Мне повезло проходить срочную службу в конце восьмидесятых в командно-информационном центре одного из высших подразделений Советской Армии. Центр был оборудован терминалами «Роботрон», подключенными к ЕС ЭВМ под управлением ОС с романтичным названием «Джессика», что в условиях армии само по себе звучало странно. За этими терминалами днём трудились вольнонаёмные девушки-операторы, а ночью терминальный зал пустовал, и через него на свои посты ходили солдаты, служившие на ВЦ.
Разумеется, солдаты-срочники, занятые вспомогательным обслуживанием техники в те далекие годы, были достаточно далеки от нюансов работы с компьютерами, но быстро усвоили, что можно включить терминал и, тыкая в клавиатуру одним пальцем, набирать текст. Наиболее продвинутые даже научились рисовать на экране картинки из символов.
Однажды утром, когда девушки уже заступили на дежурство, я даже через закрытые двери своего поста услышал дикий рёв дежурного майора в терминальном зале. Затем последовала буря с долгим служебным разбирательством.
Что послужило причиной? Придя на службу, майор застал девушек-операторов, сгрудившихся у одного терминала и возбуждённо галдящих. Оказывается, ночью один из солдат включил терминал, дабы поиграть с клавиатурой. Истосковавшийся по женской ласке воин дал волю своей фантазии и ярко, в деталях описал, что и как он сделал бы с прелестными операторами, а затем щёлкнул тумблером питания. Впрочем, текст не стёрся, уж не знаю, почему — возможно, отключен был только модуль ЭЛТ-терминала, или данные сохранились в буфере команд ЕС ЭВМ. После включения бурные фантазии вновь высветились на экране. Операторами, кстати, работали жёны и дочери комсостава, включая жену майора.
Виновника нашли и наказали, а солдатам строго-настрого запретили самовольно включать терминалы. Однако это не помешало нам изредка оставлять послания в виде сердечек и розочек из ASCII-символов.