Звонят мне как-то со склада — компьютер, говорят, сильно гудит. Утащил к себе, разобрал, всё почистил, вентиляторы заменил. Смотрю: корпус грязноват. Взял и отмыл — от меня не убудет. Отнёс назад, поставил, подключил — тишина!

Через полчаса звонок от другого кладовщика. В голосе злость: «Зачем вы нам другой компьютер поставили? Нам наш надо». Я слегка в замешательстве; спрашиваю, как определили. «Наш был серый и гудел». Лишь инвентарный номер помог убедить.

Весна, лето близится. Зацвели деревья, вылезли насекомые, в частности, комары. Никого в доме это кровососы не беспокоят, а меня просто достают. Причем даже не кусают — издеваются: подлетают к уху, я просыпаюсь, дёргаюсь, они улетают. Фумигатора нет; на утро забываю, что нужно купить.

Второй час. Третью ночь подряд не дают уснуть гады. Перерываю шкафчики в поисках хоть чего-то антикомариного. Нахожу пластины для фумигатора — а толку с них?

Решение пришло неожиданно: взял отвёртку, снял кожух с роутера, который стоит в спальне, и положил пластинку на самую горячую микросхему. Через пять минут начала распространяться блаженная вонь. Вот такой у меня роутер: и интернет раздаёт, и баги, то есть комаров, отгоняет.

Довелось мне однажды ремонтировать машинку, древнюю, как мясо птеродактиля. Не грузилась бедолага, злостно ругаясь писками на процессор. К слову, служил я в армии, и выполнение приказа начальства было святой обязанностью. Приказ был таков: «Оживить любой ценой!»

Разбираю. Отполированной до блеска пыли под кулером я не особо удивился — бог один, пожалуй, знает, когда в последний раз открывался корпус этого 1400-го целерончика. А вот ножка процессора, согнутая ровно пополам и утрамбованная в слот матери, меня шокировала — работало ведь как-то!

Жёстко — нет, даже жестоко ограниченный инструментом, приступил я к делу. Ножка была выправлена обычной иголочкой и штык-ножом (+1 к способам применения универсального орудия). Оставалось дело за малым: поставить всё назад. Термопаста! Её-то вот как раз под рукой и не оказалось. Путём проб и ошибок выяснилось, что высохшая паста прекрасно растворяется бензином. Пара капель, тридцать секунд на то, чтобы поставить кулер на место, пока термопаста не высохла.

Машинка та завелась, а я теперь с гордостью могу говорить, что в армии даже компы на бензине работают.

Кто-то использует подручные технические средства для личной гигиены, а мне в 2003 году удалось забить гвозди в стену сказёвым хардом на два гига.

Стал у друга греться процессор. При осмотре друг установил, что отломилось ушко кроватки для радиатора, радиатор перекосило и теплоотвод нарушился. Позвал меня на помощь. Я сразу смекнул: раскаленный гвоздь, проволочка — и всё будет хорошо. Проблема оказалась как раз в медной проволочке — у моего друга не было даже пары сантиметров.

Стали прочёсывать загашники. На втором часу раскопок в залежах инструмента, гвоздей и мусора друг с сияющими глазами извлёк смотанный в кольцо стальной трос с ржавой изогнутой железной ручкой.

— Это что? — спрашиваю.

— Это? Этим чистят канализацию, когда не помогает вантуз.

— И зачем ты его достал?

И тогда друг с сияющими глазами показал мне конец троса — тот, который побывал в самых невиданных далях. Конец был обмотан медной проволокой — как раз такой, как нужно. Тут и у меня в душе засветило солнце и запели птицы, хотя почётную часть операции по установке проволоки я оставил ему, а сам только прожёг отверстия в кроватке и креплении радиатора.

В связи с расширением конторы и появлением филиалов в соседних городах появилась надобность в айтишнике-эникейщике, естественно, с обучением всем премудростям работы с нашей собственной разработкой — альтернативой ЖП (Жёлтой Программе). В требованиях были: наличие машины, так как кататься первое время придётся много, пока не вникнет в суть дела, хорошее знание железа и желание работать.

За неделю я принял 18 человек. Тест на знание железа был очень простой: я давал соискателю комплектуху и просил собрать из неё комп, чтоб он работал. К полному комплекту довольно свежего рабочего железа я пихал плашку памяти SDRAM, камень на Socket A и ISA-сетевуху. 15 из 18 человек не справились с задачей: пятеро начали пихать бедный Атлон в LGA 775; семеро распознали подвох, но упорно вставляли SDRAM в DDR2-слоты; двое прошли эти квесты, но пытались приткнуть сетку то в PCI Express, то в PCI; один собрал, но не сумел в мануале найти распиновку USB и FP-гребёнок на матери. При этом у всех в анкете значилось «высшее техническое образование», у одиннадцати человек — довольно котирующиеся вузы нашего города и престижные IT-факультеты, и у всех поголовно был опыт работы.

А профпригодных оказалось трое. Один из них быстрее всех справился с заданием, но искал подработку, а нам требовался полный рабочий день. Второй уже нашел работу к тому времени, пока я закончил рассматривать результаты работы «мегакандидатов». А третий парень высшего образованием и опытом работы в резюме не похвастался, но, судя по всему, с середины девяностых работал с компами, знал, чем отличается 486SX от DX, помнил частоты FSB процессоров на ядре Tualatin и довольно быстро научился новым для него фискальным регистраторам, штрих-сканерам и остальному железу и ПО.

Так что, товарищи айтишники, диплом о высшем образовании — это всего лишь формальность, как штамп в паспорте. И без него можно устроиться на приятную и, главное, хорошо оплачиваемую работу. Были б голова да руки...

На радиофизическом факультете готовятся к лабораторным работам по программированию на Си на древних-древних ЕС-ках. В лабораторию заходит одногруппник и с размаху швыряет свой пакет с конспектами в направлении ближайшего к нему ПК. Следует сказать, что клавиатура ЕС подключалась к системнику-десктопу спереди — обычный DIN-разъём, но суровый, советский. Так вот, пакет с конспектами попадает прямо на этот штекер и затем отлетает чуть назад.

Начало занятия. В лабораторию заходит техник и включает общий рубильник на стене. В этот самый момент из разъёма, пострадавшего от падения конспектов, начинает валить густой чёрный дым. Но при этом на самом ПК начинает загружаться ОС, как будто ничего и не было. Суровый советский компьютер: где-то замыкание, что-то горит, а он работает!

Техник, матерясь, выключает рубильник, а потом произносит фразу, которую мы помнили до пятого курса:

— Специалисты, б#я! Да вы только яйца технике и умеете прикручивать!

После получения диплома мы так и поздравляли друг-друга: «Поздравляем тебя с получением диплома яйцеприкручивателя-системотехника!»

Случилось пренеприятное: почти кончилось свободное место на диске С. Делать нечего, надо слить лишнее, а некуда — придётся жечь болванки. Но не получается: пишутся с ошибкой, и всё тут! И так настройки записи менял, и сяк, скорость записи уже на минимуме — ни в какую. Пять болванок уже улетели красиво и далеко.

И только когда на диске совсем не осталось свободного места, заработал резак как часы — даже на максимальной скорости, чего за ним отродясь не было замечено. Вот сижу и думаю, может, не удалять пока с винта ничего, пока хотя бы гигов сто не запишу?

Принесли материнку: «Посмотрите, чего-то не включается». Посмотрел — сдохла пара полевых транзисторов фирмы Anpec (очень частое явление). Заменил, мать протестировал, отдал. На следующий день возвращаются: «Плохо отремонтировали, компьютер чего-то подтормаживать стал». Ну, говорю, несите весь системник, будем глядеть.

Принесли. UDMA-шлейф в HDD наоборот воткнут. Переворачиваю шлейф, запускаю машину, пытаюсь объяснить, что не следует наоборот шлейф втыкать, так как в этом случае HDD будет работать только в режиме DMA33. Не верят:

— Какая разница, каким концом оно воткнуто? Ты сейчас там чего-то подкрутил, и вообще у нас сын — системный администратор в ПТУ. Год у них курсы были, даже корочки соответственные есть, так что нас не обманешь.

Ушли недовольными. Сегодня врываются уже чуть ли не с матом: «Вот, а после вашего ремонта у нас монитор перестал работать». Несите, блин, и монитор посмотрим.

Притащили LCD-семнашку Proview. Включаю — ага, изображение красное и через несколько минут отрубается. Разбираю, проверяю лампы. Так и есть — рабочие только две. Рассказываю клиентам, мол, сдохли лампы (что для мониторов производства этой фирмы тоже довольно-таки частое явление), поменять бы лучше их, но из-за материнской платы такое произойти точно не могло. Тут их аж затрясло:

— Да что вы нам лапшу на уши вешаете? Да какие там могут быть лампы? Это ведь монитор на жидких кристаллах. Какой ты, @#$, ремонтник, что даже этого не знаешь?

Объявили, что в суд подадут, забрали монитор и свалили. Вот сижу и думаю, как было бы прекрасно оградить таких людей от информационного поля. Много у них энергии, но в нужное русло бы её...

Принесли мне на днях дикий девайс — лазерный терапевтический аппарат «Орион», произведённый в 1999 году. Чудо инженерной мысли состояло из трёх частей: блока питания (как показало вскрытие, предназначенного для зарядки аккумуляторов типа «Крона»), блока управления лазером, почему-то помещённого в корпус от пульта для телевизора, и, собственно, лазера, соединённого с блоком управления метровым проводом и трёхпиновым DIN-коннектором. Вот в шнуре-то и была проблема — где-то пережалась одна из трёх жил. Попросили починить («ты же админ, ты должен уметь всё, бла-бла-бла»).

Собственно, провод заменить — задачка простая, однако в процессе замены я где-то посеял коннектор от лазера. Искал-искал — не нашёл. Ну, думаю, если просто так соединить лазер с блоком управления, хозяева приборчика с потрохами съедят, хоть лазер ни разу не отсоединялся. Не знаю, как у всех, а у меня DIN-коннектор вызывает ассоциации с древними клавиатурами. А по какому интерфейсу нынче клавы присоединяются? Правильно — по USB!

Взял старый удлинитель, несколько минут пыхтения с паяльником, и вуаля — апгрейд лазера закончен. Внутри блока управления я оставил бумажку с датой операции, чтобы потомок, которому попадёт в руки девайс, заменил морально устаревший USB на что-нибудь новенькое.