На первом-втором курсах, в середине девяностых, мы с другом очень интересовались компьютерным железом — недели не проходило без визита на радиорынок. Апгрейдом и переборкой собственных машин занимались постоянно, наловчились мы тогда знатно. Естественно, нас не надо было уговаривать собирать компы друзьям — делали мы это абсолютно бесплатно и с удовольствием. Обычно во время сборки заказчик пил пиво с нами.

И вот как-то раз свинтили мы очередного друга, подключили периферию. Включаем, грузимся с дискеты, запускаем fdisk и видим на экране кракозябры — ну, забыл я кинуть в автозагруз русификатор. Нас это не смутило: меню fdisk помнили наизусть. Сидим, переговариваемся, как винт разбить.

Из-за спины раздаётся сдавленный голос: «Вы что, понимаете, что тут написано?» Оборачиваемся и наблюдаем в глазах нашего товарища суеверный ужас.

Разубеждать мы его не стали. Сказали, что понимаем, можем перевести, что и продемонстрировали. Но историю эту периодически вспоминаем.

В начале девяностых Hayes-совместимые модемы уже были, а нормальной телефонии ещё нет. Попытка дозвониться до местного Релкомовского узла за почтой и ньюсами напоминала песенку:

BUSY, BUSY, NO CARRIER

BUSY, BUSY, NO CARRIER

BUSY, BUSY, NO CARRIER

CONNECT 1200/XPEH

Работая в хорошем, крепком банке, я стал великим знатоком настройки модемов, пинания телефонистов, всяких шаманских способов заставлять работать модемы на проводах шестидесятых годов, проходящих через АТС сороковых. Даже умел свистеть в телефон так, что модемы пытались со мной сконнектиться на 1200. Иногда даже на 2400.

И вот раз захожу вечерком в гости в очень дружественную контору и ещё в холле слышу душераздирающие звуки NO CARRIER. Потихоньку топаю на пятый этаж без лифта. Слышу, что модем сконнектился. Сверху, из курилки на площадке, раздаются голоса:

— Не иначе %name% к нам в гости идёт.

— С чего бы?

— Да вот час дозвониться не могли, а тут вдруг на 2400, и с коррекцией, и байтики бегут быстро!

— Да не. %name% бы позвонил, чтоб пива ему купили.

И тут я выхожу на площадку…

Наша контора по сборке и ремонту компов располагалась в подвальном помещении, а несколькими этажами выше проходили курсы программистов и техников по компьютерам. Мы частенько общались с их персоналом, иногда помогали в «загадочных» ситуациях. Об одной из таких и пойдёт речь.

Спускается на лифте мужик с курсов с компом в руках и говорит, что не может понять, почему комп не работает. Включаем. Всё в норме. Мужик забирает комп и уезжает к себе. Через пять минут снова спускается: «Не работает».

Раз пять он ездил туда-сюда. У нас всё в порядке, у него в кабинете не пашет. Еду с ним на «место преступления», комп он нежно прижимает к брюшку. Поднялись, подключили, включаем. Действительно, тут не работает.

Открываю комп, смотрю подключения к материнской плате. Студенты при сборке компа перепутали контакты кнопок Reset и Turbo. Мужик, когда ехал к нам, пузом выключал «турбо», а когда поднимался к себе — включал. Демоны испарились.

Во времена, когда мышка стоила, как бутылка хорошего односолодового виски, в одной конторе удалось выгрести и отжать десятка три сдохших «координатных указателей». Мыши были свалены в большой пакет с ручками. Я повёз это добро к приятелю «третья-рука-паяльник» на ремонт и реализацию. Мышей он чинил по приколу и в охотку. Как семечки лузгал.

Ехать долго. С моим ростом почти все автобусы маловаты. В общем, плохо еду — стоя, скрюченный, пакет с мышами мешается. Тут замечаю общую знакомую — соседку того приятеля, к которому еду. И едет она, между прочим, сидя. Протираюсь к ней. Думаю, как бы её уговорить меня посадить, а её на колени взять, а то голова уже болит о потолок биться.

— Привет!

— Привет!

— Куда?

— Да вот к твоему соседу Лёше еду.

— А-а-а… Давай пакет подержу. Ух ты, чё-то это у тебя там такое пересыпается?

— Да штук тридцать дохлых мышей.

Народ вокруг резко переглядывается.

— А куда везёшь? Лёше?

— Ага.

Вокруг нас уже свободно.

— А зачем Лёше тридцать дохлых мышей?

— А он их любит…

На следующей остановке вынесло половину автобуса.

В далёкие студенческие годы отец устроил меня подмастерьем к сисадмину их фирмы.

Приходит как-то к нам девушка-рекламщица и просит спирту, чтобы мышь почистить. Даём. Уходит. Звонит: «Не получается». Подхожу посмотреть. Мышка лежит перевёрнутая и неразобранная. Девушка макает кисточку в спирт, мажет этой кисточкой шарик — и пальцем его прокручивает…

В компах действительно есть магия. Доказано еще в 60-е годы в MIT переключателем magic — more magic с одним проводником, идущим в потроха компа. Ах, вы про неё не в курсе, в отличии от шерпойнтов? The Jargon File не читали? Вот вам пересказ той истории.

В MIT, в той самой AI Lab, стоял как-то PDP-10. Из его потрохов шла одна жила к переключателю. Если покопаться, жила шла с земли в компе. Переключатель имел два положения: magic и more magic. Когда переключатель перещёлкивали с more magic на magic, машина перезагружалась.

И да, я считаю большую часть той гордой «взрослой» IT-инфраструктуры, которую вы, «большие дяди», так гордо строите, лишней. Но я не админ — так, эникеил в студенчестве.

Вбил в нижнюю часть одного сайта: «Powered by ZX Spectrum». Недавно чуть ниже появилась надпись: «Cracked by Bill Gilbert». Экстаз!

В начале девяностых в обиход молодых и борзых программистов начали просачиваться слухи о волшебном явлении «мультимедиа на PC». Никто толком не понимал, что это и зачем это. Нас просто пёрло от самого процесса писанины, а на писюках из нашей компании мало кто упражнялся. Да и какой писюк, когда в твоем распоряжении весь большой ВЦ хорошего, крепкого НИИ? Для извращений Д3-28 и ДВК хватало, а CD-ROM и саунд-бластер можно и в гостях посмотреть. Прикольно же.

В каком-то журнальчике году в 92-м нам попалась пространная статья о перспективах мультимедии. Ну, стереоочки, виртуальные стилусы, квадрозвук и в самом конце экзоскелеты. Надо заметить, журнал был на английском, кто-то его читал вслух сразу с переводом. Вдруг чтец начал хрюкать. Оказывается, некая фирма собралась выпускать экзоскелеты для гомосексуалистов. Ну, все похихикали. И тут кто-то глубокомысленно изрёк:

— А теперь представьте себе процесс альфа-тестирования всего этого дела…

Середина девяностых. В организации появляются первые персоналки. На экранах DOS 2.1 и так далее. Как-то получилось, что я стал гуру местного разлива. Со всеми вопросами — ко мне.

— Слушай, а как?

— А вот так.

— А почему?

— А потому, что…

— Слушай, откуда ты всё знаешь?

— Я хожу в туалет не с газетой, а с журналом по компьютерным темам.

Пока это было на рабочие темы, куда ни шло. А потом начался бум.

— Слышь, мой ребёнок хочет комп, какой и где лучше купить?

Я отвечаю, снова отвечаю — процессоры, память, диски, видеокарты падают стремительным домкратом.

— Ой, у меня DOS накрылся, переставь, пожалуйста.

— А у меня чёрный экран, что там случилось?

В какой-то момент меня достали. Когда в очередной раз меня спросили, какой комп купить, я ответил:

— Покупайте Макинтош. Он лучше, быстрее, графика, мышка, цветной, все тридцать три удовольствия.

Через некоторое время начались вопросы:

— А как?

— А я не знаю.

— Но ты ведь сам советовал.

— Ну да, я знаю, что Мак лучше, чем ПК, но не имею понятия, как им управлять.

Вопросы потихоньку заглохли. Можно было вернуться к нормальной работе.

Давным-давно, в далёком восьмом классе, желая писать игры, я пошёл на курсы программирования.

Прошло пять лет, подходит к концу второй курс университета. Сдаю лабы по машинной графике, ассемблеру. Перечитывая IT happens, вспомнил одну из ранних историй о бабушке-лаборантке, помогшей студенту решить проблему с компиляцией программы, перенеся объявление переменной.

И я вдруг понял, что прошли мои лучшие годы. Счастливое, беззаботное детство, когда все ошибки были времени компиляции.