Есть у меня одна знакомая — очень хорошенькая, не в меру серьёзная девушка. Очень уж ей не нравилось, что брат-раздолбай имел привычку играть на её рабочем ноутбуке. Она поделилась своей бедой со мной, и я полушутя предложил ей снести «форточку» и поставить дружелюбную Убунту. Насколько я знал, на ноуте использовались лишь браузер и текстовый редактор. Истории о дружелюбности Убунты оказались верны: с переустановкой операционки девушка справилась сама.

Узнал про всё это я только после того, как знакомая позвонила мне и задала вопрос, от которого у меня вскипел разум: «Как сделать диск как флешку, чтобы записывать на него данные без записи на диск?»

Декомпиляция вопроса показала: кроме браузера и офисного пакета, ей был нужен фоторедактор. Достойных аналогов в «Центре приложений» найдено не было. Тогда эта волшебница узнала про виртуальную машину, на которую можно поставить… правильно, знакомый фотошоп. Только адекватной передачи файлов на виртуалку она наладить не смогла: ни общая папка, ни флешка не завелись, работал только CD-привод. Когда перебрасывать фотки через интернет ей надоело, она и задала мне тот вопрос.

Дело закончилось установкой GIMP.

Ввиду переезда на новое место обитания и непопулярностью моей профессии там (инженеры-химики на курортах не котируются) по знакомству устроилась бухом — с нормальными мозгами выучиться недолго, да и работа непыльная.

Недавно поймала себя на том, что мировосприятие как-то резко изменилось: читаю очередную цитату на «Баше» и не вкуриваю, что же должно быть смешного. Оказалось, что мозг, испорченный бухгалтерской практикой, аббревиатуру ОС воспринимает исключительно как «основные средства». А ведь раньше я на 100% была уверена, что это «операционная система»!

Это, собственно, к вопросу о взаимоотношениях бухов и айтишников. Ребята, мы с вами немного на разных языках говорим, пусть даже они и принадлежат к одной восточнославянской группе.

Кадровичка по дурости удалила папку, прибежала: «Восстанови!» Сказал, что бэкап будет только вчерашний. Тётушка поинтересовалась, когда делается бэкап и как. Удивился, показал, объяснил, что скрипт срабатывает каждой ночью. Кадровичка сказала, что данные нужны сегодняшние, и она подождёт до завтра, когда сделается сегодняшний бэкап.

Я — айтишник «железного» толка. Основной род деятельности — обслуживание аппаратного обеспечения. Почистить компьютер или ноутбук от пыли, увеличить память, смазать вентилятор, заменить батарейку или конденсаторы на материнской плате, дисплей в сотовом телефоне, отремонтировать блок питания, монитор и тому подобное. В ПО я тоже разбираюсь, но слабо, и только в линуксовом.

Объясните, почему некоторые из моих знакомых вбили себе в голову, будто я — хакер? Почему они иногда обращаются ко мне с нелепыми (хотя и понятно, что полушутливыми) вопросами: «А ты можешь взломать банк или опсоса, чтобы не тарифицировались звонки?» Как объяснить им, что если человек умеет разбирать, собирать и чинить компьютеры, ноутбуки и мобильники, это вовсе ещё не означает, что он умеет всё это «взламывать» — да и если умел бы, ни за что не стал бы этого делать, потому что подобные деяния преступны и наказуемы?

Возможно, наблюдение за процессом разборки-сборки разнообразного железа действует на непосвящённых завораживающе, оттого у них и возникает подобное впечатление. Но как объяснить им, что «железячник» и хакер — это вовсе не одно и то же? Как заставить их раз и навсегда отвязаться с подобными нелепыми вопросами?

Прочитал историю про аппаратный файрвол, посмеялся, а потом и сам вспомнил недавнее происшествие.

Решил брату собрать компьютер, а тут как раз подвернулось ехать в родной край. Упакованный в коробку системник в одной руке, в другой — сумка. На входе на вокзал встречает меня милиционер-охранник и интересуется, что это у меня такое. Отвечаю: системник брату в подарок. Милиционер понимающе кивает, но не теряет бдительности: «Давайте проверим». Достаёт свою железку, со всех сторон обводит системник и, видимо, чтобы окончательно убедиться, спрашивает: «Ничего запрещённого не везёте?» В голове крутятся мысли: оружие в корпусе можно провезти, наркоту, что ещё? А милиционер продолжает: «Ну, винду пиратскую не ставили там случайно?» Было дело, чего греха таить, но сказал, что брат сам поставит, не маленький уже. Не улыбалось мне идти на проверку — и без того опаздывал.

В магазине электроники я работаю консультантом. Покупатели бывают разные: тихие и буйные, весёлые и злые, но в особую категорию попадают начитанные и «а у меня друг — программист». Одно радует: как правило, такие чудят, но не буянят.

— Молодой человек, а у вас девайсы есть?

— Конечно есть.

Я делаю паузу, пока девушка не найдёт в сумочке записку с описанием искомого устройства. Отвлекаясь от сумки, она поднимает на меня вопрошающий взор:

— Ну?

— У нас есть разнообразные девайсы. Что именно вам нужно?

— Мне нужен девайс! — чеканя каждую букву, говорит девочка.

— Понимаете, девайс — это всё, что продаётся в этом магазине. Всё-всё, абсолютно всё!

— (Задумчивый вздох.) Нет. Не понимаю.

— Девушка! «Девайс» в переводе с английского — «устройство». Теперь вы меня понимаете?

— Кажется, понимаю… А-а-а, — раздаётся радостный возглас, — я забыла!

Через мгновение появляется заветный клочок бумаги. Девушка протягивает его мне. Большими буквами: «Девайс USB 16 GB».

— Так вам USB-флешка нужна!

— Ну да! А я вам как сказала?

Очень многие пишут мне по мылу. Пишут пользователи с точек, пишут сотрудники из офиса, пишут разработчики-аутсорсеры. Сегодня переписка вышла на новый уровень:

Привет. Хочу изменить свою фамилию на сайте.

Как это сделать?

С уважением

Московский Вокзал, Санкт-Петербург.

Что из этого фамилия? И куда после этого будут приезжать поезда?

У знакомых перестал определяться навороченный струйник не на гарантии. Выяснилось, что погорела матплата. Решили узнать в сервисе, во сколько нам она обойдётся. На том конце ответила девушка с прелестным голосочком.

— Вы ремонтом струйных принтеров занимаетесь?

— Да, конечно, диагностика стоит 250 рублей.

— Скажите, а замена материнской платы на такой-то модели во сколько обойдётся?

— Это выяснится после диагностики. Диагностика стоит 250 рублей.

— Да мы сами уже определили неисправность — дело в матплате. Во сколько нам встанет по деньгам радость её замены?

— Диагностика у нас три дня. После диагностики технический специалист созвонится с вами. Диагностика стоит 250 рублей.

— Уфф… Девушка, вы могли бы соединить меня с техническим специалистом?

— Вам всё равно придётся сдать оборудование на диагностику. Диагностика стоит 250 рублей.

— Да заплатим мы вам за диагностику, не беспокойтесь! А сейчас, будьте добры, соедините с техническим специалистом.

— Его сегодня не будет, но вы привозите принтер и оставьте на диагностику. Диагностика стоит…

Замдиректора накидал техзадание на написание очередного отчёта одинэсникам фирмы. В курилке спросил меня, руководителя IT-отдела, когда будет готово. Поделился со мной: сам когда-то в молодости работал программистом, знает «всю эту кухню» и уверен, что отчёт программируется легко и быстро. Между прочим поинтересовался:

— Вы же его на ассемблере пишете?

— Нет, на 1С, — ответил я, сдерживаясь.

— Ну, тем более!

Работаю штатным кодером в маленькой европейской стране. Меня всегда умиляла реакция людей, которым повезло заглянуть в мой экран и увидеть там что-то типа:

class Destructor() {

public function get_parent_location() …

public function kill_children() …

public function kill_child_by_parent() …

}

Чаще всего удавалось отшутиться и вовремя объяснить, что это всего лишь заготовка под проект для управления различными деревьями данных, но на прошлой неделе везение кончилось. Новый секретарь, присевшая за мой ноутбук с моего же разрешения, не стала терять времени даром и тем же вечером позвонила в службу безопасности, очевидно, решив, что видит программу управления каким-нибудь спутником-шпионом или бомбой с искусственным интеллектом. Последствия бдительности гражданочки я разгребаю до сих пор.

Коллеги, будьте внимательны — избегайте контакта запуганных юзеров с открытым кодом!