицает:

— Я розетку не трогала!

Три месяца проблем с их сетью нет. Вот что значит креативный подход!