Как-то решил заглянуть к подруге: давно не виделись, было много тем, которые хотелось обсудить. Но как же я без верного спутника, пенного нектара?

На исходе первого литра приспичило послушать живой музыки. Подруга — профессиональная клавишница. Итак, три часа ночи. Подруга подключает питание к синтезатору, но сигнала нет. Смотрю на адаптер производства любителей собирать мусор на коленках и требую отвёртку — проверить наличие контакта на схеме. Вскрываю. Что и требовалось доказать: один провод отломан от платы. Душа настоятельно требовала музыки, а пиво — реализации «здесь и сейчас». Само собой, паяльника в женском доме не оказалось. Созрела идея: если просто зафиксировать провод в свободном положении, но так, чтобы он цеплял контакт на плате, какое-то время продержится.

Ещё стакан. Из подручных средств были выбраны лак для ногтей и фен. Капнул на плату лака, держу провод в статичном положении, а подруга сушит феном.

03:40. Лак затвердел, провод зафиксирован. Собираю корпус БП, включаю в сеть — есть сигнал! Гордость и тяга к музыке были удовлетворены, когда я услышал милые сердцу классические мелодии.

В начале нулевых я работал ремонтником сотовых телефонов, а также программил, админил и исправлял железные баги. Поскольку я работал в переходе в киоске, то к нам часто наведывалась милиция с проверками на ворованные сотовые телефоны. Отделение было рядом, поэтому постоянно шурующих туда-сюда доблестных охранников правопорядка мы знали в лицо и по именам. Они тоже нас знали — всех, кроме пары ребят, в число которых входил и я, так как выходил из ремонтной только поесть, поспать и оправиться.

Все знали, что компы, ноуты и прочую околокомпьютерную хрень чинят в нашем киоске, поэтому активно бежали к нам в случае чего, а я по мере своих возможностей возвращал железо или ПО с того света. Так вот, однажды к нам пришли люди в форме и твёрдым голосом задали вопрос: «Где компьютерщик?» Чтобы не подставлять всех остальных, я честно себя сдал. Под конвоем из пятерых милиционеров я отправился на трясущихся ногах в отделение.

Привели меня в кабинет. То ли они собрались пить чай, то ли что, но меня огорошили сразу: «У нас что-то комп не включается, посмотри, пожалуйста». Включаю 386-й. Ага, проц греется. Желание чистить ящик от пыли не было, да и инструментов я с собой не брал. Быстренько залез внутрь, сделал нагрузку на проц поменьше, и компик, с удовольствием зашуршав жёсткими, быстренько включил 95-ю винду. Когда я повернулся и сказал, что всё готово, милиционеры молчали. Первым проснулся один из конвоиров и спросил:

— Это всё?

— Да.

— А что ты сделал?

Ну, я начал объяснять про температуру и всё подобное. На втором предложении меня остановили, сказали, что ничего не понимают, пожали руку и спокойно отпустили.

С того времени я перестал бояться милиции. Не так страшен волк, как его малюют.

Нужно было другу заменить HDD в MacBook Pro 17" на нечто более ёмкое. Вооружившись мануалами и набором инструментов, решил я на ночь глядя провести операцию. Авторы мануала предупреждают, что есть несколько архиподлых винтиков под отвертку-звёздочку. Злобные маковцы окрестили её просто «номером 2» — наши же люди при отсутствии инструмента откручивали такие правильно заточенным ножом.

Ладно, вооружился всем кухонным инвентарём и приступил к работе. Первые два шестигранника вскрыл без заморочек специально заточенной отвёрткой. Винтики откручивались легко и без видимых повреждений. И вот добрался я до двух самых гнусных. Обуял ужас: винтики были из алюминия, то есть очень пластичные. Одно неверное движение не тем инструментом, и шлицы уходят в страну Мальборо.

Движение, конечно же, было сделано. Что делать? Инженерная мысль скользнула вперёд и выдала единственно верное решение: надо сделать шлицы под плоскую отвертку! Надфиль — не вариант: места крайне мало. В результате острыми бокорезами была изготовлена «канавка» под плоскую отвертку. Вуаля! Винтики успешно скручены, «коромысло», фиксирующее HDD, снято, винт заменён, все успешно собрано назад. Имидж системы залит на новый винт. Старт — работает! Закручиваются последние винтики.

Неуверенные шаги к холодильнику, бутылка пива, характерный «пшик»... Вот оно, счастье! На часах — половина второго ночи. Сутки начались правильно.

Одно время работал я в сервисном центре компьютерного магазина. Принёс клиент компьютер: нет изображения. Мужичок солидного вида лет под сорок, директор одной из местных школ, весь чуть не в слезах: «Через три дня защита докторской, вся информация в компе, а тут...»

В общем, решили помочь, сделать без очереди. Как оказалось, умерла видеокарта. Поменяли по гарантии, собрали, запустили. Жёсткий диск на 120 ГБ был разбит на два раздела, из них первый — 20 гигов под систему. Просматривая установленные программы, мы не увидели ни Офиса, ни какого-либо его аналога. Стало интересно: не в блокнотике же он писал диссертацию?

Второй раздел прояснил ситуацию. Из сотни гигов свободно было только пять, остальное же было занято отборной видеопродукцией далеко не детского содержания. Выдавая комп, мы еле сдерживали улыбки, а на вопрос клиента, отчего умерла видеокарта, сказали:

— Вероятнее всего, от перегрева. Вы старайтесь её не нагружать видео подолгу — мала она для такого.

Приходит серьёзного вида мужик в костюме.

— У меня ноутбук не работает.

— Что с ним?

— Ребёнок поиграл.

Ну, думаю, удалил что-нибудь лишнее. Мужик достаёт ноут. Прямо посреди экрана торчит какая-то железная фиговина из комплекта сложного технического конструктора. Верхняя крышка пластикового корпуса пробита насквозь. Более того, когда я взяла в руки больного, поняла, что эта металлическая дрянь, пробив дисплей навылет, укокошила клаву и всё, что было под ней. Короче, неремонтопригодно — разве только винт вытащить. Ковыряю останки и думаю: какой же силы был ребёночек?

Работаю в конторе по обслуживанию офисной техники. На днях забрали на ремонт древний копир, заезженный до такой степени, что при работе он издавал трактороподобные звуки, впридачу буквально весь обляпанный корректором и исчирканный шариковой ручкой. Привожу пациента во вменяемое состояние, отмываю дочиста (обязательный пункт договора), отвожу на место.

Два часа спустя звонок от клиента: «Это не наш копир, вы его подменили — наш был подписан!» Оказалось, каракули на обратной стороне верхней крышки были автографом заведующей магазином — он и служил для них опознавательным знаком. Повезло: в акте приёма-передачи техники на ремонт был указан серийный номер, так что тётушки вроде бы согласились, что к ним вернулся именно их копир, но на меня они они с тех пор косятся с подозрением.

Довелось мне однажды ремонтировать машинку, древнюю, как мясо птеродактиля. Не грузилась бедолага, злостно ругаясь писками на процессор. К слову, служил я в армии, и выполнение приказа начальства было святой обязанностью. Приказ был таков: «Оживить любой ценой!»

Разбираю. Отполированной до блеска пыли под кулером я не особо удивился — бог один, пожалуй, знает, когда в последний раз открывался корпус этого 1400-го целерончика. А вот ножка процессора, согнутая ровно пополам и утрамбованная в слот матери, меня шокировала — работало ведь как-то!

Жёстко — нет, даже жестоко ограниченный инструментом, приступил я к делу. Ножка была выправлена обычной иголочкой и штык-ножом (+1 к способам применения универсального орудия). Оставалось дело за малым: поставить всё назад. Термопаста! Её-то вот как раз под рукой и не оказалось. Путём проб и ошибок выяснилось, что высохшая паста прекрасно растворяется бензином. Пара капель, тридцать секунд на то, чтобы поставить кулер на место, пока термопаста не высохла.

Машинка та завелась, а я теперь с гордостью могу говорить, что в армии даже компы на бензине работают.

Из универсальных подручных материалов для срочного ремонта класса «шоб работало» особое место в моей жизни занимает витая пара. Я бывший сервисный инженер, решивший пойти админским путём. Теперь у меня в загашниках лежит большой моток UTP, который используется для замены контактов везде — от пылесоса до мобильного телефона.

Вот последний случай. Мои «золотые» руки всегда могут искривить несколько литров пива; мозг при этом думает по-прежнему, только с большей смелостью. Так вот, этому мозгу как-то захотелось поменять корпус на контрабандном Nokia 5300 прямо в электричке. Не знал он, что микрофон там не припаян, а коннектится к плате довольно глупыми контактами в виде пружин. Так вот, эти пружинки как раз и вылетели в неизвестном направлении, что немного меня огорчило. Но тут я вспомнил про патч-корд в рюкзаке. Откусываем драгоценные кусочки жил, ставим их на место контактов, и вот любимый шеф уже слышит голос самого ценного сотрудника, а пассажиры без ума от хирургической точности проделанной трясущимися руками операции.

Без лоха и жизнь плоха, но совесть-то у каждого имеется. Впрочем, в погоне за не таким уж и длинным рублём в городке с двумя десятками «решений компьютерных проблем» на 36 тысяч населения братья-айтишники про существование этого органа саморегуляции как-то подзабыли.

Да, клиент знать не знает про дефрагментацию; не догадывается, что на трёх разделах сорокагектарного веника неудобно будет работать; заменяет уже третью материнку при глючном блоке питания; свято верит, что на машинке с 256 метрами оперативы Crysis не идёт из-за кривых рук собственных чад, а на двухъядерном, затюненном по самый си-бемоль реактивном танке можно только тексты печатать; пытается пиратки игр запускать и в инет лазить со второй версией неапдейченного NOD32... Но, извините, припаять саташный шнур данных к новому венику на 320 гигов из-за неимения в наличии нового — я пошел за валерьянкой, держите меня семеро.

Всех денег не заработаешь, а клиента нужно беречь. Ну объясни же ты ему наконец, если пришёл на заказ, где клиент может сам гайку подкрутить и бензин залить, а где коленвал с распредвалом менять под страхом смертной казни запрещено. А то сорокалетний садист потом собственноручно раскрутит вручную заточенной под звёздочку отвёрткой винт на полтерабайта только для того, чтобы посмотреть, что внутри, а на твои круглые глаза от такого надругательства над святынями косо поглядывать будет. И обижаться, что дефибриллятор-айтишник мертвецов воскрешать не умеет...

Работаю на заводике. У нас проблема с копиром: допотопный он, как бивни мамонта, а сотрудники уже окончательно раздолбали заднюю крышку так, что она открывается сама. На крышке этой изнутри как раз находится часть механизма листоподачи. Теперь копир работает, только если придерживать крепко и ровно эту крышку (а это дело сложное, как показала практика).

Всё это было до меня. Я, хоть и не админ никакой, а в технике немного шарю — всё-таки на моих глазах дитё Убунту собрало. Но так как не моё это дело — с железяками возиться (за это по бубну настучать могут и штраф выписать нехилый, если что случится), я вызвал админа. Пришёл парень, поколупал старичка, вынес вердикт: «На замену! Но денег нет, так что жить придётся без копира», — и ушёл.

Мой обозлённый мозг и шаловливые руки внедрились в структуру копира, из скрепок и отвёртки соорудили подобие крепежей и собрали аппарат обратно. Крышка закрылась плотно и правильно с первого раза! Но бумагу старичок всё равно жевал.

Решение нашлось случайно. Послал я на печать документ в три страницы, а копирчик наш (он же сетевой принтер, как вы, наверное, поняли по контексту) сразу три листочка скушал и погнал в печать. Естественно, он их зажевал — да так удачно, что хрен достанешь. Пока я ползал по его внутренностям, что-то хрустнуло, треснуло и отвалилось. «Ну что ж, — подумал я, — хуже уже не будет, отнесу эту бандуру на кладбище домашней техники или табуреткой в стиле хай-тек сделаю». Водрузил крышку на место — печать пошла без проблем, только крышка стала слегка стучать. Обернул пластик синей изолентой в нужном месте, и стук пропал.

Уже четыре месяца дедуля работает без сбоев. А я на всякий случай обмотал его синей изолентой ещё разок и повесил объявление о том, что со старичком надо быть нежнее. Одна сотрудница его даже чаем поила — но это уже из другой оперы.