Отсылаю очередную выделенную порцию из базы данных на удалённый компьютер. Приходит ответ на посылку с ошибкой:

s2i_loader: Неожиданный конец файла среди информационных полей.

Задумался о жизни.

Настройка роутера через RDP — к дороге.

Праздновали на днях день рождения огромной толпой. Как полагается, красивые девушки, головная боль с утра... Только вот уборку захотелось сделать сразу, ничего не дожидаясь. Весь хлам распихали по пакетам и выкинули в мусорный бак. По пути встретились пенсионеры, устроившие субботник.

Часа через три, уже протрезвев, я понял, что случайно выбросил флешку с очень важным проектом вместе с грудой хлама. Думаю, чёрт с ним, не обломаюсь, пойду и заберу пакет. Прихожу и вижу: эти пенсионеры со своим субботником завалили весь бак ветками и строительным мусором. На дворе день, люди ходят. Ладно, думаю, вечером бомжару найду, чтобы достал за пиво. Дожидаясь темноты, ищу ненужные вещи, фонарик и нож на случай, если совсем всё будет плохо.

Первый час ночи, на улице ни души, фонари не горят, я в маске-шапке с прорезями двигаю к баку. А долбаные коммунальщики весь мусор уже убрали! Понимаю, что впервые в жизни не рад оперативной работе мусорщиков. Эх, не стать мне матёрым хакером, как Кевин Митник, который извлекал ценные данные из помойных баков!

Работал я во второй половине девяностых в немаленькой конторе. Только что перешли окончательно на 95-ю винду — мышки стали таким же важным инструментом, как и клавиатуры, и проблема с грызуном реально тормозила работу. В ходу были оптомеханические мышки: покрытый резиной тяжёлый шарик, катаясь по поверхности стола, крутил колёсики с прорезями, которые вращались между светодиодом и фотоприёмником и таким образом генерировали прерывыстые сигналы, понятные компьютеру. Проблемы были простыми: пережатые жилки мышиного хвостика, «культурный слой» на валиках, постепенное старение, с которым боролись сближением светодиода и фотоприёмника, и естественная смерть.

В один прекрасный день мышки у части сотрудников стали вести себя странно. Приходит народ на работу утром в понедельник — мышка в лучшем случае еле двигается. К обеду положение улучшается. Дело к вечеру — опять та же история. Как будто с утра у мышки «после вчерашнего» ничего как следует не работает, а вечером — от усталости. И так каждый день.

Живая? Ага, как же. Я сам переученный левша и почти одинаково хорошо владею обеими руками. Мышку привык держать в левой руке, так как правой удобнее набирать на цифровой клавиатуре и играть, конечно. При очередном вызове вначале проверил, что, действительно, мышке поплохело, а потом по привычке поменял руку, и — о чудо! — мышка излечилась. Что за хрень? Вернул назад — опять «отстаньте от меня, дайте полежать спокойно». Не стал я грозных слов говорить, а разобрал манипулятор, снял верхнюю крышку и проверил, как работает, крутится и движется всё, кроме курсора на экране. Накрыл мышку ладонью более тщательно — наступило явное улучшение. Я взял ножницы и чёрную бумагу, которая как раз осталась после распаковки новой мебели, вырезал кусочек по форме верхней части корпуса мышки и вставил внутрь. «Похмелье» и приступы послеобеденной лени у мышки как рукой сняло. Аналогичная операция над остальными мышками тоже помогла — работали они, пока не умерли от старости через пару лет.

Шаманство? Ничуть. Я уже упоминал светодиоды и фотоприёмники. Естественное старение ухудшает их характеристики, в результате они становятся более чувствительны к помехам. В данном случае помехой стал свет. Проблемы с мышкой появлялись у сотрудников, которые сидели у окна, через которое по утрам лился яркий свет, а вечером все включали настольные лампы. Корпуса мышей светло-бежевого цвета неплохо пропускали свет — вот и забивал этот свет полезный сигнал. Конечно, можно было предложить обнимать мышек более страстно, что сокращало бы площадь, освещённую солнцем и доказывало наличие биополя и астральную связь между человеком и мышкой. Но мы, люди приземлённые, все эти тонкие материи заменили обрывком бумажки. Вспомните Оккама — не плодите лишние сущности, а оглянитесь повнимательнее вокруг и перелистайте школьный учебник физики.

Вот кто-то тут говорит, что компьютеры — бездушные железяки. Не соглашусь. Мало того, у них еще и гендерные различия есть.

Купила я себе один из первых нетбуков для выездной работы — удобнее калькуляцию делать прямо при клиенте. Бук хорошо себя вёл только первые три месяца, а потом упал в обморок прямо у меня на руках на встрече с очередным заказчиком. Приношу в сервис — оживает прямо на столе у приёмщика. Только из сервиса вышла, села на лавочку, включила — опять обморок. Пошла в другой сервис. Там мою зверушку чинили неделю, а ещё через неделю с теми же симптомами нетбук лишился чувств.

Я задумалась. Может быть, нетбук мой — на самом деле трепетная барышня, желающая работать только в надёжных мужских руках? А тут друг ко мне пристал: продай, говорит, свою зверушку. Что ж делать — у меня она явно работать не хочет. Продала. И таки шо вы себе думаете? Она работает у друга вообще без проблем. А я купила себе другую модель того же производителя — видимо, оказался мальчик, потому что живем мы с ним душа в душу.

Ничто не ново под луной. Проблемы отношений между админами и бухами всплывали и раньше, правда, слегка в других формах.

Лаборант и медички

1

Он сидит среди реторт

И ругается, как чёрт:

«Грымзы! Кильки! Бабы! Совы!

Безголовы, бестолковы —

Йодом залили сюртук,

Не закрыли кран... Без рук!

Бьют стекло, жужжат, как осы...

А дурацкие вопросы?

А погибший матерьял?

О, как страшно я устал!»

Лаборант встаёт со стула.

В уголок идет сутуло

И, издав щемящий стон,

В рот сует пирамидон.

2

А на лестнице медички

Повторяли те же клички:

«Грымза! Килька! Баба! Франт!

Безголовый лаборант...

На невиннейший вопрос

Буркнет что-нибудь под нос;

Придирается, как дама, —

Ядовито и упрямо,

Не простит простой ошибки!

Ни привета, ни улыбки...»

Визг и писк. Блестят глазами,

Машут красными руками:

«О, несноснейший педант,

Лаборашка, лаборант!»

3

Час занятий. Шепот. Тишь.

Девы гнутся, как камыш,

Девы все ушли в работы.

Где же «грымзы»? Где же счёты?

Лаборант уже не лев

И глядит бочком на дев,

Как колибри на боа.

Девы тоже трусят льва:

Очень страшно, очень жутко —

Оскандалиться не шутка!

Свист горелок. Тишина.

Ноет муха у окна.

Где Юпитер? Где Минервы?

Нервы, нервы, нервы, нервы...

Саша Чёрный, 1909 год

Позвали меня как-то в одну контору перенести оракловый сервер на новое железо, так как старое начало подавать признаки скорой кончины. Задача знакомая: инсталлирую сервисы, настраиваю основные параметры, заливаю базу через импорт-экспорт. Запускаю для проверки пользовательское приложение, написанное кем-то неизвестным на коленке — ошибка, причём дурацкая: «Параметр не является датой». На старом сервере то же самое приложение запускается без проблем. Настройки сервера в порядке. Сравниваю содержимое таблиц — байт в байт. Серверы одинаковые, но на первом прога работает, а на втором — нет.

Воевал с ошибкой до утра. Под конец уже думал, что умом тронулся, ибо в природе такое просто невозможно... В конце концов, конечно, нашёл. Оказалось, что приложение было написано с ошибкой в тексте запроса, вследствие чего в оператор TO_DATE() мог попасть текст, действительно не являющийся датой. Проблема же эта нивелировалась другой ошибкой, но уже на стороне сервера: на нём с рождения ни разу не собирали статистику. В результате то самое кривое значение не попадало в оператор из-за кривого плана выполнения запроса. Настраивая же новый сервер, я машинально поставил сбор статистики на таймер — для Оракла это правильно. Умный оптимизатор сразу же поменял план запроса, и две ошибки перестали компенсировать друг друга.

В общем, уходил я из той конторы под утро злой, с одной мыслью: 99% айтишных проблем мы создаём себе сами, когда ленимся выполнить мелкие, но обязательные вещи.

Господи, благослови моего финдиректора, которая умеет програмировать в 1С и при этом спрашивает меня, можно ли совершить даже малейшую операцию на БД. Благослови девочек-администраторов, которые при открытом админском доступе к серверу спрашивают моего высочайшего разрешения на любое действие. Благослови гендира, который советуется со мной по любому поводу. Благослови всех тех, кто, если что-то не понимает, сначала звонит мне и спрашивает, что делать.

Господи, благослови адекватного юзера.

Работал я как-то во внеурочное время админом в конторе спутниковой системы безопасности автомобилей. Была у меня любимая юзерша — девочка умная, но патологически не умеющая или не желающая решать мелкие проблемы.

Однажды лёгким движением мышки я переместил вверх панель задач. Я не понял, как я это сделал. Состояние сонное: три часа нонстоп-десматча не дают мозгам шевелиться в привычной плоскости. Несколько минут попыток повторить действие, скептический взгляд на предлагаемые ссылки в Гугле. Вывод желающего спать сознания: «Это слишком просто для меня, нужна помощь».

На стол ставятся две чашки кофе, тарелка с пирожками, открывашка для пива. Зовётся на помощь она:

— Что, спать хочется? А ну-ка, сюда поди, дело есть. Мстить буду.

Посмеявшись и возвратив склад скопившихся подколок о незнании шайтан-системы, девушка в один лёгкий щелчок вернула панель на место. Томный взгляд юзерши упал на кружку кофе, точнее, на то, что под ней. Глаза оживились:

— Это что такое?

— Дискета трёхдюймовая. Древняя флешка на полтора мегабайта.

— А-а-а! Так вот откуда значки сохранения и Тотал Коммандера!

— Это ещё ничего. Вот, смотри, что есть, — приподнял я тарелочку, под которой приютилась пятидюймовка.

— Ого! Я таких с курсов PHP не видела. Нам препод притаскивал — показывал, будто диковинку заморскую.

— Палишься...

— @#$! Палюсь!

И тут-то, допив кофе и откупорив припасы тёмного, я узнал, что основной заработок у девушки — не ночные дежурства на телефоне и отлов угнанных машин по карте, а фриланс в веб-проектах, и что ей очень сложно потой «делать дурочку», вызывая меня. Девушка сдала мне всех сотрудниц, что тоже практикуют «ложные вызовы», в обмен на обещание чаще составлять компанию.

Пользователи хитрее, чем вы думаете.

Нам тоже стоит иногда строить из себя юзверей.

Дискеты ещё долго будут жить в наших сердцах (или под чашками).

А презервативы, припасённые для рабочих нужд, приятнее использовать по назначению.

Насколько надо было разочароваться в производителе собственной звуковой карты, насколько надо было намучаться с постоянно пропадающим звуком, чтобы папку, в которой лежат драйверы, назвать «Конкретная печаль»?