Работаю техником оборудования связи в большой-пребольшой фирме, в числе кучи телекоммуникационных услуг предоставляющей выделенку. Чудеса наблюдаю ежедневно.

Прихожу на заявку: не работает интернет. Вынимаю из ноута абонента кабель, вижу прокусы и отметины зубов по меньшей мере в восьми местах. Подходит бабушка-одуванчик, видимо, мать абонента.

— Скажите, у вас животные дома есть?

— Чаво? Какие?

— Животные домашние есть?

— Животные-то... Животных-то нет, только кролик.

Медленно офигевая, обрезаю поврежденный кусок кабеля, обжимаю коннектор, втыкаю в ноут под Вистой — VPN заводится.

В комнату входит большая чёрная собака. Ощутив в полной мере разрыв мозга, удяляюсь на следующую заявку.

Админю среднюю по размерам фирму. Общался довольно долго в аське с другом о вчерашней партии в «доту». Отошёл покурить; возвращаясь, обратил внимание на то, что главбух смотрит на меня с испугом в глазах. Я не придал этому значения, но тётушка начала меня избегать. Стал искать причину. Оказалось, что она мельком подсмотрела переписку с другом и приняла нас за сатанистов или других сектантов. Часть переписки, которую она увидела, была такова:

— С тебя проклятье на него, потом я ударяю — и всё, его нет в живых.

— Да он и так сдох бы.

— После твоего проклятья х#й кто выживает обычно.

Пятидесятилетней женщине этого было достаточно. Ещё одна маленькая победа над бухгалтерами!

Админю в банке, заодно занимаюсь банкоматами. В офисе с профилактической очисткой всякой техники традиционно справляется пылесос, а с банкоматами немного сложнее: в полевых условиях приходится продувать их сжатым воздухом.

Утро понедельника. Новый бухгалтер забирает накладные за прошлый месяц. Через полчаса врывается с рёвом разбуженного медведя. Какими же бессовестными ворами выглядели в её глазах мы — люди, потратившие за месяц две тысячи рублей на покупку воздуха!

Двоюродная сестра Катерина, по совместительству моя лучшая подруга, в компах разбирается на уровне уверенного пользователя: и винду поставить, и сеть проложить. В своё время у них был один компьютер с младшим братом на двоих; братец любил поиграть, обладал безобразным складом характера и верхних конечностей и операционную систему ронял регулярно. Сама она по долгу службы — старший юрист на предприятии.

На дачных посиделках у общего друга положила как-то Катя глаз на молодого человека. Выглядел он странно: джинсы потёртые, свитер обвисший, сам небритый, но весёлый. В общем, ничего так. Сестра приняла его за программиста и в качестве предлога познакомиться, недолго думая, пригласила его компьютер починить: чёй-та, мол, он у неё барахлит.

На неделе молодой человек приехал. Непринуждённо поболтали, пошли компьютер глядеть. Что странно, парень сразу отказался от заранее заготовленного и охлажденного пива, попросив чаю. Выслушав внимательно и настороженно сестру, мастер отвёртки и бубна начал разбираться. Разбирался долго — с час. Не вышло. Повернулся к Кате с печальным видом и говорит:

— У тебя проблема большая, точнее, даже две.

Катя думает: какая там проблема? Дефрагментацию сделать да из папки авторана удалить специально добавленные проги. Что-то тут нечисто... А парень продолжает:

— Первая проблема — это то, что я ни фига не программист, умею только в Ворде печатать разве что. А вторая (вздыхает) — то, что ты мне нравишься, и я не знаю, что с этим делать.

Катюха в лёгком шоке. Получила, что хотела, а вот что с этим делать, тоже не знает. Кирилл, горе-программер, выручил:

— Я по другой части могу... Ну, вот чем тебе ещё помочь надо?

Катя открыла какую-то папку на столе и протянула Кириллу исковое заявление:

— На, вот на это отзыв нужен.

Парень сразу посерьёзнел, попросил тишины и ещё чаю. Когда Катюха вернулась с кружкой, он уже вовсю наяривал в Ворде со скоростью опытной машинистки. Страница была убористо исписана юридическими тонкостями.

— Тут у вас всё плохо, но если сделаете, как написал, сможете завернуть заявление, что даст вам время, пока они снова не обратились...

Суть в том, что Катю отправляли на заклание — дело было проигрышным изначально, и ей нужно было просто сделать хорошую мину при плохой игре.

В общем, Кирилл оказался начальником юротдела в аудиторской фирме. Ну чего: ухаживает теперь за ней, цветы дарит, на машине катает. А она его программистом зовёт.

Работаю «жёлтым» программистом. Не так давно вышла последняя версия этого продукта с кучей всяких полезностей и вкусностей: например, стало возможно работать в тонких клиентах с минимальной передачей информации по сети, также появился веб-интерфейс.

Звонит нам встревоженный админ клиента и просит срочно приехать. Мой коллега выезжает, возвращается через некоторое время с таинственной улыбкой на лице. Эти самые клиенты недавно обзавелись самой последней версией продукта, дабы вкусить все прелести и возможности. Кроме тонкого клиента, конечно, можно работать и на привычном толстом, тем более что переход со старой версии — дело постепенное.

Тётечка-бухгалтер (быть может, и главный) не только порадовалась обновлённому виду, но, будучи человеком любопытным, полезла в меню. Админ звонил потому, что его собрались срочно увольнять за издевательства над сотрудниками. В разделе «О программе» красовалось:

Версия %Version%

Толстый клиент

%Username%

Дама была в теле.

Нужно было заказать текст на бирже фрилансеров. Я бы отдал заказ постоянному рерайтеру, но его не было онлайн, а текст срочный. Пришлось искать исполнителя. Вроде нормальный человек: и отзывы радуют, и работает недорого. Пишу ему в «личку», он соглашается взять заказ. Выкладываю подробное ТЗ, какой текст нужно писать.

Проходит пять минут. Он стучит мне в асю и говорит, что текст готов. Я удивился. Открываю текст, который он мне прислал...

И долго с недоумевающим лицом смотрю на моё же ТЗ, которое он и отрерайтил.

В далёких девяностых работал я в одном конструкторско-технологическом отделе программистом, админом и аналитиком в одном лице. У нас была лаборатория испытаний электроинструмента. В отделе конструкторы рисовали в Автокаде, технологи чего-то в Ворде да Экселе тренькали. Юзвери, в общем, были уже учёные: комбинацию Alt+Tab при приближении начальника освоили. Но иногда босс подкрадывался тихо и ловил играющих в Doom.

В лабораторию привезли стенд для испытаний в комплекте с крутым по тем временам Пентиумом. Начальник велел оставить всё в ящиках до приезда спеца, который стенд оформит. Ребята из лаборатории шефа слёзно попросили комп подключить. Подумал, разрешил, «но только без игр». Я всё оформил, 95-ю винду поставил, а игры не стал. Часа через два залетает начальник с пеной на губах:

— Ах так, @#$, а я... А ты... А они играют! Уволю! Иди забери комп из лаборатории и поставь мне на стол!

Моё дело подневольное. Пошёл, по пути думаю: ну нет таких мужиков в лаборатории, кто сумел бы игру поставить... А дело было так. Забегает начальник, видит: стоит в одиночестве комп и сам с собой играет — заставка «Лабиринт» крутится. Он мужиков за глотку: лишу премии, мол, и прочее! А те ни ухом ни рылом — отнекиваются. Он ко мне...

Комп-то я ему поставил, но заставку не снял — пусть привыкает.

Я любитель поэксперементировать с осями: сейчас у меня установлены четыре системы, в том числе малоизвестная MenuetOS, написанная на ассемблере.

Перестал работать интернет. Решил сразу позвонить в техподдержку:

— Здравствуйте, не работает интернет.

— Нажмите «Пуск», дальше...

— У меня не Windows, — перебиваю я.

— Какая у вас система?

— MenuetOS.

Пауза и короткие гудки. Не знаю, что ей там показалось (мне в первый раз тоже показалось), но проблему я не решил. Ассемблер жесток.

30 апреля. Предпразничная уборка кабинета. Наверное, все сталкивались с подобной проблемой: если долго суетиться и не разбирать свои бумаги, скапливаются просто огромные горы. Не так давно настраивал прокси-сервер на линуксе, распечатал мануал и потихоньку конфигурировал, а когда закончил, отложил талмуд в сторонку — пригодится ещё. Стоит техник, помогает разбирать макулатуру:

— Слушай, тут бумаги, порты какие-то написаны, нужны тебе?

Не отрываясь от дела, с задумчивым видом произношу:

— Порты закрой!

Что сказать — заработался.

Тружусь программистом. Офис конторы расположен совсем недалеко от здоровенных ангаров, в которых наше доблестное телевидение снимает свои многочисленные ток-шоу. Естественно, путь к работе периодически преграждают толпы набранной по объявлениям массовки, страстно желающей хоть как-нибудь засветиться «в телевизоре». Случаются и отбившиеся от стада — например, долго искавшие дорогу. Они опаздывают на общее построение будущих звёзд телеэкрана и шарахаются потом по прилегающей территории, приставая с вопросами из серии «а как?» и «а где?» ко всем прохожим.

И вот иду я жарким солнечным днём последние метры до любимой работы, предвкушаю, что там-то будет попрохладнее, и вдруг оказываюсь атакован каким-то парнишкой нетрадиционного вида, который преграждает дорогу и почти со слезами пытается задать всё тот же вопрос:

— Скажите, а вы тут о программах ничего не знаете?

Надо ли говорить, что встрече я был не сильно рад? С раздражением обрываю его на полуслове:

— Нет! Не знаю! Ничего!

Перегретый мозг тут же выдаёт сигнал: «Враньё». Безмерно этому удивляюсь: сказал ведь чистую правду! Некоторое время пытаюсь сообразить, в чём же я солгал несчастному массовочнику, и догадываюсь, лишь когда вытаскиваю пропуск и вспоминаю о своей профессии.

Велик могучий русский языка!