Обслуживаю тренажёр вертолёта Ми-8 (Ми-17) разработки середины семидесятых годов. Дура в полкомнаты, вычисления на резисторах и шаговых искателях — жесть. Лазаю по нему с тестером и умным видом.

Приехала группа американцев учиться летать. Их вертолёты-то только на Пандоре летают, а в Афган они Ми-8 вагонами покупают — пыльно там для их военной техники.

Подходит вечером их бугор и на чистейшем английском заискивающе так спрашивает, что это я тут делаю, головой меж двух плат, да ещё и с фонарём? Будучи искренним патриотом Америки, вежливо отвечаю, что монтирую систему катапультирования для пилотов*. Если пилот зарулится, кресло автоматически выстреливается, для чего позже в крыше будет проделан люк. Бугор ушёл глубоко озадаченным, как и планировалось.

Всё бы ничего, но звонит шеф и, явно прилагая усилия для сохранения ровности речи, требует с меня бумагу о надёжности моей системы. Оказывается, бугор пошёл прямиком к нему и потребовал, чтоб американских пилотов не выстреливали! Обещанием не выстреливать не удовлетворился и потребовал письменное подтверждение надёжности системы — вдруг случайно сработает?

Теперь сижу и сочиняю сертификат на систему катапультирования из тренажёра.

* На Ми-8 (Ми-17) катапультирования никакого нет, только на Ка-50 (Ка-52), но пусть боятся.

Сайт русского посредника для работы с японским интернет-аукционом. На главной странице среди автозапчастей, фотоаппаратов и аудиотехники есть такая надпись:

Прочее. Коммутаторы ethernet, Норковые пальто.

Вот вам образ японского админа. А тут — джинсы, свитер, борода… Работать надо!

Специальность всё-таки как-то влияет на биополе людей.

Сам я инженер-электронщик и программист. А ещё 15 лет имел своё небольшое дело по ремонту электроники и компов. Ну, к тому, что при моём появлении аппаратура сама работать начинает, я уже привык. И даже к тому, что мои друзья неработающий аппарат пугают моим именем, и он иногда начинает работать, тоже. Но последние случаи…

На отдыхе в Гонконге стоим на обзорной площадке и любуемся городом. Пожилая азиатская пара, не говорящая на английском, безошибочно выбирает меня из всей толпы, подходит и суёт под нос фотоаппарат, у которого не зажигается дисплей. Выставил им правильный режим работы, они ушли довольные. Но как они меня вычислили?! Жена до сих пор смеётся.

Случилось поработать в одной крупной забугорной конторе, которая аутсорсит другие не менее забугорные и крупные конторы. Есть такая штука — ITIL называется. Так вот, согласно этому самому ITIL, все действия IT-специалиста должны быть регламентированы. Правда, иногда это работает против самой системы. Мозги ведь никто не отменял, и слепое следование инструкции может приводить к глупым ситуациям.

Пришёл тикет от автоматической системы мониторинга о том, что на одном из серверов в одном из дата-центров крупной конторы отвалился винт из RAID. Вы думаете, что я просто позвонил техникам в дата-центр и попросил их заменить винт? Ага, щас… По инструкции полагается:

1. Написать письмо тётеньке совсем из другой страны, чтобы она сообщила, с кем можно связаться в том дата-центре.

2. Позвонить представителю вендора сервака в стране, где располагается датацентр, сообщить ему контактные данные человека, который сможет открыть ему дверь и провести до сервака, а также спросить мыло, чтобы выслать заявку и логи контроллера.

3. Позвонить в датацентр и попросить пропустить специалиста.

Но и это ещё не всё. Как говорится, гладко было на бумаге, да забыли про овраги.

Тётенька по непонятным причинам писала ответ полтора дня. После этого я позвонил представителю вендора. На том конце провода попался вменяемый чел: просмотрев логи, он предложил нам попробовать просто-напросто передёрнуть винт, так как, вероятнее всего, отошёл контакт.

Последовала эпопея налаживания связи с техниками датацентра. Позвонил, говорю: «А не могли бы вы подойти к такому-то серваку и передёрнуть такой-то винт?» Мне отвечают: «Можем. Пишите заявку». Написал. Через несколько часов пришёл ответ «Ваша заявка выполнена». Захожу удалённо на сервак — работает, родной!

Так операция, на которую уходит от силы минут пятнадцать (десять из них — подняться со стула и дойти до нужного этажа), продолжалась два с половиной дня.

Переехали несколько месяцев назад в новый офис. Здание старой постройки — высокие потолки, широкие лестницы. Акустика хорошая. В здании снимают помещения различные конторы.

Почти три месяца я был уверен, что рядом с нами какие-то компьютерные курсы, пока не подошёл посмотреть. Оказалось, что там госконтора. В коридоре — система электронной очереди с громким сигналом приглашения следующего посетителя. Так вот, на этот сигнал установлен звук, который винды играют при загрузке.

«Только в России…» — подумали вы? Чехия!

Эта история не то чтобы про IT, но про оборудование и про блондинок.

На большом комбинате из тех, что выкапывают ценности из недр, перерабатывают их и отгружают в виде сырья для разных производств, строили новый цех. Не буду вдаваться в терминологию, но для работы этого цеха потребно много воды — порода в ней размалывается и размачивается. На оборудование не скупились, поэтому насосную технику заказали за границей — у нас насосы делают не очень хорошо. Иностранцы подошли к делу ответственно: потребовали прислать им образец жидкости, с которой предстояло работать. Им отправили.

Через какое-то время оборудование привезли, установили, цех запустили. Буквально сразу хвалёные иностранные насосы вышли из строя. Ну, есть же гарантия. Заменили. Снова гавкнулись. И снова. И снова. Подрядчики уже офигели вконец, начали проверять всю цепочку с самого начала — с тех самых образцов жидкости.

Жидкость, которую нужно перекачивать, — по сути вода, но с огромным количеством примесей, практически серая жижа. И когда потребовался образец, директор дал команду технологу, технолог — начальнику отдела, начальник — мастеру, мастер — лаборантке… И вот лаборантка, юное существо, зная, что образец будут посылать за границу, набрала чистой воды из-под крана. Ей, как девушке, было очень стыдно, что образец очень грязный. Неудобно же такой людям показывать…

На одном русскоязычном форуме в Израиле.

Вопрос:

На нотбуке нужно поменять язык системы с иврита на английский. Может кто-нибудь здесь написать, в каких настройках на Windows 7 можно поменять язык системы?

Ответ:

Только вам и больше никому. Есть секретный сайт, которым пользуются люди с высочайшим IQ. Я за эту информацию три недели мыл машину одному головастому парню.

1. Идёте по ссылке google.com.

2. Открывается сайт, забитый под завязку странными формулами и текстами на непонятных языках. Белые буквы на белом фоне. Вы их даже не сможете разглядеть.

3. Упорно ищете цветастую надпись Google и окошко для ввода текста под ним.

4. Дальше самое трудное, поэтому повязываете голову банданой, чтобы пот не залил глаза.

5. Превозмогая усталость, вбиваете: «windows 7 изменить язык системы». Понимаю, много букв, но другого выхода нет.

6. Когда глаза готовы уже вывалиться из орбит, а голова — расколоться пополам, жмёте Enter, и ваши усилия вознаграждаются страницей, полной волшебных ссылок, содержащих ответы на ваш вопрос.

По правилу шести рукопожатий вышел на меня хозяин одного из известных ресторанов города. Его супруга смоталась в Поднебесную и прикупила монохромную вывеску-информер полметра на четыре, 32×384. Оба человека видят комп впервые и считают, что с помощью компа можно делать всё. Проблема в том, кто это будет делать. Схему включения у китайцев, конечно же, не взяли, поэтому вывеска валялась в кулуарах около полугода, и за неё никто не брался, услышав, что схемы нет. 20 килорублей отдавать в случае ошибки не хотелось никому.

Апофеозом была не сама система, которая была собрана и запущена на коленке буквально за пару часов. Им была программа. Простой MSI, но на выходе… На выходе была китайская грамота. Поскольку жители Китая — наши соседи на Дальнем Востоке, мне приходится знать язык хотя бы с разговорником. Интерфейс на марсианском, хелп на марсианском — у меня истерика. Вылетает программа с ошибкой ODBC от драйвера MS Access. В мануале ничего не сказано про драйвера. Попробовал четыре ноута, на одном уничтожил операционку, пока на следующий день не пришёл к себе в офис. Там прога встала без проблем.

Баннер в итоге прошил, хозяева ресторана меня пригласили на поддержку сети и т. д., но, вопрос самолюбия остался. Позвонил в краевой центр знакомым прогерам, описал проблему. Они решили вопрос за двадцать минут. Поймали ошибку ODBC, грамотно рассудили, что раз программа китайская, значит, и бороться с ней надо по-китайcки, — добавили язык в винду, и всё завелось. И кто сказал, что компьютерный язык — английский? Дома на «семёрке» не получилось, а на работе приходится общаться с китайцами, потому язык там установлен.

Оказывается, админы, которые рады переложить свою работу на чужие плечи, лишь бы не заниматься проблемой самостоятельно, существуют не только в России.

На предприятии в Англии, удалённую поддержку которого мы осуществляем, случился массовый отвал пользователей от сетевых принтеров. При попытке печати начинался поиск драйверов и выдавалось сообщение «Access denied» ещё на этапе попытки подключения к принтеру. В качестве временной меры, чтобы дать пользователям возможность печатать, я предложил на отдельных машинах явно отключить политику «Ограничения указания и печати», которая регулирует права доступа к принтерам в домене и которую в обычных случаях трогать вообще не нужно. Отключение этой политики фактически означает «разрешить пользователю печать на всех принтерах леса, до которых он сможет дотянуться».

Неожиданно решение было подхвачено вышестоящим руководством, и после консультации с англичанами нас обязали применить это решение ко всем машинам, которые эта проблема затронула. Сказать, что я удивился, значит ничего не сказать: это было первое на моей памяти внедрение столь откровенного костыля в столь массовом масштабе. Но деваться было некуда, поэтому стали делать, что велели. Оставалось только утешать себя: в конце концов, уже не наша забота, что там из-за этого может случиться.

Естественно, любопытство продолжало меня разбирать, поэтому за ситуацией я следил, дабы докопаться до её первопричины. А причина, как потом выяснилось, оказалась следующей: в один прекрасный день у англичан упал тот самый принт-сервер. На замену ему быстренько сконфигурировали новую машину, вот только в домен, похоже, так до конца её не ввели, в результате чего у пользователей доступ к принтерам и пропал. Видимо, заставить нас в массовом порядке править локальные политики на всех затронутых компьютерах было проще, чем один раз правильно ввести одну машину в домен.

Познакомился с потомком белоэмигрантов. Живёт он на Кубе, а отец его в своё время работал в кубинском посольстве в одной из близлежащих капстран.

Кубинская внешняя разведка решила протестировать КВ-передатчик, чтобы получать то, что диппочтой долго, а из посольства опасно: империалистический аналог нашего КГБ работал просто внаглую. Проблема была в том, что антенна нужной мощности в длину метров пятнадцать, и растянуть её, не привлекая внимания спецслужб, не представлялось возможным.

Решили поехать на пляж, посмотреть, что можно придумать там. А чтоб не так тоскливо было, затарились едой и выпивкой (в счёт рабочего времени, разумеется). Смеркается. Сидят на пустынном пляже, трапезничают, осматриваются, обсуждают — ничего не придумывается. Да и припарковавшийся сверху «кадиллак» свои коррективы вносит. Поехали думать во второй, в третий раз. Батя уломал начальство взять ещё и подругу — коллегу по работе. Сидят они за скатертью — и тут понимают, что «кадиллака» наверху больше нет. Видно, они решили, что этот русский умудрился споить горячих кубинских парней, и можно отдыхать, а волноваться не о чем. И тут родилась идея.

На следующий день батя с девушкой гуляют по пляжу, выходят на мостик — и тут девушка «оступается» и плюхается в воду. Естественно, он за ней ныряет, ловит, вытаскивает на берег, оба скидывают мокрую одежду и вешают её на свежерастянутую антенну, покрашенную в цвет верёвки. Заходят в машину, передают радиограмму, переодеваются в сухое, потом дожидаются, пока одежда ещё чуть-чуть подсохнет, собирают её, сматывают антенну и едут домой.

Радиограмму на Кубе приняли. Отец с теперь уже женой получили по благодарности с внушительной премией, дабы не вызывать подозрений медалями. А через девять месяцев на свет появился рассказавший мне эту историю.