Преподаю на кафедре высшей математики в одном уральском вузе, заодно учу информатике детишек в лицее при этом университете. В девятом классе с детьми мучаем Паскаль — одно веселье.

Девочка-отличница (как меня заверила классная руководительница) пишет программу с оператором IF и вдруг подзывает меня к себе: не работает, мол. Смотрю.

if a=5 then do <...>

Далее — ещё несколько строк, а затем многократное повторение строчки then do <...> один в один.

— Зачем так часто?

— Чтобы компьютер не забыл!

На сборах по проге был контест на тему «Сортировка кучей». Переворачиваю листик с условием. В глаза врезается крупная надпись:

ХИПУЙ!

Сначала стало страшно, затем смешно. Так весёлые преподы назвали программу, выполняющую операции с heap’ом.

На первом курсе мне казалось весьма необычным, что на специальность, очень тесно связанную с информатикой, поступили люди, которые до этого лишь в компьютерные игры гамали да в инете сёрфили, а ничего серьёзного о загадочном железном ящике под столом и слышать не желали.

Однажды один из одногруппников очень уж рьяно интересовался моим времяпровождением на минувших выходных. Скрывать мне было особо нечего, и я предельно честно сообщила, что возилась с кулером для проца, который пришлось менять. Мальчик остался в недоумении, а я очень уж удивилась, что люди не знают таких простых вещей, и поспешила найти других единомышленников в группе:

— Ха! Настя, представляешь, Вова не знает, что такое кулер!

— Оу, ну он балда! Не знать, что есть такое пиво!

Так ответила Настя, а я на всю жизнь запомнила, что не всё то айтишник, что на IT-специальность поступил.

Попросили написать для одного двоечника программу, которая складывает два uint64_t и результат сохраняет в виде 128-битного числа, которое надо реализовать как класс. Поняв сразу, что парень задолбает, если работать напрямую с ним, я решил общаться через знакомого, который по несчастному стечению обстоятельств оказался его одногруппником.

Первый раз задание дано было в виде «реализовать класс 128-битного числа и операции сложения/вычитания», что и было сделано. Через какое-то время было сделано уточнение, что надо складывать 64-битные числа, а результат представлять в 128-битном виде. Сказано — сделано. На всякий случай прокомментировал каждую строчку (кроме пустых, скобок и совсем очевидных типа присвоения), причём на строку кода приходилось строки три подробных комментариев. И что бы вы подумали? Отзыв поверг в пучину отчаяния и заставил биться головой обо все твёрдые предметы:

Двоечник: очень сложная программа

Одногруппник: Хм, ну-ка гляну…

Одногруппник: Ну, ХЗ. Там комментариев больше, чем кода.

Одногруппник: Если бы я писал, то написал бы примерно то же самое.

Двоечник: там комментарии не на моём языке(

Двоечник: я их не понимаю

Сначала я честно подумал, что конвертировать файл из UTF-8 в CP1251 было лишним, но на вопрос о кодировке было сказано, что у двоечника винда, и дело не в кодировке, а в прокладке между клавиатурой и стулом.

Что этот парень забыл в одном из лучших технических вузов Питера, да ещё и курсе на третьем-четвёртом, я до сих пор не понимаю.

Учился я в конце девяностых в одном славном техникуме в промышленном центре Нэзалэжной. Начинал познавать азы программирования не на чём-нибудь, а на чуде советской инженерной мысли — программируемом инженерном калькуляторе «Электроника МК-61» киевского производства.

Поначалу, как и многие, баловался еггогологией, затем учился делать программки (вот когда пригодились блок-схемы), а потом играл на нём же в игры (тогда первым источником игрушек была приобретённая на рынке книга). Естественно, программки забивались в память калькулятора ручками и хранились там до первого выключения аппарата. Освоение игрушек дало повод к освоению недокументированных возможностей калькулятора, а именно воспроизведения на его семисегментном индикаторе букв, слов и целых выражений. Например, «8Е----0» обозначало, что в баке гоночной машины в одной из игрушек закончился бензин.

Одним прекрасным осенним деньком, сидя в кабинете физики на паре, я заметил на стене возле доски увеличенную стендовую модель калькулятора, завешанную плакатами. Задав вопрос преподавателю насчёт агрегата, я получил приглашение выйти к доске и проверить работоспособность стенда самостоятельно.

Я вышел. Где-то в глубине учительского стола щёлкнул тумблер, загорелось нежным зеленым светом табло калькулятора, и я принялся усиленно нажимать кнопки на стенде. На экране мелькали какие-то цифры, символы, экран тух и включался, цифры и буквы сменяли друг друга с немыслимой скоростью. За моим клацаньем следила вся аудитория. Я слышал, как студентки перестали шептаться между собой и внимательно следили за происходящим. Следил и преподаватель, наклонившись над своим столом и внимательно смотря на экран.

Нажав последнюю кнопку, я резко повернулся лицом к аудитории и почти театрально, разведя руки в сторону, произнёс финальную и единственную фразу: «Всё!»

Я слышал, как у преподавателя упала на стол челюсть.

Я видел восхищённые и озадаченные лица своих одногрупников.

Над моей головой на экране, как на плакате, сияла мягким зелёным светом надпись:

−ВСЕ−

Курсовая работа для не-программистов. Нужно сделать формочку с двумя кнопками. По нажатии одной из них вылезает «Превед» и результат операции «2 + 2», по нажатии другой не вылезает ничего. Время написания — десять минут, из них пять тратятся на поход за стопкой чая.

Оформление. Распечатка программы, скриншот программы до выполнения, скриншот программы после выполнения, блок-схема, пояснительная записка с описанием каждой строки программы… Третий день пытаюсь собраться с силами.

Она не имеет никакого отношения к IT. Она вообще не имеет никакого отношения к компам. Она — Продвинутый Пользователь. И, что самое ужасное, она — преподаватель. Не информатики, слава богам, а спецдисциплины в одном задрипанном техникуме. Сдать зачёт? Делай презентацию. А она пока посетит курсы повышения квалификации, на которых ей скажут…

Когда студент принёс красивую интерактивную презентацию с кучей гиперссылок на источники, хитро спрятанными секретными слайдами, сложной, но продуманной системой переходов, с кнопками, с минимумом анимации, дабы она не отвлекала от сути, с диаграммами и графиками, студенту в зачёте отказали. Потому что на каждом слайде, вне зависимости от темы, концепции, вида и цветового решения презентации, должно быть Выделенное Красным Ключевое Слово.

— Я была на курсах повышения квалификации, и там нам это всё объяснял специалист компьютерных технологий, — сказала она.

2000 год. Техникум, не имеющий никакого отношения к IT. Информатика, контрольная по двоичному счислению. Преподаватель — бывший боксёр, а ныне любитель выпить. В общем, картина ясна: сидит препод с красным носом и перегаром, а напротив — 25 раздолбаев, которые компьютер-то не видели, а их заставляют нолики с единичками рисовать.

Тут один кричит: «Я решил!» Подходит к преподавателю, даёт тетрадь, а там: «1 + 1 = 50 р.» Преподаватель немного задумывается. «Ну что же, ход решения правильный, но ответ неверный!» — зачёркивает «50» и пишет «100».

В одной средней школе в один среднепрекрасный день на один комп хуже среднего потребовалось срочно установить банальный MS Office. Задача осложнялась тем, что комп 1997 года сборки не имел ни USB-разъёма, ни CD-привода. Сетевуха, правда, была — увы, неисправная.

О вариантах выхода из положения можно, конечно, порассуждать ради интереса. Мне же, хоть я и админ-инженер-эникейщик-швец-жнец-на-дуде-игрец, наиболее здравым решением показалось дойти пешком до магазинчика (пять минут) и купить дешёвенький CD-ROM — тем более, что он ещё пригодится пользователю реставрируемой развалюхи. Именно эти соображения я изложил в ответ на директорскую просьбу о помощи.

Директор почти всё поняла, но никак не могла отказаться от последнего шанса сэкономить и обратилась за дополнительной консультацией к Великому Гуру — десятикласснику, «шарящему в компьютерах». А вдруг! К тому же с развалюхой он должен был быть хорошо знаком: каждую неделю всем ученикам приходилось общаться либо с ней, либо с любой другой из десятка ей подобных в кабинете ИКТ.

— Дорогой Великий Гуру, ты не можешь установить Ворд на вон тот компьютер?

— Да без проблем! — гордо, вдохновенно и просветлённо воскликнул Гуру, схватил установочный диск и вприпрыжку понесся выполнять миссию. Чуда не случилось.

— Ой, тут же CD нет… — через минуту обречённо развел руки Гуру. Директор полезла за кошельком.

И ведь этот конкретный Великий Гуру был взаправду умным учеником. Только школяры от профи не объёмом ума отличаются и даже не объёмом знаний, а объёмом самомнения — главной причиной самых глупых ляпов. Мораль ясна?

Был я (да и сейчас осталось немного) в студенческие годы большим раздолбаем. Во время учёбы было у меня два увлечения: получать автоматы по всем дисциплинам, связанным с компами, и прогуливать как можно больше пар. Не знаю даже зачем, ибо половину прогулянного времени я проводил в университетской библиотеке.

На третьем курсе нам решили ещё раз преподать Паскаль, в этот раз по соусом высшей математики. Дескать, реализация известных математических алгоритмов в «великой» среде, которая уже тогда успела устареть. В общем, это всё надоело сразу после начала вводной лекции, и интересовало меня только одно: как получить автомат, чтобы не спалиться на экзамене? Препод, классный мужик, чуть ли не сразу объявил:

— Кто хочет получить автомат, найдите себе напарника и подойдите ко мне после пары. У меня есть специальное задание.

Само задание обсуждать нет смысла, да и не помню я его, а вот к «оформлению» были строгие и конкретные требования:

1) Программа должна быть выполнена в виде объявления функции с требуемым алгоритмом и примером вызова этой функции.

2) Принести её надо на двух трёхдюймовках.

3) Сразу сдать распечатку всего кода.

4) Время сдачи строго регламентировано. Опоздавшим хоть на день в автомате будет отказано.

5) Текст программы должен быть читабелен (никаких «в одну строчку») и прокомментирован.

6) Оно должно работать.

Конечно, я просрал все разумные сроки и кодил за неделю до сдачи. Конечно, я ни фига не разобрался в алгоритме и просил тетрадку у однокурсницы. Конечно, оно долго не хотело работать, и я начал понимать смысл слова «дебаггинг». Но в час «Ч» я имел в портфеле две дискетки и распечатку.

Когда я пришёл к аудитории, где была назначена выдача автоматов, я удивился первый раз. Число команд уменьшилось вдвое. Половина либо не успела (ещё большие раздолбаи, чем я?), либо не справилась с переводом того, что они писали на лекциях, в принимаемую компилятором форму.

В тот день из вуза я выходил в шоке. Мы с напарником были единственными, выполнившими все условия. На 100 человек было разобрано около 30 заданий, сделано меньше десяти, и всего одно — как сказано, а не как захотелось.

Студенты, прежде чем ругать лишние правила, попробуйте сделать, как написано в ТЗ. Заказчик будет доволен, а навык сильно пригодится вам в жизни.