Оптики из дружественной организации рассказывали, что где-то в области аборигены спросили:

— Медь?

— Не! Стекло. Во, смотри: нету меди.

— А-а-а… А когда будет?

Достали теоретики и начальники в построении сетей.

— Линк более 80 метров — это фигня, кто вас учил работать?

Я отлично знаю, какого кабеля сколько метров тянуть. И не вам меня учить, сколько метров «линк» делать. Может, на том дешёвом китайском кабеле почти пятой категории, что вы брали, и 60 метров — это много, но мне-то что с того?

— Скрутки делать нельзя, медь в месте соединения окисляется!

Ага. А когда вы кабель обжимаете, «эржешку» к кабелю вы тоже припоем вешаете?

— Одна скрутка — это 20% потерь.

Прикола ради с ребятами проверили на стометровом куске кабеля с десятком скруток. Потерь не нашли.

— В подъезде (на техническом этаже) надо использовать кабель для внешних работ.

Ага, а потом придёт пожарный инспектор и вставит мне пистон: при горении изоляции кабеля для внешних работ выделяется недопустимое количество отравляющих веществ.

Отчего же эти профессионалы-теоретики теряются от элементарных вопросов: «А почему витая пара — „витая“? Почему шаг завивки разный у разных пар?» Я-то свою работу знаю, а они?

В саппорт звонит истеричная дамочка:

— Молодой человек, это какой-то ужас! Ни в какие рамки!

— (осторожно) В чём заключается проблема?

— Я недавно подключилась к вашей сети, мне про неё так хорошо рассказывали. Сейчас я очень сильно спешу на работу, мне нужен ноутбук, и я не могу вытащить чёртов кабель! У меня все пальцы синие, я все ногти пообломала! Сделайте же что-нибудь!

— Э-э-э… Понимаете, ноутбук наверняка новый, коннектор неразработанный, такое бывает у новых деталей. Попросите кого-нибудь из мужской половины человечества — думаю, вам помогут.

— Да я просила, умоляла, они тоже ничего сделать не могут! Даже плоскогубцами!

Даже не знаю, плакать или смеяться.

— Приношу извинения, но вряд ли я смогу помочь вам удалённо…

— Да что же это такое, вчера вечером интернет не работал, сегодня кабель вытащить не могу! Что вы за связь! Пошли вы к чёрту!

Работаем с приятелем в одном из отечественных банков. Занимаемся, как полагается, много чем, но последние несколько месяцев основная доля времени и внимания уделяется инсталляции новых банкоматов. Так вот, поставили свеженького офисника, всё настроили, проверили, отвезли на место, подняли в тестовой базе, проверяем выдачу. Тестовые деньги изящно сваливаются внутрь диспенсера. Заблокировали интерлок, выдвинули диспенсер — заработало! Засунули обратно — работает, но на второй попытке опять косячит. Дико матерясь под нос на грузчиков, что доставляли железяку до места, начали проверять всю механику транспорта — никаких проблем. Странно.

Провозились добрых часа два, наблюдая за стохастическими сменами работы/неработы выдачи. Лишь случайно заглянув в глубину сейфа, обнаружили причину: когда мы выводили шнур питания на ИБП, излишки немного подпихнули обратно в попу банкомата, подальше от злых уборщиц. Натяжение шнура снизилось, и он иногда краем касался ремней транспорта, сбивая денежки с «пути истинного».

Если уж что-то не работает по необъяснимым причинам, начинайте проверку с исключения внешних факторов.

Я — дальтоник. Не в самой тяжёлой стадии (когда светофор чёрно-белый), но с оттенками цветов у меня проблемы. Скажем, светло-зелёный я вполне могу не отличить от светло-оранжевого, а тёмно-зелёный — от коричневого. Вы уже догадались, к чему я веду?

Да-да, весьма напрягают производители витой пары, у которых по непонятной причине временами сбивается контраст на оранжевых, зелёных и коричневых цветах. Временами цвета начинают «гулять» и на сетевых розетках. Когда повсеместно использовалась стомегабитная сеть, было проще: обжимал по двум парам, которые чётко мог идентифицировать. Сейчас, в эпоху гигабита, приходится на склад за очередной партией витой пары ездить, как дизайнеры ездят на смотрины профессиональных мониторов: цвет нравится или не нравится.

Если кому-то попадётся моя «дальтоническая» разводка — sorry, guys! Я прекрасно знаю стандарты TIA/EIA, только на кабеле их определить не смог.

Сидели с приятелем. У него зазвонил телефон; судя по репликам, люди не могли поставить привод в компьютер. Все перемычки были выставлены правильно, но всё равно один из приводов не распознавался. «А поднесите шлейф к телефону и проведите по нему быстро ногтем», — попросил приятель. Удовлетворённый услышанным, сказал, что нужно сменить шлейф с 40- на 80-жильный.

— А почему ты их не попросил жилы сосчитать?

— Если считать, ошибиться легче.

Как-то занесло меня в одну организацию, что недавно переехала в новый офис. Проблема: нет сигнала на одном из телефонов. Офис трёхэтажный, на втором этаже — шкаф малопонятного вида, в котором лежит всё оборудование. Пятьдесят мест для сотрудников, хотя по факту юзеров не больше десятка, включая грузчиков и директора.

Переобжим кабеля ничего не дал — значит, обрыв на линии. Открываю шкаф с оборудованием, и меня сшибают провода, аккуратно смотанные в шар и висящие на сгибах по зданию — есть вытащить концы из телефонов и компов, конструкция может развалиться. И это офис класса «А»…

Звоню электрику, автору кабельной системы. Приехать в рабочее время он не может. То да сё, говорю, надо найти провода от определённых телефонов. Прихожу через день на работу и вижу: по коробам проведён новый проводок, заплетён в общий клубок и подписан: «Готово».

Протягивали мы оптоволокно через подвал одного здания — очень корявого, надо сказать. Ни тебе технологических отверстий для кабелей, ни электрической проводки — пришлось самим тянуть переноску аж за 300 метров. Темень, сырость и бетонные стены по полметра толщиной в самом узком месте. После пяти часов с перфоратором мы с напарником чувствовали себя шахтёрами-забойщиками. Рождались мысли о том, как хорошо бы из пушки стену эту прошибить или направленным взрывом. Во время нечастых перекуров на поверхности мы делились всё новыми идеями. С нами курил мужичок лет за пятьдесят. Оказался мастер, своего рода коллега. Услышав наши домыслы «хорошо бы из гаубицы», он рассказал поучительную историю.

В начале 80-х в одной несекретной военной части потребовалось прокинуть электричество туда, где его не было, оттуда, где оно было. Кратчайший путь — самый верный: тянуть было решено частично по старому бункеру, частично по небольшой траншее. Рассказчику «посчастливилось» оказаться в группе, которая должна была проделывать технологическое отверстие в стене бункера. Каких-то два метра железобетона. Перфораторов в то время не было, но были ломы и такая-то мать. Проделать ломом дырку глубже его длины не получилось. Особым распоряжением командира части были выданы два взвода в помощь, но человеко-часы решали не всё. Дырка была уже большая, но короткая; с другой стороны вырыли уже целый котлован, оголив изрядную часть стены несчастного бункера, и шли навстречу, но, видимо, мимо.

После трёх дней, полных нечеловеческих усилий и ненормативной лексики, приняли судьбоносное решение: использовать оружие. В бункер в разобранном виде затащили безоткатное орудие. Ящик снарядов, полный бункер пороховых газов — и умная, но запоздалая мысль, что нужно бетонобойное орудие, а не малокалиберка-безоткатка.

К счастью, никого не убило и не покалечило во время дыркопроделывательной операции. К этому же счастью появился генерал с негласной проверкой — слухи о разрушении бункера дошли до командования. Генерал выяснил обстоятельства, тяжело вздохнул, взял командира части и приказал принести лопаты в количестве двух штук. Одну взял сам, другу вручил командиру и начал рыть канаву вокруг бункера, попутно читая лекцию на тему «Умный в гору не пойдёт». Где-то полчаса они вдвоём трудились, потом генералу это дело наскучило, и он отбыл восвояси, приказав через неделю проложить свет и привести бункер в исходное состояние.

Вернувшись однажды с работы, я обнаружил отсутствие инета. Сообщение «сетевой кабель не подключён» вызвало подозрения, и я начал проверять кабель. Уже в общем коридоре нашего многоквартирного дома обнаружилась аккуратная скрутка. Разматывая изоленту, я уже сильно сомневался, что проблема здесь: скрутку делал человек явно опытный, а не шальной сосед.

Предчувствие меня обмануло. Проводя домофон, горе-монтажники порвали дрелью витую пару и, решив по-тихому исправить, скрутили полосатые и одноцветные проводники вместе: оранжевый с оранжево-белым, синий с сине-белым…

За достаточные познания в компах и умение объяснять на пальцах меня отрядили помогать в освоении компьютерной техники выпускникам интерната, которые ходят в наш храм. Дело хорошее: нервотрёпка с многократным объяснением азов с лихвой гасится прекрасным отношением к моей персоне.

У семейной пары испортился музыкальный центр — чейнджер переклинивает. Забираю в ремонт. Ковыряюсь, ни фига не понимаю, в чём дело, зато понимаю, что такой громоздкий агрегат с кучей кнопок, подписанных не по-нашему, им не нужен, а колонки к компу с независимым радио маме могут пригодиться. Предлагаю им купить новый центр, поменьше и попроще, в обмен на старый. Получаю добро. Рою интернет-барахолки. Вижу замечательный аппарат Aiwa с нерабочим кассетником. Ладно, в перспективе оцифрую. Еду на другой конец Москвы, слушаю, смотрю. Супер! Пульт ДУ, трёхсторонняя кайфово крутящаяся панелька с кнопочками, звук — красота. Провода крепятся на зажимах с обеих сторон — если вдруг порвут, колонку вскрывать не надо. Покупаю, отвожу, даю ЦУ, еду по делам.

Звонок: «Нету звука». Говорю, вырубайте и договаривайтесь с персоналом о посещении. Прихожу. Осматриваюсь. Вроде всё правильно: стоит ящик, слева-справа колонки, по две жилы из мотка провода идут по колонкам и к центру. В непонятках выкручиваю ручку громкости — система тухнет. Полностью. Секунд через пять получилось врубить. Осматриваюсь. Цвета совпадают, контакт хороший. Отслеживаю ещё раз. На подоконнике мною смотанные два двужильных провода, из которых отходят четыре конца на две колонки и в линейный… Яп-понский магнитофон! Разматываю моток — так и есть, один провод соединяет колонки (что никого не волнует), а вот второй…

Самое обидное, что люди всё делали по инструкции, и виноват вышел я. Но так как настоящая японская электроника делается на совесть, колонки вскоре запели обалденным женским голосищем с принесённого для проверки и оставленного там для рекламы диском малоизвестной питерской группы, а история всего лишь осталась уроком на добрую память.